Восстание вчерашних

Точнее, кое-кому не понравилась точка  в уже отредактированной главе нашей новейшей истории. Они надеются на продолжение.

Глядя на главреда модного элитного журнала GQ Николая Ускова, который с горящими глазами защищал в программе НТВ «Честный понедельник» то «приятное во всех отношениях» времечко, вспомнился почему-то лжецарь из кинокомедии, который «требовал продолжения банкета»:

«Лично для меня 90-е были прекрасным временем, не лихим и не бандитским… Лихими и бандитскими у нас, вообще, можно назвать любые времена, только не всегда в России у простого человека появляется столько шансов для самореализации, столько веры в себя и будущее, как было в 90-е».

Надо заметить, что данный экземпляр «простого человека» к началу этого чудного периода успел получить прекрасное образование в «совке» — и настолько хорошее, что научился его презирать, был молод и полон сил. И кроме того — терся в столице, а не в депрессивном захолустье. И еще одно важное стартовое условие — Николай Феликсович, как и Егор Тимурович, не парился по поводу тех, кто заведомо не мог работать на свое будущее по той простой причине, что оно уже осталось в прошлом. Хуже, чем пенсионерам, было людям предпенсионного возраста, которые просто теряли средства к существованию и лишь считанные единицы из них могли как-то вписаться в новые условия.

«Умоляю, не надо здесь про расстрел Белого дома и миллионы умерших от голода», — пишет Усков в своем блоге, устав от таких дурацких упреков. Не парится. А запись эта появилась как реакция на уже завязавшийся спор вокруг упорного стремления дочери Ельцина реабилитировать папу и его правление.

«Стоило дневнику Татьяны Борисовны появиться в Сети, как на него отреагировал Сергей Минаев, ведущий «Честного понедельника», — пересказывает фабулу Дмитрий Быков в «Собеседнике». — Если Борис Николаевич был столь хорош, почему Россия после восьми лет его правления оказалась «в заднице» — сурово вопрошал он… На минаевское открытое письмо последовал ответ, откуда не ждали: сценарист программы «Честный понедельник» Андрей Рывкин вступился за девяностые годы, утверждая, что Минаев — сам в значительной степени их продукт».

Аргумент откровенно слабый: Минаев — велико ли достижение, даже если на десерт к этому «продукту» добавить самого сценариста Рывкина? Можно ли считать себя успешным человеком, если ценой твоего успеха — страна «в заднице», вот ведь в чем вопрос. Либералы считают, что можно. И в этом их коренное отличие от граждан России (сами-то они — в основном «граждане мира»: «просерут» эту страну, так есть еще куча других!).

Впрочем, Рывкин отчасти прав. Давно ли еще сам Минаев, удовлетворенный жизнью,  исповедовал социал-дарвинизм?! Это было совсем недавно — до того, как он сам стал телеведущим, в эфире соловьевского «К барьеру!». Да и сам Соловьев, кстати, начинал как идеолог правого либерализма. Но вот что интересно — оба по ходу работы над своими программами разительно пересмотрели свои взгляды. Возможно, потому, что им приходилось вникать в реальное положение дел в стране, а не только в своем собственном кармане, потому что приходилось слушать других людей, а не только себя любимых и таких же точно «продуктов» из своей тусовки.

Дмитрий Быков не видит особой разницы в дискутирующих сторонах: «И те, кто сегодня ругает 90-е, и те, кто по ним ностальгирует и желал бы возвращения их ключевых персонажей на первые роли, в равной степени неплохо чувствовали себя в те времена. Более того, работали в одних структурах и оттягивались в одних клубах. Так что никакой принципиальной разницы — ни идеологической, ни классовой — между ними нет…»

Тем не менее  одно существенное различие Быков проглядел. Одним для полного самовлюбленного счастья достаточно собственного успеха, а других все-таки смущает, что процветание наших успешных как-то неважно сказывается на России. И тем более беспокоит, что успешные эти все настойчивее посылают требовательные сигналы о возвращении истоков своих успехов. «Определенным политическим силам нужно вернуть страну во вчерашний день», — предупредил Сергей Минаев в своем «Честном понедельнике». В истории России элита не раз вставала перед выбором — с народом она или над народом — и раскалывалась. Похоже, мы наблюдаем очередной такой раскол.

Страсти накаляются. И певец джунглей капитализма Николай Усков, как Шерхан с окровавленными клыками, до последнего отбрасывал от себя все прибывающих противников, пока не оказался намертво зажатым в угол. И тогда, воздев руки горе, возвестил он, что в конце концов 90-е годы «были божьим наказанием за надругательство большевиков над страной и разрушенные церкви»!

Ага. Вот с этого и надо было начинать, господа: сущее вы наказание, а не романтики свободы, бесы, насланные за грехи наши тяжкие. Но теперь пришла пора бесов изгонять. Да они и сами это чувствуют, при каждом шорохе вопя: «Надо валить из этой страны!» (этот клич мелькает и в интернет-дневниках Ускова).

Однако сейчас, когда страна столкнулась с другими бесами, у них появилась надежда, что их еще могут снова выбрать в качестве меньшего зла. Вот и встрепенулись, зовут назад — в свое счастливое мутное время.

Противники путинского авторитаризма утверждают, что нынешнее господство прогнившего  чиновничества — дело рук самого Путина, смеющего критиковать славные вольные 90-е. Но даже те, кто «ваших университетов не кончали», прекрасно понимают, что, сменив вектор развития, Путин отвел страну от прямой дороги в пропасть. Разбившись на сотни хрупких осколков, Россия бы на века погрузилась в хаос «феодальной раздробленности». Да, взамен мы получили централизованный субстрат с теми же признаками феодализма, все более рельефными, и в этом мало хорошего.

Но, во-первых, нам незачем менять шило на мыло со страной в придачу и перетряхивать властную пирамиду, чтобы наверху вновь оказались олигархи, на радость Ускову и Дьяченко. Во-вторых, чтобы выполнить стоящие перед ним задачи, Путин практически не имел другой серьезной опоры, нежели чиновничество. Опираясь на «административный ресурс», он приструнил «денежные мешки» и наложил табу на окончательную продажу Родины. В этом же плане были серьезно ограничены права и свободы западников — от политиков до писателей. Да так, что им впору подавать иск об упущенной выгоде. Собственно говоря, сейчас они как раз этим и занимаются, требуя вернуть им прежнее.

— Это было время больших возможностей! — ностальгирует Николай Усков в эфире НТВ.

— Упущенных возможностей, — уточняет Сергей Минаев.

— Я бы не сказал: я ничего не упустил.

Кто бы сомневался. Есть такая порода, которая своего не упустит. Ее не любят, как не любят шакалов и гиен, но они — санитары леса. Беда лишь в том, что у нас этих «санитаров» по какому-то ужасному недоразумению вознесли на самый верх пищевой цепочки — и те объявили себя царями природы.

— Сильные победили — да, — соглашается Сергей Доренко. — А остальные 150 миллионов — проиграли! Мы проиграли как нация!.. Нацию покорителей космоса превратили в нацию лакеев, обслуживающих новых господ…

Надо заметить, положа руку на сердце, что и сам Сергей Леонидович в свое время к этому руку приложил, но, похоже, ему не нравится, что в результате нарисовалось.

Теперь еще говорят: коррупции при Путине стало больше. Может быть — ВВП же рос. Но нельзя не признать, что всевластие и произвол бюрократии становятся вопиющей проблемой, сравнимой уже с «либеральной раздачей». И ее пора решать.

У президента Медведева надежда на средний класс. Но надо торопиться, пока его не заполнили дворецкие — лакеи во втором поколении — и сохраняются гены покорителей космоса. Только свободные и сильные люди смогут поставить на место новых феодалов. И это — не нынешние либералы, рефлекторно рвущиеся «валить из этой страны». Их никто не гонит, но и уговаривать их остаться и послужить Отечеству, право, не стоит. Не поймут-с…