Кто из нас в детстве не любил слушать сказки?! «Курочку-рябу» и «Теремок», «Цветик-семицветик» и «Золушку», «Гуси-лебеди» и «Снежную королеву»… Они, добрые, поучительные, запомнились на всю жизнь. И даже став взрослыми, мы нет-нет да и возвращаемся с удовольствием в сказочный мир, рассказывая про Кота в сапогах или про Дюймовочку своим детям и внукам.

«Сказка – это зернышко, из которого прорастает эмоциональная оценка ребенком жизненных явлений», – писал выдающийся педагог В.А. Сухомлинский.

Вспомните, как в детстве мы непременно хотели помочь Герде найти Кая, огорчались, что Русалочка превратилась в морскую пену, а Стойкий оловянный солдатик погиб в огне. Радовались, что Мертвая царевна ожила в своем хрустальном гробу, а Конек-Горбунок спас своего незадачливого хозяина. 

Казалось бы, что еще можно говорить по этому поводу – все давно стало на свои места. И взрослый человек, покупая в магазине сборник сказок или скачивая их по интернету, может безо всякой опаски начинать их читать своему малышу. Вот и я, полагаясь на свой опыт общения с детворой, тоже недавно была уверена в этой истине. Правда, то и дело наталкивалась на вольное сокращение сказочных историй в современных красочных изданиях.

То в «Колобке» «потеряют» волка, то в «Царевне-лягушке» «забудут» про несколько заданий молодым невесткам от царя-батюшки, то Кот в сапогах к людоеду в два раза быстрее бежит, преодолевая меньшее количество препятствий. 

А тут на каникулы в школе внучке-первокласснице задали читать русские народные сказки в обработке Александра Афанасьева. Жил этот собиратель фольклора в девятнадцатом веке (1826–1871). Александра Николаевича современники называли «русским Гриммом». Но нескольким поколениям советских детей, да и педагогических работников, вряд ли знакомо это имя. Хотя многие известные сказки взяты именно из афанасьевского сборника. Например, «Лиса и журавль». Или всем знакомый «Колобок».

Но моим первоклашкам задали другие сказания, что были не знакомы широкому кругу читателей. Видно, для расширения кругозора не только младших школьников, но и их родителей с остальными родственниками.

И вот тут-то и началась переписка этих самых родственников друг с другом.

– Ты как объяснила сыну выражение «зовут на повой»? – спрашивала одна мамочка другу

– Это какая сказка?

– «Лиса-повитуха».

– Сказала, что женщины ходили роды принимать.

– А ты лучше скажи, как пояснить доходчиво слово «полюбовник»?

– Я ответила, что это сосед, который часто заходит в гости.

Мне стало не по себе. В заданных на каникулы сказках было много труднообъяснимых для семилетних ребятишек негативных поступков взрослых героев. Вот ведьма, например, съедает свою дочь вместо Терешечки. 

– А что, разве можно питаться человечьим мясом? – тут же поинтересовалась моя внучка.

Дальше больше.

– Бабушка, почему полюбовник прилип к купеческой жене? – спросила Юлька, прочитав сказку «Диво дивное, чудо чудное».
Мораль этой сказки непросто было объяснить почемучке. Сказала: «Нельзя никого обманывать».

И так приходилось выкручиваться после каждого произведения. Я ничего не имею против сказок в обработке А.Н. Афанасьева. Но к ним явно нужно подходить дифференцированно. Наверное, были правы составители школьных программ для внеклассного чтения в начальных классах в наше время, когда рекомендовали для этого возраста старые добрые сказки, прошедшие тогдашнюю «цензуру». По крайней мере, они не ставили взрослых в тупик.