«— Потому, что джунгли полны таких сказок. Стоит только начать, им и конца не будет. Пусти мое ухо, Маленький Брат!» Р. Киплинг. «Книга джунглей».

Прошлым летом мы 38 дней сидели без воды. Две квартиры в доме из двух квартир. Нано трагедия на просторах Родины.

Стояла киплинговская жара: «Солнце убило джунгли на три дня полёта». Пять тысяч лет на Земле не было такой жары, как в то лето. Так  утверждает гидрометцентр.

Двухгодовалая внучка, столетняя соседка. Надо пить, стирать, мыть и смывать. В центре Ростова ни одного колодца.

«По Закону Джунглей за убийство у водопоя полагается смерть. Это потому, что питье важнее еды. Каждый зверь в джунглях сможет как-нибудь перебиться, если мало дичи, но вода есть вода».

Начитавшись Киплинга, мы пошли в суд. Адвокат, составивший иск, заметил, что с нашими железобетонными справками шансов проиграть нет.

Давным-давно Родина дала моей бабушке такую справку. «Дана Синеок Л.А. в том, что в её квартире никаких удобств не имелось, 2 месяца тому назад силами жильцов был проведён водопровод и канализация, что подписью управдомами удостоверяется. 16.08.1945». Было так. Вернувшись с войны, дед взял лопату, отрыл траншею и положил в неё трубу. Уже и внучка моя достаёт до крана — шестое поколение пьёт из той трубы.

А в конце 50-х Родина посадила на нашу трубу

«ТИСИЗ». Это большое здание по Красноармейской. Внизу — магазины, наверху — офисы: вид после приватизации. Наш дом с тыльной стороны, во дворе.

Родина сказала: надо. И стало так. Водяной вентиль нашего дома скрылся в подвале «ТИСИЗа». Оплату за воду дом понёс в бухгалтерию «ТИСИЗа». Педантичная моя бабушка сохранила квитанции оплаты трёх десятилетий, с 1982 года. Нами уплачено «ТИСИЗу» по тот самый памятный июльский день, когда он перерезал в своём подвале священную трубу предков.

«А» и «Б» сидели на трубе. «А» упало.

«ТИСИЗ» — наш учитель. Он научил нас ходить и писать.

Когда учителю что-нибудь нравится, он протягивает руку и это берёт. Понравился наш двор — он выгородил себе часть железным забором. Сваливает там малоценную дрянь. В другом конце двора встал его вагончик.

Забор заслонил въезд в гараж соседа — гаражных ворот не открыть. Полгода сосед ходит в суд  и тоже думает, что у него нет шансов проиграть.

Вагончик закрыл виноград перед домом. Виноград — ровесник водопровода, дед посадил его после войны. Уроженец Кутаиси, дед не представлял  жизнь без винограда. Я тоже. Когда я родился, виноград уже был. «ТИСИЗ» застил свет, и виноград гибнет. За вагончиком прохожие справляют нужду, думают, что незаметно. Незаметно с улицы, но очень заметно из наших окон. Общественный туалет пахнет отвратительно. Слышу, как адвокаты «ТИСИЗа» кричат, что доказательства не представлены. Да вон же они — лежат кучками.

Эх, Родина! Мы же Тебе писали, что ж Ты позволяешь класть нам на голову!  Участковый ответил: «Опросить «ТИСИЗ» не представилось возможным». Он всегда так говорит.

Когда мы научились писать и ходить, мы написали и пошли  к главе района с жалобой о захвате двора. А когда вернулись домой, воды уже не было. Мстительный «ТИСИЗ» перерезал трубу. Стояла киплинговская жара. Дальше вы знаете, дальше — суд.

У Фемиды, то есть у Правосудия, есть дочь от Зевса по имени  Дике — Справедливость. Зевс не начинал судить, пока Правосудие и Справедливость не сядут рядом. Так вот, Дике в суде больше не работает. Мать Фемида трудится там одна.

Через семь месяцев Ленинский районный суд отказал  в иске в полном объёме. Не обязал «ТИСИЗ» не производить прекращение подачи холодной воды, не взыскал с «ТИСИЗа» моральный вред: «не представлены доказательства причинений нравственных или физических страданий».

В последний день суда собственник «ТИСИЗа» захотел высказаться от первого лица. Если вдруг суд запретит «ТИСИЗу» производить прекращение подачи воды, то он лично — Галий Юрий Александрович как физическое лицо — спустится в свой подвал и воду нам перекроет.

Вода текла при культе личности, оттепели, застое, развитом социализме, перестройке и демократии. Чего б ей не течь и при суверенной демократии? Очень просто. Люди были товарищами, а стали господами. Господин собственник не хочет пить с нами из одной трубы.

Родина только развела руками. Министр ЖКХ Ростовской области сообщил письмом, что водоснабжение в нашем доме «осуществлялось временно». Прошло 66 лет, и наше время кончилось.

Пока шёл суд, шла и вода, благодарение прокуратуре и УФАС. Вода и теперь ещё идёт. Но вот решение суда вступит в законную силу и собственник Юрий Александрович Галий сможет вполне законно спуститься в подвал и выполнить обещанное.

Я больше не пишу и не хожу. Я всем написал. Я дошёл до Президента  Родины. Я пою моей Родине песню вместе с Леонардом Коэном:

«Я сентиментален, если вы понимаете, что я имею в виду;

Я люблю страну, но не переношу то, что в ней происходит.

И я не левый и не правый.

Просто я сижу сегодня дома,

Пропадая в этом безнадежном экранчике».

Телевизор готовится к выборам. За кухонным окном свалены сломанные стулья «ТИСИЗа». За окном детской комнаты незнакомый современник мочится к стене вагончика.

Налей мне стакан водки, Маленький Брат. И отойди.