О повышении пенсионного возраста и введении 60-­часовой рабочей недели писали уже много. В 99 процентах случаев — в отрицательном ключе.

А тут столкнулся с мнением совершенно противоположным. Не то чтобы с мнением, а даже с идеологией. Человек, который это мнение высказал и идеологию изложил, не принадлежит ни к числу олигархов, ни к предпринимательскому корпусу. Он­-то как раз — обычный наемный работник, исполнитель.

— Вот вы говорите: 60­-часовой рабочий день — это плохо, — начал он.

— Я этого не говорю.

— Ну, хорошо, не говорите, думаете, — ответил он мне фразой из популярного фильма. — А на самом деле это благо для людей.

— Можете обосновать?

— Конечно. Предприятие, на котором я работаю, в Таганроге занимает, я бы сказал, привилегированное положение. Его и налоговики, и трудинспекция стороной обходят. Даже прессу сюда пускают раз в год по большому одолжению руководства, да и то для того, чтобы написали хвалебные репортажи. Не буду объяснять, откуда такие привилегии. Так вот, здесь уже давно 60-­часовая рабочая неделя, регулярные переработки, людей произвольно перебрасывают с одного участка на другой по мере производственной необходимости. Заметьте, без переучивания и элементарной переподготовки. Ну в результате — травмы, инвалидности. Об оплате труда не говорю: недоплаты на каждом шагу, штрафы по любому поводу. Но все — заметьте, все! — при этом молчат и делают то, что велит начальство. Народ безмолвствует — это из Пушкина, кажется? А почему? Люди боятся и такую работу потерять, потому что когда в 2008­-м тряхнул кризис, с нашего предприятия под разными благовидными предлогами убрали почти половину персонала. И никто не смог пикнуть, потому что убирали по взаимному согласию. Правда, это такое согласие, когда вам делают предложение, от которого трудно отказаться. Так я к чему все это? Если 60­-часовую рабочую неделю введут на законодательном уровне и при этом официально установят правовую норму, по которой человек, работающий в таком режиме, должен получать больше зарплату, для рабочих нашего предприятия это же будет благом! Конечно, заводское руководство будет пытаться все оставить как есть. Но появится реальная норма федерального закона, и профсоюз — не такой, как у нас, который с руководством заодно, а независимый (если он когда­нибудь организуется) сможет на нее опереться.

— Но ваше предприятие — это скорее исключение из правил, — пытаюсь я возразить.

— Никакое мы не исключение, — усмехается собеседник. — Вы поговорите с работниками малого бизнеса, там еще интереснее. Хозяин говорит: надо поработать сегодня сверхурочно, завтра то же самое, и это вообще никак не нормируется, не документируется, не введено ни в какие правовые рамки. Захочет — заплатит дополнительно, не захочет, скажет: иди, ищи другую работу. Знаете, как некоторые решают свои кадровые проблемы? Например, им нужен менеджер в офис. Они берут парня или девушку, только что после института или колледжа, типа с испытательным сроком на три месяца. Загружают по полной, переработки каждый день, иной раз до полуночи. Кандидат, конечно, старается, он же хочет получить постоянную работу! А через три месяца ему говорят: вы нам не подходите, до свидания. Порой даже денег не заплатят.

— Как же закон о 60-­часовой неделе тут поможет?

— А он будет таким пугалом. Кто­то все­таки начнет его выполнять, реально оплачивать переработки, и специалисты потянутся туда. Конкуренция, она заставит и других соблюдать закон, хотя бы частично.

— Ну а повышение пенсионного возраста­то чем хорошо?

— А чем плохо? Вот от чего, по­вашему, все всполошились? Да потому, что каждый про себя думает: выйду на пенсию, а сам останусь работать. И буду получать фактически две зарплаты. Это так основная масса рассуждает, та, что сегодня получает гроши. Вы видите? Уходить никто не собирается, большинство для себя признало, что 55 или 60 — это еще не пенсионный возраст. Но выгоднее, чтобы оставалось 55 и 60, а не, условно, 60 и 65. Это у нас такие перегонки с собственным государством, кто кого — оно нас или мы его. Так, может, лучше перестать делать вид, что у нас по­прежнему социализм, и честно поднять пенсионный возраст? А за хорошего специалиста, даже пенсионного возраста, предприятия все равно будут бороться. Вы сейчас попробуйте найти, скажем, токаря­расточника высшего разряда на станок с ЧПУ. Если находят, готовы хоть на инвалидной коляске его к станку подвозить, лишь бы работал.

Мы еще некоторое время спорили с моим собеседником. Похоже, каждый остался при своем мнении. Но что­то в моих взглядах все­таки переменилось после этой беседы. А вдруг этот человек в чем­то прав? Хотя бы в том, что, действуя от противного, иногда можно большего добиться.