Громкое заявление кубанского губернатора Александра Ткачева на неувядаемую тему об «инородцах» совпало с победой, одержанной на лондонской Олимпиаде его земляком дзюдоистом Арсеном Галстяном. Чему все дружно обрадовались, увидев в этой победе добрый знак. Думается, и г-н Ткачев радовался.

И совсем не кубанская фамилия земляка-победителя губернатора едва ли напрягала. Хотя, если следовать логике его выступления, должна была напрячь. Ведь прославивший Кубань дзюдоист — мягко говоря, не коренной. Не вписывающийся в портрет тех, о чьих интересах якобы печется высокий краевой начальник, когда говорит своим полицейским о необходимости оградить регион от наплыва мигрантов. Не столько от внешних, сколько, прежде всего — и А. Ткачев не скрывает этого — от выходцев с Кавказа. И вот на столь высоком уровне вбрасывается, по сути, идея деления граждан одной страны на людей первого и второго сорта.

Почему это вновь прозвучало именно сейчас? И почему вызвало столь вялую реакцию во власти? Ведь в любом сильном, развитом и стабильном обществе перед чиновником, сказанувшим такое, уже на следующий день навсегда захлопнулись бы двери любых кабинетов. Включая и его собственный. Но то в сильном, развитом и стабильном… А прозвучали они именно сегодня не в последнюю очередь потому, что на фоне вопиющих провалов местной власти — сначала Кущевка, потом Крымск, не говоря уже о более мелких эпизодах — возникла необходимость отвлечь внимание людей от аховой ситуации и ее истинных причин. Формула же отвлечения в России во все времена была одна. «Если в кране нет воды — значит, выпили…» Остается только подставить нужное слово. Для каждого времени свое. Когда-то охотниками до нашенской русской водички объявлялись евреи. Сейчас, оказывается, безумная жажда мучает кавказцев. Вот как все просто — надо лишь ткнуть пальцем и закричать: «ату!». А дальше все само сделается.

В массе своей люди жаждут простых решений сложных проблем. «Достали шумные кавказцы», «все места на рынке их» — вот классические претензии к нашим южным соотечественникам. Хотя и наши родимые славяне, бывает, орут во дворах не менее громко, а за рыночный прилавок только крайняя нужда может заставить нас, аборигенов, встать. Но вот требует душа простых решений — и их готовы нам предложить, ловко при этом передергивая понятия.

Что ж, если действительно «достали», то, может, честно расстаться с шумными соотечественниками, предоставив им идти своей дорогой? «Хватит кормить Кавказ» — и пусть существуют в своем царстве-государстве. И будет всем счастье… Что, не нравится такая идея? Да, в этом случае придется согласиться с перспективой усыхания «единой и неделимой» до размеров какой-нибудь Московской губернии. Не сразу, но быстрее, чем кажется… Едва ли кто согласится платить такую цену за решение национального вопроса.

Примеры удачных решений есть. В горячо любимых и столь же горячо поносимых США сумели так быстро и так радикально выбраться из тупика расовой сегрегации, что сегодня мы имеем там темнокожего президента — явление невообразимое еще 20 лет назад. Да и охаиваемая ныне советская модель национальной политики при всех ее идеологических завихах оказалась эффективной. Единая историческая общность — советский народ — не только на бумаге существовала. Ей мы обязаны тем, что революция 1991 года не скатилась в кровавое месиво гражданской войны. Так что если кто и расставил мины в национальном вопросе, так это, скорее, не Ленин, а вожди новой России с их печально знаменитым «берите суверенитета столько, сколько можете переварить».

А что еще, кроме популистских кличей, они могли предложить? Ведь ни развивать экономику, ни заряжать идеями общество не умели. Так или иначе, с жуткими перекосами, но это удавалось в СССР. Это смогли в Штатах, и это сработало. И в результате мы имеем там не просто общность, а единую нацию. Как ни трудна задача, а ее можно решать и на нашей почве. Только для этого надо, как минимум, перестать лгать себе и другим, одержимо гоняясь за простотой решений там, где ее нет и быть не может.