«Нам нельзя дать себя спровоцировать на рассуждения по поводу краха мультикультуры», — предостерег президент Медведев. Поздно — этого уже не избежать.

Понятно, в общем, что тревожит президента. Национализм грозит разорвать страну, как разорвали ее уже однажды национальные элиты. Но в мультикультурности ли наше спасение?

Пока национализм был лишь центробежной силой окраин, еще можно было в очередной раз положиться на былинное долготерпение великороссов — чем не основа для самой великой толерантности! Но когда их терпение раз за разом стало лопаться, основа хитроумной конструкции утратила свою надежность. Национализм поразил ее на этот раз в самое сердце.

Исследование, которое провел аналитический Центр Юрия Левады, показало всплеск националистических настроений в России. В частности, идея «Россия — для русских» встречает сейчас поддержку 58% местных жителей.

Однако штука в том, что национализм этот в основном — протестный. Знаете, что многие вкладывают в идею «Россия — для русских»? Очень многие (думаю, что большинство, но социологи об этом умалчивают) ничего не имеют против цвета кожи, разреза глаз и даже акцента, если только человек сам считает себя русским — по языку, культуре или просто велению души. Они очень долго терпеливо относились и к тем, кто таковым себя никак не считает. Пока инородцы (а как их еще называть?) не стали чувствовать себя здесь, в России, полновластными хозяевами. Кому это понравится? Разве что ангелам небесным. Да еще тем, наверное, кто огражден от реальной жизни стенами, охраной или хотя бы тусовкой, за пределы которой не кажет носа.

Но почему это произошло? Почему хозяев больше не уважают — и не только в России, но и в Германии, Франции, Великобритании?

«Если говорить о крахе мультикультуры, то можно уничтожить традиции, а это опасная вещь, и в европейских государствах это тоже должны понимать», — раздосадованно сказал президент на заседании Госсовета в Уфе. Вместе с тем он отметил, как передает Утро.ru, что «слепо перенимать опыт европейских стран нельзя, так как в России есть собственные проблемы межнационального общения».

Куда уж нам слепо перенимать их опыт, когда европейская Вавилонская башня столь угрожающе накренилась?!

Какие же коррективы? Чтобы не допускать межнациональных конфликтов, нужно заняться просветительской работой. «Невежество — основа практически всех конфликтов, а тем более — межнациональных, — на мой взгляд, верно считает Медведев, но вот выводы кажутся натянутыми. — Поэтому чем активнее просвещение, тем выше общенациональный дух. В советское время было много и хорошего, и плохого, но была активная пропаганда общих целей…»

О нет, пропаганда сама по себе не всесильна — ее должна питать идея. Да, в СССР была наднациональная идея — она сглаживала противоречия. А теперь? Вы хоть скажите для начала, какая она — наша общая цель?

Может быть, обогащаться? Проверено — не сплачивает. Разобщает и очень жестоко. Многие даже считают, что именно в нашей модели коррупционного либерализма — корень всех бед.

Если это не государственная тайна, нужно громко сказать вслух с самых высоких трибун, какие цели у нашего государства, пока его еще не постигла судьба Советского Союза. Или просто не знаем?

«Из советского периода мы помним, что говорили о единой общности — советский народ, но делали это плохо. Сама по себе идея — неплохая. При сохранении различий культур мы должны быть объединены одной общей вещью…»

Я тоже за то, чтобы в конце концов Россия сплотилась в единую нацию, впитав в себя все лучшее. Но сплотиться можно только вокруг ядра. И это ядро — не «общая вещь», а русский народ. Народ — это твердое тело, а не жидкость, которую можно равномерно перемешать одним лишь взбалтыванием. Поэтому уговоры и не проходят — ни в Европе, ни у нас. Это понимают и в Кремле, но что предлагается?

«Здесь говорилось об опыте Великобритании, но я могу привести в пример и Соединенные Штаты. Там нельзя оскорбить по национальному признаку кого­либо — за это последует жесткое наказание. Над этим фактом иногда смеются, но я считаю, что лучше так, чем допускать оскорбления. Толерантности не бывает много, ее бывает мало», — подчеркнул Медведев.

Боюсь, что в Европе как раз ею, толерантностью, и объелись. Ею кормили и в охотку, и силком — не так, может, жестко, как в США, но весьма напористо. И всё — не лезет больше толерантность. Потому что заставить людей терпеть то, что порой нестерпимо, можно только до преодоления болевого порога. Я бы предложил вообще забросить подальше это слово. Есть хорошее русское слово — терпимость: оно означает, что нужно великодушно относиться к поведению и мнению других людей. А толерантность — заставляет терпеть любые выходки любого урода, если только он принадлежит хоть к какому­-нибудь меньшинству.

А давайте лучше задумаемся, нужны ли вообще права меньшинствам? Меньшинства — это лобби. Если хотите, банда — это тоже одно из меньшинств: пришлось бы уважать и это, если бы Уголовный кодекс не мешал. А лобби — это легализованная банда.

Покуситься на священные права меньшинств — многие сочтут это кощунством. Но пусть для начала ответят, почему прав человека нам недостаточно? Даже право малых северных народов на нелицензированную охоту или рыболовство свободно умещается в ПРАВО НА ЖИЗНЬ. А уж «оскорбления по национальному признаку» — не более чем оскорбления человеческого достоинства.

Если будут соблюдаться все права человека, ничто не помешает ему — человеку — объединяться с другими людьми в сообщества и кружки по интересам. И какой смысл говорить о правах этих кружков, если права каждого их члена в отдельности никто не нарушает?

Есть и другие формы, определенные законом, — общественные объединения, движения, партии, наконец. Между прочим, члены партий — тоже меньшинства, как это они об этом не подумали — это же дополнительные права!

А у кого и почему должно быть прав больше, чем у всех остальных? Не потому ли русские больше не хотят впрягаться в хомут и тащить на себе воз единства, в котором привольно свесят ножки те, кто имеет ОСОБОЕ ПРАВО — не быть презренным русским тягачом.

Попытки в ответ на провал мультикультурности в Европе педалировать свою особую — российскую толерантность (боже мой, либералы, и вы попались на «особый русский путь»!), думаю, обречены на провал. А вот если мы перестанем «толерантить»какие­то особые права нерусских,  нация сплотится гораздо быстрее. И это будет здоровая сплоченность.

И пока еще есть для этого основа и надежда сохранить Единую и неделимую.

— А почему создание Русской республики большинство считает глупостью? — спросил меня в интернете один блогер.

— Вы сначала определитесь, что вам нужно, — я имел в виду тех, кого заинтересовали идеи русских националистов (настоящих националистов — не протестных). — Чтобы русских признали хозяевами в доме, который они построили, или разменяться на изолированные квартиры?

И знаете, я догадываюсь, кто будет верховодить в этих «русских республиках» (одной точно не получится) и с каким результатом. Намекну на подсказку — развал Советского Союза, национальные элиты… Хреново будет, предупреждаю сразу.

Поэтому я за то, чтобы сохранить общий дом — общий, но русский. Я не утверждаю, упаси господи, что русские должны стать господами — этого никогда не было даже в царской империи, но их законы и культура должна уважаться всеми, кто живет в Русском доме. Уверяю вас, русские непременно ответят взаимностью! Как и теперь отвечают…