Портит людей не только квартирный, но и коммунальный вопрос. Хотя чаще всего соседские свары проблемы лишь усугубляют 

Коллаж Ольги Пройдаковой

Чем именно провинилась перед соседкой, Марина К. до сих пор так и не поняла. Вроде как более десяти лет жили дружно: каждое утро, сталкиваясь в тамбуре, здоровались, солью обменивались. Но полгода назад соседка тетя Аня пришла к ней скандалить. 

Живет наша читательница на первом этаже бывшего общежития в «гостинке» – малогабаритной квартире с минимумом удобств. Ванная по проекту здесь и не предусматривалась: лишь слив на полу санузла. Вот эта канализация последние несколько лет и забивалась: нечистоты нередко выходили на поверхность, по щиколотку заливая всю комнатку с туалетом и душем. «Прошлое лето раз пять вычерпывала вонючую воду в самую жару, – рассказывает Марина. – А теперь соседка обвиняет меня в том, что из-за этих хронических залитий у нее пошла плесень по смежной стене».

Возможно, ошибкой Марины стала попытка... помочь соседке: пожилая женщина жила в своей квартирке одна и сделать ремонт в санузле ей было трудно. Наша читательница предложила свозить тетю Аню на своей машине в строительный магазин, а ее супруг был не против помочь с зачисткой и шпаклевкой стены. Та вроде как согласилась, но потом начала требовать компенсировать ей урон от промокшей стены наличными – дружеское предложение соседки она посчитала признанием вины. С таким подходом наша читательница, разумеется, не согласилась – общение между соседями на этом прекратилось. 

Через пару месяцев, проверяя по работе документацию на сайте районного мирового суда, Марина с изумлением увидела свою фамилию в качестве ответчика по иску соседки. «Сначала подумала, что это ошибка. Связалась с помощником судьи – та подтвердила: иск против меня, причем отметка об уведомлении ответчика у них имеется, а первое слушание уже прошло, – рассказывает Марина. – Потом выяснилось: дверь тамбура открыла соседка, она же за меня и расписалась...». Примчавшись в суд и объяснив ситуацию, наша читательница выяснила: тетя Аня, оказывается, уже сделала независимую экспертизу ущерба и сейчас требует от своей соседки компенсацию за испорченный санузел в размере полусотни тысяч рублей! Шокированная читательница обратилась за помощью в редакцию нашей газеты с просьбой пояснить, в чем ее вина и, главное, что теперь делать?

…В вину нашей читательницы можно поставить разве что незнание своих прав. По «Правилам содержания общего имущества в многоквартирном доме» (постановление Правительства РФ № 491 от 13.08. 2006) внутридомовая система водоотведения – в том числе отводы, стояки и водосточные воронки – до первых стыковых соединений являются общедомовым имуществом. А значит, следить за состоянием этой трубы и оперативно устранять засоры обязана управляющая компания. 

Марина неоднократно обращалась в аварийную службу УК, но слесари лишь пробивали проволокой сток, не устраняя первопричину засора. А жительница так ни разу и не потребовала составить акт залития, где должны были указать не только причины произошедшего, но и описать урон имуществу от засорившейся канализации. 

Не нужно было нашей читательнице и слушать про «старую канализацию, которой давно пора делать капремонт». Частичная замена канализационной трубы входит в перечень работ по текущему ремонту и обслуживанию общедомовой собственности. Поэтому кроме очередного вызова «аварийки» Марине следовало бы написать руководству УК требование о срочном ремонте системы, а не ждать, пока слесари сами доложат начальству о никак не решающейся проблеме. 

Впрочем, исходя из количества звонков от жильцов, руководство УК и так было обязано предпринять соответствующие меры. Поэтому первое, что посоветовали нашей читательнице юристы – это написать жалобу в госжилинспекцию РО. Ведь судебный иск Марина в любом случае выиграет: ее соседке вред ли удастся доказать, что стену заливали умышленно. А проблема останется.

Если проведенная по жалобе жильцов проверка выявит некачественное выполнение жилищных услуг – УК получит предписание на исправление недочетов и штраф, который в случае нереакции на требования жителей и инспекторов будет возрастать. Выводы жилищных инспекторов, к слову, можно будет использовать в судебном заседании в качестве доказательства невиновности собственника. 

Сейчас же истинный виновник – управляющая компания – участвует в судебном разбирательстве как соответчик по требованию нашей читательницы. И, разумеется, вместо исправления причины конфликта всеми силами старается переложить вину на своих клиенток: то обвиняет в перепланировке санузлов, то пытается опровергнуть количество вызовов «аварийки» по этому адресу. Теперь уже обе соседки вынуждены доказывать свою невиновность техпаспортами, выписками от мобильного оператора и привлечением сторонних свидетелей... 

... А ведь проблему с постоянными канализационными залитиями им было бы куда проще решить сообща, вместо судов согласованно устраивая «бумажную войну» с нерадивыми управленцами: и ремонта бы быстрее добились, и ущерб было бы проще доказать. «В такой ситуации разбирательство рискует затянуться на месяцы, – предупреждают юристы. – Соседки могут не успеть закончить до лета, когда водоразбор в многоквартирных домах заметно повышается, а значит, канализация будет чаще забиваться». 



Между тем наша читательница уже готовит встречный иск к соседке, обвиняя во многих грехах: от умышленной порчи корреспонденции до самозахвата тамбуром части коридора без согласия других собственников. Скорее всего, и тетя Аня тоже найдет, чем еще попортить жизнь своей соседке... А их общий дом тем временем все продолжает ветшать: и трубы в подвале постоянно рвутся, и вода из крана идет все чаще ржавая. Но боевой настрой его хозяек пойдет, к сожалению, совсем на другие цели.