Собеседник / №263 от 31 Августа 2018 г.

Борис ШТЕЙНБЕРГ: «Не позволяйте возрасту на вас давить»


поделиться
ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Liveinternet Mail.Ru
Доктор технических наук, профессор Института математики, механики и компьютерных наук Южного федерального университета Борис ШТЕЙНБЕРГ решает сложные математические задачи и... выступает с номером пантомимы на университетских мероприятиях.

Борис ШТЕЙНБЕРГ на работе…

Казалось бы, где математика и где пантомима. Но Борис Яковлевич считает: если человек помимо основной специальности чем-то еще увлекается, значит, это имеет для него какой-то смысл. И приводит примеры:

– Скажем, многим известны барды Александр Городницкий и Сергей Никитин. А ведь они еще и доктора наук. Или математик по образованию, театральный режиссер, один из основателей Московского художественного театра Владимир Немирович-Данченко. Знаменитый французский актер Жан-Луи Барро, сыгравший мима в фильме «Дети райка», по образованию тоже был математиком. А пантомиме он учился у «отца современной пантомимы» Этьена Декру. Вторым учеником Этьена был известный Марсель Марсо.

– Это хобби, которое у французских актеров переросло в профессию…

– А моя первая профессия – тоже пантомима. Другое дело, что у меня нет соответствующего (формального) образования. Я стал учиться пантомиме на 5 курсе мехмата и этим зарабатывал (руководил студией в ДК железнодорожников), когда был аспирантом. Что в пантомиме главное? Гибкость тела? Когда я пришел на первое занятие, меня попросили дотянуться большим пальцем руки до кисти или сесть на шпагат – мне не удалось.

Те, кто вели занятия, первое время на меня просто не обращали внимания, пока я не попал к Юрию Попову. Он больше смотрел не на то, гибкий я или нет, а в глаза. И он сразу сказал, что готов со мной работать. Кстати, Юра, будучи студентом геофака, руководил студией пантомимы в ДК «Энергетик» и поставил более 10 пантомим в театрах Ростова (кукольном, ТЮЗе, им. Горького). Но я свое будущее видел в математике. С детства я ходил в драмкружок, но все мои близкие пророчили мне специальность математика, кем я в итоге и стал. А пантомимой увлекся уже в университете.

– Учились в вузе и занимались пантомимой?

– На мехмате я много чем занимался. На втором курсе вел шашечную секцию. Один из моих учеников – Виктор Косихин – стал кандидатом в мастера спорта и двукратным чемпионам РФ по шашкам среди инвалидов. Будучи сотрудником вычислительного центра РГУ, вел детскую секцию игры го – двое моих учеников становились победителями турниров в Санкт-Петербурге.

Борис ШТЕЙНБЕРГ на сцене.– Вы даже сейчас, когда вам уже не 20–30 лет, продолжаете выходить на сцену в дни выпускника, которые проходят в университете…

– Жизнь многообразна. Конечно, я люблю одинаково и математику, и пантомиму. Они мне очень близки. И если я всю жизнь занимался пантомимой, почему бы не продолжать выступать, пусть даже не так часто как раньше. Я благодарен тем, кого нет с нами: Владимиру Былкову (гл. реж. ростовского Театра кукол) и Владилену Левшину (директору Ростовского молодежного центра циркового искусства), которые приглашали меня на постановки в свои организации. Был счастлив с группой клоунов-мимов театра «Самокат» выиграть конкурс и поехать на гастроли в г. Глазго и стажировку на III Всемирной театральной олимпиаде в Москве. Пантомиму не рассматриваю как второстепенное занятие. Это – еще одна сторона моей жизни. В математике я еще не так утвердился, как в пантомиме, но стараюсь.

– А что может объединять математику с пантомимой?

– Скажем, в любом деле ни к чему не обязывающие разговоры мешают, тем более в математике, а про пантомиму вообще нет речи. Суть математики: доказательные суждения, четкие формулировки и формальные определения. Последнее – главное для программистов, которые решают разные математические задачи. Но и к пантомиме это относится. Мим жестами изображает настроение, поведение людей. Еще не умеющий говорить малыш общается с мамой. И они, условно говоря, понимают друг друга. Как? Опять-таки с помощью мимики, жестов, звуков (не слов).

Миф о том, что если хочешь чего-то добиться в какой-то области, надо только этим заниматься и не отвлекаться ни на что другое, вреден. Человек должен быть широко образованным.

– Ваше увлечение помогает в работе?

– Конфликтует по времени, которое можно было бы тратить на что-то другое, но стратегически, в перспективе, конечно, помогает. И не только в науке, но и в преподавательской работе. Когда я приехал в Питер к Елене Марковой, профессору театральной академии, автору шести книг о пантомиме, она меня сразу предупредила, что пантомима – это не цирк, это – театр. Сценические уроки не прошли даром. Преподаватель должен быть немного артистом. Когда читаю лекции на сложную тему, привожу какие-то интересные случаи, связанные с их содержанием. Это привлекает внимание студентов, они лучше усваивают материал. Даже жест, мимика многое объясняют. Нельзя зацикливаться на чем-то одном.

– С возрастом люди больше думают о том, где и что болит?

– Вот это зря. Марсель Марсо до 80 лет давал сольные концерты в двух отделениях. Это физически нелегко. Потом выступал в одном отделении. Где предел человеческих возможностей? Тут дело в том, как мы относимся к себе, своему здоровью.

– Что вам не дает оставить пантомиму?

– Борьба с энтропией. Не хочу увядать. Надо держать форму. Математика – вредная специальность, потому что приходится много сидеть за компьютером. Малоподвижный образ жизни сильно вредит. Нужно двигаться. Кто-то ходит в спортзал, кто-то – на пробежку. А вести только сидячий образ жизни вредно.

– Пантомима помогает  сохранять физическую форму?

– За один номер полтора килограмма сбрасываю. За второй – уже не так. Борюсь с лишним весом. Он вредный. Выхожу на сцену без какой-либо предварительной тренировки, репетиций (на которые, к сожалению, не нахожу времени). Блистательная балерина Майя Плисецкая как-то сказала, что она не фанатка тренировок у станка. И это меня успокоило. Конечно, если я хочу много успеть в математике, для этого нужно здоровье. У меня было немало знакомых математиков, моих ровесников, которые уже ушли в лучший мир. А могли бы еще много чего сделать. Правильно ли они распределили свои силы? Не знаю.

– Какие бы вы дали советы людям, которые забыли о своих увлечениях, придавленные возрастом?

– Актриса Татьяна Васильева, когда идет по улице и встречает немощную бабушку, обходит ее десятой дорогой, чтобы «не заразиться» старостью. Ни в коем случае не позволяйте возрасту на вас давить. Наш дух должен жить в гармонии с нашим телом. Мы должны жить и поддерживать себя. Ученые приходят к выводу, что в недалекой перспективе люди будут жить 120 лет. Я еще полжизни прожил – какие проблемы? Будет, конечно, интересно встречаться с солидного возраста правнуками. Или пойти на танцы с молоденькой правнучкой. Так что все еще впереди.

Фото автора и из архива Бориса ШТЕЙНБЕРГА
Видеорепортаж Владимира АПАРИНА 


Комментарии читателей
(Вход для анонимных комментаторов обозначен зеленой иконкой) Не публикуются комментарии, содержащие ненормативную лексику, ссылки на сторонние ресурсы, сообщения рекламного характера или противоречащие законодательству РФ. Лучшие комментарии могут быть опубликованы в газете.
Новые публикации

Также в рубрике
Про налоги, кассы и спокойную жизнь
На вопросы читателей «НВ» отвечает руководитель Управления Федеральной налоговой службы по Ростовской области Дмитрий Фотинов.
Про налоги, кассы и спокойную жизнь
Полтора часа наши читатели атаковали вопросами руководителя Управления Федеральной налоговой службы по Ростовской области Дмитрия Фотинова. Ответ...
Птицы по соседству
Избавиться от ласточки, приручить сову, отвадить от дома иволгу... Необычные истории, в которых потребовалась помощь орнитолога
Секреты здоровья от Лео Бокерия
Лео Бокерия. Имя этого замечательного врача, делающего самые сложные операции на сердце, известно всем. Вот и сейчас, когда ему уже под 80, продолжает...
В этом номере