Эта история со счастливым концом, известная большинству в деталях и подробностях, никого не оставила равнодушным. Больше недели все информационные программы местных и центральных телеканалов начинались одним и тем же сюжетом — как идут поиски Даши Поповой, пропавшей 19 сентября в Ростове.

В Ростове буквально на каждом углу, на каждом доме, на каждой кассе каждого магазина были развешаны листовки «Пропал ребенок!» с портретом Даши. И какое же счастье и облегчение испытал каждый, когда поперек этих горестных листочков появились ликующие надписи «Нашлась! Живая!». Редкий финал, если вспомнить множество похожих историй…

Когда пришло сообщение о пропаже ребенка, первой мыслью большинства было: ну вот, очередной маньяк. Впрочем, на известного Чикатило нынешние насильники ничуть не похожи. В массе они молоды, нигде не учатся и не работают, постоянно испытывают недостаток средств, легко подворовывают, выпивают, а еще —  любят девушек. Но без взаимности. Вот и остается им насильничать, подстерегая женщин по темным углам…

Когда же был задержан Дашин похититель, привычные представления были опрокинуты. Не молод и не насильник…. Александр Максимов начинал славно — с красным дипломом окончил Свердловский юридический институт, несколько лет проработал в правоохранительных органах Москвы. Служил в подразделениях уголовного розыска, а значит, обладал знаниями, которые помогли ему совершить преступление. Ведь Даша была выбрана в качестве жертвы не случайно. Максимов прекрасно понимал, что выкуп за похищенного ребенка способен выплатить лишь успешный бизнесмен, каким и является Дашин отец. Несколько дней Максимов следил за девочкой, ходил буквально по пятам: от дома до школы и назад, подмечая малейшие детали поведения ребенка. В день похищения Даша по пути домой зашла с подружкой в магазин, где и забыла свою сменку — о ней «добрый дядя» напомнил девочке у самой двери ее дома, заставив повернуть от подъезда… Впрочем, Максимова не назовешь даже «оборотнем в погонах», поскольку много лет назад он уже преступил закон — пытался убить жену, которая выжила чудом, а ему пришлось отсидеть на зоне долгие 11 лет из назначенных ему судом 15.

Когда думаешь обо всем этом, становится как-то зябко. Неужели наше общество деградировало до такой степени? Вечером — доморощенные насильники, готовые легко преступить закон, а из-за собственных тупости и неразвитости даже не отдающие себе отчета в том, что совершили. Днем — другие «персонажи», порой самые неожиданные и противоречивые, как любитель казино Максимов.

Но есть у этой темной истории и светлая сторона. Вы заметили, как много оказалось в стране людей, неравнодушных к чужому горю? История маленькой девочки Даши всколыхнула общество. Понятно, когда на ее поиски были ориентированы личные составы следственного управления, полиции. Объяснимо, когда к розыску подключились военнослужащие, спасатели МЧС, специалисты «Водоканала». Но мы впервые наблюдали, как, объятые тревогой за судьбу ребенка, на его поиски вышли тысячи добровольцев! Это были не только ростовчане и жители Дона, но и московские волонтеры, специально прилетевшие из столицы. По официальным данным, было создано более 10 поисковых групп, куда входили и специалисты, и добровольцы — более 1000 человек. На деле их было намного больше — как считают, Дашу искали примерно 20 000 человек, среди них были и люди, не объявлявшие себя волонтерами. Но они помогали осматривать дома, подвалы, чердаки, лифты и мусоропроводы, канализационные люки и гаражи, обшаривали лесополосы и овраги. Благодаря помощи тысяч добровольцев Ростов был обклеен множеством листовок, сообщавших о пропаже ребенка, — самим родным сделать это было бы просто не под силу. В конце концов, это сыграло свою роль —  по фотографии Дашу сразу узнала бывшая подруга Максимова, которую он хотел сделать сообщницей, но ошибся — женщина сразу же позвонила в полицию…

Такое единение столь разных людей, движимых единым порывом и целью, — явление в нашей стране редкое. Когда мы говорим о гражданском обществе, то вспоминаем, как правило, многотысячные митингующие толпы, запрудившие широкие московские улицы. Но его невозможно построить вот так — за один или даже за сто митингов. Поиски Даши и боль за нее — один маленький шаг на пути к гражданскому обществу, который мы сделали, сами того не заметив. Как оказалось, мы можем так много, когда мы вместе.