Жизнь у обоих супругов складывалась вполне благополучно. Николай работал в местной пожарной части, Елена трудилась в муниципалитете. Десять лет назад поженились – недавно как раз этот важный юбилей отметили. После свадьбы зажили, быстро налаживая семейный быт. Вот только не хватало душе все время чего-то. Чего – поняли, когда мать Елены подарила им корову с красивой кличкой Смуглянка. Вот тогда и признались самим себе, что не достает им в жизни как раз того, с чем выросли. Крестьянского труда – пусть и тяжелого, но всегда благодарного. Хотя бы уже потому, что видишь и осязаешь результат своих усилий.

Фермер – профессия семейная.

Долго, впрочем, лирическим размышлениям предаваться не стали. Обговорили друг с другом и родными детали – и решили попробовать себя в роли фермеров-животноводов. Было это два года назад. Тогда как раз областная программа поддержки фермерских хозяйств подоспела. Взяли землю в аренду, на выделенные средства приобрели пресс-подборщик, к трем коровам добавили еще несколько. Жаль, с фермой не успели. Ту, что стояла в селе с советской поры, уже развалили.  От здания только руины остались. Так что пришлось строить все, считай, заново. Разумеется, трудно было. И  без кредита не обошлось.  Но на трудности Николай с Еленой предпочитают не сетовать. Считают: главное, результат есть.

– Радостно, что уже пошла отдача, –  говорит Елена. – Но не только радуемся, а вкладываем прибыль в расширение хозяйства…

Взяли Гребенниковы в аренду почти 200 гектаров пашни, землю под пастбища. На пахотных гектарах выращивают зерновые – от пшеницы и кукурузы  до подсолнечника и овса.

– Животноводство тогда идет, когда подкреплено растениеводством, – убежден Николай. А Елена добавляет:

– Тогда и проблем с кормами для скота не будет. А кроме того, если вдруг какие проблемы с одним направлением, другое всегда выручит…

Но по всему чувствуется, что главная забота в хозяйстве Гребенниковых – это стадо. Ему же – и вся любовь хозяев. Стадо Николай с Еленой держат молочное. С той поры, как появилась у них Смуглянка, ставшая своеобразной старейшиной всего хозяйства, поголовье постоянно умножалось. И сегодня на ферме Гребенниковых 30 только дойных коров. В основном, симментальской породы. В эту летнюю пору каждый день дают по полтонны молока. Но это летом, особенно таким, как нынче. Зимой надои заметно ниже. И это не позволяет пока сдавать его в промышленных объемах на молзавод. Приходится прибегать к услугам перекупщиков. А у тех, известное дело: не раскошелятся.

– Больше 14 рублей за литр не дают, – вздыхает Елена. – А молзаводу с нами работать пока невыгодно…

На богучарском молзаводе согласны забирать молоко у Гребенниковых, если те готовы поставлять стабильно по четверть тонны в день. И зимой в том числе. Тогда даже машину обещают присылать за продукцией. В любом случае такую цель фермеры сейчас перед собой поставили и идут к ней. Приобрели охладитель и надеются, что нынешнее урожайное на корма лето позволит сохранить высокие надои и зимой.

Вы, наверное, заметили, что в качестве потенциального партнера выбрали Гребенниковы молзавод в соседней Воронежской области. Рады бы, конечно, оставлять молоко на переработку на донской земле, да только везти его в таком случае придется за 400 километров – в Семикаракорский район. С северных рубежей да на самый юг области – золотое молочко выйдет.  Вывод один: на севере области давно пора создавать собственное перерабатывающее производство. Где его ставить: в Чертково ли, в Миллерово, на Верхнем Дону, в каком другом месте – задача техническая. Но в принципе вопрос следует решать не затягивая.

И тогда глядишь – вырастет число фермеров-животноводов в этих краях. Пока же, как говорят, Гребенниковы в районе – чуть ли не единственные фермеры, занимающиеся молочным животноводством. Вот такая информация к размышлению…

Тучи, как и повсюду на Дону, долго гулявшие над Щедровкой, наконец, расступились. А это значит, что работы в хозяйстве прибавится. Ведь то, что откладывалось из-за дождей, теперь придется наверстывать. Подниматься с ранним июльским солнцем в четыре утра и заканчивать много позже заката. Но, оказывается, это не так трудно и даже в радость, если делается  дело, что называется, от души.