Как и ожидалось, непримиримая оппозиция стояла до конца. Вопреки фактам, признавать победу Путина они отказывались. Какие факты? Сейчас.

Один из организаторов митинга «За честные выборы» Сергей Удальцов со сцены заявил о том, что не уйдет с площади, пока в отставку не уйдет Владимир Путин. Как сообщает с места событий корреспондент «Ленты.ру», вместе с Удальцовым на площади осталась примерно тысяча человек, в том числе Илья Яшин и Алексей Навальный. Кстати, последний теперь, поговаривают, ходит с телохранителями: похоже, он тоже не сомневается, что революция требует «сакральной жертвы».

После завершения санкционированного митинга массы спокойно разошлись. Оставшихся долго уговаривали, но они стояли на своем. Правда, уже не на сцене, а гораздо ниже. Как написал один остроумный блогер «вся российская оппозиция уместилась в одном фонтане». А ведь ее лидеры предрекали бурю народного негодования. Бури не случилось, потому что даже у самых упрямых протестных больше не было непоколебимой убежденности в собственной правоте. И это факт, факт  первый. А Удальцов пусть скажет спасибо ОМОНу, который аккуратно его изъял из угла, в который он сам себя загнал. Иначе ему пришлось бы там поселиться, человек он упрямый. Что лишний раз доказал уже на субботнем митинге, тоже весьма скромном, хотя на этот раз его не вытаскивали из фонтана, а снимали, когда он полез на стену.

«Задача либерала сейчас либо убедить себя в том, что выборы были сфальсифицированы, либо признать, что всё было честно, но он живёт в чужой стране», ­ приводит блогер dikaya_murka слова своего знакомого, точно обрисовавшего драматизм дилеммы западника.

Согласен с политологом Алексеем Чадаевым, это были не столько выборы, сколько «референдум за или против Путина». И Путин этот референдум убедительно выиграл. Как заметил А. Гордон в ночном обсуждении итогов на «Первом канале», народ в предчувствии тяжелых времен избрал того, кто, по его мнению, должен с ними справиться.

Многие заметили слезы на глазах Путина, когда он выступал на минимум 110­-тысячном митинге своих сторонников, празднующих его победу. ВВП потом говорил, что это ветер. Но мне знакомы такие слезы на глазах настоящих мужиков. Поверьте, они выдают только одно — глубокую искренность.

«И каким же надо быть мелким человечишкой, чтобы говорить о слезах Путина как о проявлении «слабости, растерянности и неадекватности». Господи! Да где же такой пример в истории найти, когда после восьми лет правления и ухода на вторые роли народ вновь оказывал такое доверие ­ 64%! Это триумф», ­пишет mikuli­shna, объясняя мужские слезы благодарностью народу, который оказал ему доверие, несмотря на тонны вылитой грязи.

Мне лично не нужно доказывать, что не все у нас чисто. Особенно при помощи грязи, которая продолжает литься. Нарушения на выборах были, есть и будут (они есть даже в самых развитых демократиях, на которые нас призывают равняться). Их не может не быть просто по закону больших чисел, где найдется место и услужливому дураку, и злобному провокатору, и даже обычной нелепости. Но когда раз за разом открывается, что выявленные будто бы нарушения высосаны из пальца, а фальсификации сфальсифицированы, элементарно перестаешь вообще верить этим, которые за «честные выборы». «Честность» у них какая­то очень специфическая. Многие, впрочем, «честно» увидели то, на что сами себя запрограммировали.

Наши «правозащитники» сочли оскорбительными слова госсекретаря США Хиллари Клинтон, которая заявила, что «на выборах был явный победитель». Вот как, даже Хиллари — вдохновительница мировой демократии ­уже их оскорбила! Господа почувствовали себя святее Папы Римского: «Эти слова были сказаны в дни, когда вскрываются все новые и новые факты о массовых фальсификациях результатов голосования», — говорится в совместном заявлении правозащитников («Эхо Москвы»). Вскрываться-­то они вскрываются, но по пятам идет вскрытие фальши этих вскрытий.

Не будем останавливаться на конкретных примерах – их много в Интернете, просто пройдемся по цифрам.

Вот самое популярное обвинение — в подвозе избирателей. Да, подвозили, но увозили обратно на работу (в доказанных случаях). В недоказанных имеем лишь свидетельства чересчур бдительных граждан, которым наверняка обозленные травлей работяги бросали, что они «каруселят» уже десятый участок.

Даже цифры «Лиги избирателей», рожденной духом Болотной, не устраивают особенно «рассерженных горожан», они вообще на глазок оценивают голоса за Путина — 45% (откуда взялась эта цифра, только сетевому богу известно).

«Прикинем, ­рационально предлагает prostokomp: ­проголосовавших за Темнейшего 63% (т.е. примерно 48 млн.). Получаем, что 1% примерно равен 0,76 млн. человек. Теперь расскажите мне за приписки и карусэли, позволившие «нарисовать» примерно 14 млн. голосов?!»

Кстати, разговор с одним «космополитом» (он сам себя так идентифицирует) подтолкнул меня к интересной мысли. Он спросил меня с затаенной надеждой, а как проголосовала Кировская область? Ведь там губернатором Никита Белых, получивший область не за личную преданность «тандему», а совсем наоборот, чтобы от либеральной критики отвлекся на практическую работу. Боюсь, теперь многим придется выбирать — принять, что Белых ничего у себя не подтасовывал, или зачислить его в предатели. Кировская область (58%) не попала даже в пятерку регионов с самой слабой поддержкой Путина. А кроме Москвы, всюду было значительно выше 50%. Причем даже в тех «оппозиционных» вотчинах, где в декабре прокатили «Единую Россию», как в Свердловской области (сравните для интереса: 33% за «ЕР» и 64,5% за Путина, почувствуйте разницу!).

А вот результат Путина в столице (46,95%), как замечет «Газета.Ru», «очень похож на декабрьский результат «Единой России», которая уступила своему лидеру всего 0,3% голосов». 

Вот именно это и показывает зашоренную оппозиционность столицы — только здесь радикально не отделяют партию от Путина. Только здесь политизированная озлобленность мешает понять, что лидер не зря шел на свои выборы под знаменем ОНФ (Общероссийский народный фронт), который ему гораздо ближе, чем формально выдвинувшая его «ЕР». И ничто их не переубедит, поскольку протестные приняли для себя постулат, что власть в России служит исключительно для обогащения верхушки. И это очень плохо. Потому что люди, которым легко в это поверить, возможно, носят в своих душах такую же червоточину.

Вспомните, как совсем недавно опросы старшеклассников показали, что большинство из них рвется в перспективные чиновники. Как вы думаете, куда делись все эти уже совершеннолетние люди, не найдем ли мы их на протестных площадях?

Впрочем, как говорят популярные телеведущие, не хотелось бы никого обидеть. Людей много ­ и все они очень разные. Полно на митингах и просто наивных идеалистов. Есть и те, кто не собирается никого свергать, но лишь вразумить власть на демократизацию… Тогда пусть они спросят себя, их ли голос озвучивает «Лига избирателей», признавшая выборы нелегитимными?

Что интересно, признать признала, но оспаривать результаты не собирается. Чувствуется и здесь какая­то внутренняя неуверенность. Дмитрий Орешкин откровенно признает, что они опирались на данные, перекошенные в сторону Москвы. Но даже так, вычтя из результата победителя более 10%, они получили 53%.

Ровно та же картина и с другими независимо­оппозиционными ассоциациями наблюдателей. «Голос» дает Путину 50,75% голосов, что все равно означает победу в первом туре. И только «Гражданин наблюдатель» не признает этого — 45,4%. Однако, обратившись к выборке, на которую они опирались, мы легко выясним причины расхождений с официальными данными Центризбиркома.

В выборке «Голоса» на долю Москвы приходится 46% всех охваченных наблюдением участков, а «Гражданин наблюдатель» и вовсе сосредоточился на столице ­ 73%! Но выбирали­то президента России, а не Москвы!

Между тем все те, кто талдычат о нелегитимности выборов, ни в грош не ставят российский народ. Который одной только явкой на эти выборы показал свое к ним доверие.

Однако нужно четко отдавать себе отчет, что выборы ­ это не финал, а лишь пролог. Пролог новой страницы в истории России. А Путину теперь придется… втройне тяжелее. Мало того, что его противники ждут малейшего промаха, его собственные избиратели настроены теперь более ревностно требовать от него результатов. И если бы у нас действительно проснулось гражданское общество, я был бы спокоен, что оно отныне бдительно следит за властью и не позволит ей особо отвлекаться на злоупотребления. Но первыми вскочили те, кто травмирован осколками кривого зеркала, как в сказке Андерсена, зеркала злого тролля. И гражданское общество, просыпаясь, не должно смотреть его воспаленными глазами…