В субботних новостях по одному из центральных каналов журналист, завершая репортаж, произнес: «Луганская область, Украина». Не ЛНР, не Новороссия…

Не замедлила последовать реакция со стороны интернетских «диванных экспертов»: «Новороссию слили, перемирие — фейк, затишье перед бурей, хунта и не собирается прекращать огонь».

Даже если и так (скорее всего — так), но ведь с чего–то же надо начинать. А каждый лишний час или день перемирия — это (вдумаемся!) чья–то спасенная жизнь, кому–то посчастливится избежать покалеченности.

Будучи в командировке в приграничном Донецке (нашей Ростовской области), я побывала там в центральной городской больнице. В июле–августе туда регулярно привозили раненых с украинской стороны. Кто–то попал под бомбежку, кто–то подорвался на мине. У кого–то взрывом оторвало руку, у кого–то — ногу, кому–то пулей выбило глаз. Совсем молодые люди. А теперь инвалиды до конца жизни.

Подумала тогда: вот если бы Порошенко каким–то образом оказался бы здесь в палате и посмотрел бы в глаза этим парням. Проняло бы его? Не знаю, не знаю… Скорее всего, нет. Красная черта этим господином уже пройдена, он, кажется, уже не осознает, куда его несет, пребывая в устойчивом «неадеквате» и ориентируясь лишь на США в качестве маяка. Как и остальное киевское «вельможное панове». Забывая про уроки истории, из которых следует, что и не таких, как они, страны–сателлиты, кидали.

Однако своим согражданам мозги они промыли хорошо. Те твердо уверены, что во всех их бедах повинны «проклятые москали» и «злобный Путин». Мне самой пришлось прервать контакты с живущим в Киеве знакомым после его желчного письма как раз такого содержания. Бывший советский офицер, этнический русский, между прочим. Неужели не может разобраться, неужели его не убедили кадры разбомбленных городов, валяющихся на асфальте трупов, спрашивала я себя. А «фишка», оказывается, в том, что на «незалежной» все это преподносится как дело рук «сепаратистов» (ополченцев). Все перевернуто с ног на голову. Не только на ТВ, но и в Интернете доступ к информации фильтруется. И люди искренне верят в «российское вторжение», захват «роты псковских десантников» и т.д. И столь же искренне клянут нас.

Правда, тут их эмоции избирательны. Перед началом наступления ополченцев на Мариуполь его жители выстроились в живую цепь (этот сюжет был показан по «Евроньюс») с криками «Путин, геть!», а одна активистка заявила в телекамеру, что сепаратистам, мол, если войдут в город, придется стрелять в женщин и детей. Вопрос: а чего ж они не митинговали, не протестовали, когда расстреливались донбасские города и там погибали женщины, старики, дети? Себя жалко — а тех нет? Они не в счет, не люди, и надо радоваться количеству убитых «ватников», что подтверждает «доблесть» украинской армии? Получается, так.

И почему на митингах украинских матерей в Киеве ни разу не прозвучали призывы прекратить братоубийственную войну, а было лишь возмущение, что сыновей–братьев–отцов–мужей оставили без бронежилетов, касок, боеприпасов? А если б к ним все это поступило, то пусть бы продолжали убивать жителей Донбасса?

Это перекос в сознании или проявление национальной ментальности, когда только «своя рубашка ближе к телу», собственная же «хата всегда с краю»? Пока она не займется огнем… Только когда у самих запахнет жареным, тогда что–то в умах и сердцах начинает просыпаться. Выходит, так…

Украинский президент столько раз обещал своим согражданам мир, что это уже перестало восприниматься с доверием. Но сейчас есть надежда на контроль ОБСЕ. И хотя в новостях сразу же стали сообщать о случающихся нарушениях минских договоренностей, обстрелах, перегруппировках, однако людям важен даже и такой — «дырявый» — мир. Настрадались. Им надо отдохнуть от войны. И сейчас хотят верить…