Сначала — после катастрофы «Булгарии» — Россия узнала много неприятного об износе своего технического парка. Кроме того, окончательно прояснилось, что новорусский капитализм — это беспощадная эксплуатация советского наследства до последнего винтика, не считаясь ни с какими человеческими жертвами.

А следом — после «стояния на Сагре» — мы ближе ознакомились со своим национально… национально­-мафиозным устройством.

Напомним вкратце эту историю. Заранее извиняюсь за неточность, так как подробности неуклонно разрастаются и уже начинают, как водится, друг другу противоречить, но пусть уж всю мозаику собирают следователи. А схематично дело обстояло так. Жил в уральском поселении Сагра цыган Красноперов (фамилия, как выясняется, ненастоящая), от которого так и веяло всякими неприятностями, но главное — это наркотики (что правоохранительные органы пока всячески отвергают). Наконец последняя капля переполнила чашу терпения поселян — и цыгана изгнали. Так или иначе, но цыганский бизнес серьезно пострадал. А посему названный бизнесмен метнулся в град Екатеринбург и кому­то там пожаловался. О том, что было вслед за этим, красноречиво говорит изумление самого главы СКР Александра Бастрыкина, «который, встретившись с жителями, выразил недоумение тем, как колонна из 15 машин с вооруженными людьми в принципе могла проехать к поселку» («Эхо Москвы»). Однако проехала легко. Но вот в поселке ее ждала засада. Полицию местные вызывали, но особо на нее не рассчитывали (она и появилась только через два часа, непонятно чего выжидая). Жители не пожелали покорно сдаться на милость недружелюбно настроенных визитеров и предупредили об этом выстрелами в воздух. Но окончательно убедила непрошеных гостей негостеприимность хозяев, когда один из приезжих получил­таки смертельное ранение (как оказалось позднее, это был племянник некого вора в законе). На этом битва по сути окончилась — «30-­минутная война», как уже окрестили ее журналисты. Я бы сказал, малой кровью, учитывая потенциал нападавших. Кажется, позабыл сказать, что это были кавказцы, точнее — говорят — азербайджанцы.

«Но подождите!.. Следствие разберется, и вы увидите, что все на самом деле было совсем иначе», — по горячке явно забежал далеко вперед Михаил Бородин, начальник ГУ МВД РФ по Свердловской области. То есть он сразу понял, как именно разберется следствие, и что это будет именно иначе, а не так.

Как сообщает «Эхо Москвы», «в национальной почве конфликта следователи сомневаются, хотя то, что он состоялся между представителями разных национальностей — отрицать не получится».

Братцы, а ведь они правы — нету здесь ничего националистического! Тут, понимаете, другое — «международное разделение труда».

Заглянем в «Гайд­парк» — на страничке Сергея Сибирякова есть очень интересное разъяснение:

«uumi: Как в России построен наркобизнес?

Низшее звено — розничные торговцы. Эти на 90% как раз состоят из цыган… Среднее звено — мелкий, средний и крупный опт. Эту нишу держат наши «гости» из южных республик.

Высшее звено. Тут тоже всё без затей, как везде. Это — крыша. Она теперь красная. Надеюсь, не надо объяснять, что это значит?»

Как видим, пазл собирается просто. Слишком просто. Поэтому вдруг появляются лишние детали.

«Красноперова здесь держат за местного наркобарона», — сообщила программа «Свидетели» на «Первом канале» и направила корреспондента в спешно покинутое «наркобароном» жилище, которое оказалось слишком скромным для столь громкого титула. Странно только, что к «первому парню на деревне» подходят с «городскими» мерками.

Но самое главное — появилась цыганка Валя, которая на голубом глазу рассказывает, что дело тут вообще в спорной лесопилке. Призыв на помощь бригады «посредников» это, конечно, не обеляет (хоть, знаете ли, есть перспектива превратить дело в спор хозяйствующих субъектов), но уводит, как вы заметили, от темы наркотиков.

Журналисты бросились искать лесопилку раздора, перерыли всю Сагру — нет в Сагре никакой лесопилки! Однако выясняется, что есть — в соседней Исети, полчаса на велосипеде. Недалеко, конечно: можно предположить, что гости в Сагре были просто проездом. Но комментаторам в сетях не особо в это верится:

«Какой точно конфликт, следствие, видимо, еще не определилось. Подозревают конфликт между трудолюбивым цыганом Красноперовым, желающим в поте лица зарабатывать на свой хлеб рубкой леса, и местной русской диаспорой, пытающейся обложить труженика данью на очередной пузырек», — иронизирует ihistorian в ЖЖ.

«Это было нападение карателей на деревню, отбитое местным жителями, — подчеркивает глава фонда «Город без наркотиков» Евгений Ройзман («Правдинформ»). — В этой истории бесполезно искать скрытый смысл, двойное дно. Все было именно так. И вызывает настоящее уважение достойное и мужественное поведение местных жителей, простых русских мужиков-­работяг. Чем бы ни закончилась эта история — для всей России создан прецедент сопротивления».

Все верно. Но тут важно правильно разобраться: сопротивления чему? Почему власти так боятся говорить о национальной подоплеке конфликта. По двум причинам.

Первая причина в официальной установке на мультикультурность, призванной на смену упраздненному пролетарскому интернационализму. В России не зря как огня опасаются межнациональной розни, хотя традиция тушить вспышки противоречий только за счет терпеливого русского народа в корне ошибочна. Это ведет к тому, что иные национальные диаспоры преисполняются ложного самомнения и начинают считать себя эдакими пастухами. И только получив достойный отпор, представители наиболее горячих культур начинают испытывать должное уважение к русской культуре! Что и показала накоротке «30­минутная война».

А вторая причина — во вполне понятном нежелании раскрывать характер сложившихся преступных отношений. Между тем сломать их сверху на сегодня практически невозможно. Это можно сделать только за счет самоорганизации общества. Так было везде в мире. И в этом смысле у нас сейчас все идет нормально:

«Привет с Урала!

Ситуация на сегодня. Причина конфликта — это отдельная тема, наркотики или незаконный спиленный лес, неважно. Но то, что вооруженная группа приезжала в деревню Сагра и был вооружённый конфликт, это точно.

Общественность в городе тоже организовалась. Создано общественное движение «Наш Город». В каждом районе — своя группа активистов, есть Центр с общим телефоном и авторассылкой смс в случае ЧП, есть портал http://www.e1.ru… Никакой политики или экстремизма. Если поступил сигнал, подобный Сагринскому, то выезжает группа, живущая в этом районе, — так быстрее, в качестве свидетелей и помощи. Из Центра в это время вызывается полиция или даже едут в полицию, чтобы тормошить их. В нужных случаях организуется письмо в соответствующие органы от жителей города с множеством подписей, а это уже общественный резонанс.

В общем, организуемся, как можем… Хватит быть разобщенными и пассивными, ждать, что кто­то придёт и спасёт нас…

Но пассаран!» (levinprorok).

А другого пути и нет.

И нет здесь никакой «национальной неприязни» — она совсем иного толка — напрасно Бастрыкин волнуется и призывает «жителей области не поддаваться различным провокациям» (ИТАР­ТАСС). Они не поддаются. И хочется верить, что свержение мафиозного ига не за горами…