Заглянуть на нее в Ростове смогли гости фестиваля «Лето балета»

Мастер-класс проводит Михаил Мессерер. Фото с сайта www.musicseasong.org

11 утра – время начала репетиций в большинстве балетных трупп мира. Премьеры, солисты и просто артисты балета становятся к станку и  повторяют балетную азбуку: от начальных базовых элементов до виртуозных движений.

Все это происходит в закулисье, вдали от посторонних глаз. Но на этот раз в Ростовском музыкальном театре – двойное исключение из правил. Во-первых,  в балетный класс превращается его большая сцена; во-вторых, этот пластический урок открыт для всех желающих.

Балетные спектакли в Ростовском музыкальном – это  великолепие нарядов и декораций. А тут раздвигается занавес – и голая сцена, которую пересекают лишь длинные планки станка. Артисты – в репетиционных костюмах. Без грима.

Аккомпаниатор садится за рояль. На сцене появляется тот, ради кого и собрались зрители. Михаил Мессерер, художественный руководитель и главный балетмейстер Михайловского театра, приглашенный педагог ведущих балетных театров мира.

Михаил Мессерер однажды заметил, что балетные люди относятся к утреннему пластическому уроку как к ежедневному приношению богу, жестокому и непрощающему.  Но его дядя – знаменитый балетмейстер и педагог Асаф Мессерер – в своем классе был добрым духом, посредником между этим богом и танцовщиками. 

Сам Михаил провел за станком в его классе больше пятнадцати лет, станцевал в придуманном Асафом Мессерером спектакле «Урок балета» («Класс-концерт»), где танцоры Большого театра, начиная с азов, переходят в нарастающем темпе к высшему балетному пилотажу. Этот балет любили и исполнители, и публика, его прекрасно принимали за рубежом. Годы спустя Михаил Мессерер восстановил «Класс-концерт» в Большом,  этот необычный спектакль идет на сцене Михайловского театра.

Фото на память после открытого мастер-класса с танцорами балетной труппы. Фото с сайта www.balet24.ruВ ходе  нынешнего открытого урока балета Михаил Мессерер убедился, что уровень ростовской балетной труппы высок, и к финалу задал танцорам более сложные задачи, чем намечал.

Об этом мастер сообщил во время встречи со зрителями, которая последовала за «Класс-концертом». Вопросов к Михаилу Мессереру  было много. В частности, о звездах. Ну, например, о том, труднее ли нынешней балетной молодежи по сравнению с предшественниками завоевать статус звезды?

– Технический уровень в балете в последние десятилетия заметно вырос. Многие нынешние танцоры лет двадцать-тридцать назад были бы признаны звездами первой величины. Но сегодня это уже не звездный уровень, а общий. Надо подниматься еще выше.

– Как влияет современный мир на национальные школы балета?

– Они нивелируются. Раньше,  увидев танцоров на сцене, можно было точно определить, где – русская школа балета, где – датская, где – английская. Сейчас в мире множество смешанных трупп:  масса иностранцев работает в русских балетных труппах, масса русских артистов танцует в труппах Запада и Востока. Кроме того, все они смотрят  YouTube, перенимают друг у друга самое интересное. Теперь уже и среди российских звезд балета есть такие, про которых не скажешь, что это – типичные представители русской балетной школы.

– В балете будущего, еще, наверно, более технически сложном, останется шанс обрести статус звезды высоким девушкам? Таким как Волочкова с ее метром семьдесят два?

– Почему нет? А Ульяна Лопаткина?! Главное –  найти такой артистке  партнера под  стать (рост  знаменитой Ульяны  Лопаткиной – 175 см. – М.К.).


– Как Вы относитесь к переделкам знаменитых балетов?

– К счастью или к сожалению для нас, но в течение продолжительного времени сохраняются те балетные спектакли, которые с годами бывали переделаны. Если бы в свое время Мариус Петипа не переделал «Жизель», она бы до нас не дошла.

Вопрос с верностью оригиналу в балете очень непростой. Поясню на примере из собственной практики. Я уезжаю на три месяца из театра, возвращаюсь и обнаруживаю исчезновение небольшой сцены в одном из спектаклей. Обращаюсь за разъяснением этой ситуации к репетитору, а репетитор мне отвечает, что этой сцены в нем и не было. К счастью, на дворе ХХI  век с его техническими возможностями. Выручает видеозапись. Включаю и доказываю, что эта сцена здесь была. А если бы видео не сохранилось?  А если бы его не было?

– Михаил Григорьевич, – обратилась к мастеру одна из самых юных зрительниц, – Вы сами решили посвятить жизнь танцу или Вас кто-то подтолкнул?

– Моя мама была балериной Большого театра. Она увидела во мне задатки танцора, отдала меня в балетную школу. Мне там очень понравилось.

– Нужно ли как-то особо готовиться перед поступлением в балетную школу, заниматься с репетиторами, или чем ребенок одарен, то и надо предъявить приемной комиссии – в его первозданности?

– Дополнительные занятия не помешают, но умеренные, чтобы не повредить в этом возрасте телу.

Инициатор I  Международного фестиваля «Лето балета», главный балетмейстер Ростовского музыкального театра Иван Кузнецов обрадовал зрителей намерением продолжить сотрудничество с Михаилом Мессерером. Появится ли в результате этого сотрудничества в репертуаре Ростовского музыкального уже настоящий спектакль «Класс-концерт»? Или, возможно, Михаил Мессерер, вдохнувший новую жизнь в ряд балетов сталинской эпохи, пополнит и ростовский репертуар этими  крайне редкими сегодня названиями? Пока об этом можно только догадываться.