Заметки в канун Дня государственного флага

По традиции август считается роковым для России месяцем. Но, оставаясь в российской истории действительно одним из самых сложных месяцев, «русский август» чаще играл знаковую для страны и даже мира роль. Пробуждал национальное самосознание август 1914 года. Заканчивал счеты с «великой и страшной» Второй мировой войной август 1945-го. Открывал новые горизонты, меняя геополитическую реальность, август 1991-го. С последним как раз и связан День государственного флага, который мы будем отмечать завтра.


Нынче, спустя почти четверть века, про то время много чего говорят. Кто-то оплакивает погибшую сверхдержаву. Кто-то этому откровенно рад. Кто-то зовет к имперскому реваншу. Кто-то просто любит, сидя на диване, порассуждать о России, «которую мы потеряли»…

А между тем не было никакой гибели. И Россия, которую так и не удалось обратить в «Рашку», никуда не терялась и всегда оставалась великой. Другое дело, что четвертая русская революция, случившаяся в августе 91-го года,  как всякий кризис, конечно же, принесла с собой много недоброго. Но, как любой кризис, в конце концов, вывела страну и общество на принципиально новый виток развития.

В начале нынешнего августа вспоминали мы события семилетней давности. Я – о «войне трех восьмерок». Так изящно называют политологи трагедию, разыгравшуюся у южных рубежей России 8 августа 2008 года. Настоящей трагедией стала пятидневная война России с Грузией, всегда бывшей для нас не только частью советского монолита, но и важной составляющей общей культуры, народного сознания. И вот эта недавно еще братская республика пошла на силовой сценарий разрешения кризиса со своими автономиями. Но, ударив в припадке державного безумия по российским миротворцам, лишь потеряла эти территории.

Те далеко не бескровные события имели серьезные последствия, послужив прецедентом к пересмотру границ государств, возникших на руинах СССР.  И хотя мир знал о замыслах Тбилиси военным путем подчинить себе мятежные автономии, действия России, направленные на военное сдерживание агрессора, разъярили элиту ведущих западных держав. Даже после того, как международная комиссия под эгидой Евросоюза признала, что «войну трех восьмерок» начала именно Грузия, отношение Запада к ней не изменилось. О выводах комиссии постарались побыстрее забыть. Натовские  инструкторы как тренировали грузинских военных, так и продолжали это делать. Западное вооружение так же исправно поступало в Грузию. Вам это ничего не напоминает? Впрочем, аналогии еще будет время провести…

Что же касается позиции России, то семь лет назад она, пожалуй, впервые за последние два десятилетия так жестко и недвусмысленно продемонстрировала готовность отстаивать собственные интересы, опираясь на закрепленное на международном уровне право народов на самоопределение.

Она просто была обязана сделать это. Ибо слабость произвольно проложенных бывших административных границ, в одночасье ставших государственными, сама по себе несет угрозу мировому порядку. В том числе и продекларированному 40 лет назад в Хельсинки принципу нерушимости границ. Такой вот парадокс, которыми, впрочем, полна новейшая история...

Вспомните, как попытка молдавских властей привести страну под знамена «Великой Румынии» и заставить всех жителей своей страны говорить на румынском привела к кровавой войне в Приднестровье – первому масштабному военному столкновению на территории только что образованного СНГ. Причин и следствий того конфликта, к несчастью, не поняло мировое сообщество, впавшее в эйфорию от распада СССР. Справедливости ради следует сказать, что не поняли их и тогдашние российские руководители. В ходе признания независимости бывших советских республик было проигнорировано право национально-территориальных образований внутри этих республик на самоопределение.

По всему видно, приднестровский конфликт ничему не научил и грузинских вождей, которые попытались силой «отформатировать» народы Абхазии и Южной Осетии. Им последовали и нынешние власти Киева. Те после 22 февраля прошлого года предпочли с размаху наступить на ржавые националистические грабли. Во имя химеры «украинства» принялись топить в крови Донбасс. А ведь и там, и в Крыму, и в Севастополе население поднялось, как только начали претворяться в жизнь намерения совершивших переворот на Украине сил отменить закон о возможности использования русского языка.  Так же, как до того поднимались люди в Приднестровье… Неукраинское, по преимуществу, русское население этих территорий не могло воспринять навязываемые ему перспективы тотальной украинизации. Как известно, в результате референдума Крым и Севастополь в марте 2014-го присоединились к России. А Донбасс превратился в незаживающую рану и источник конфликтов мирового масштаба.

Как будет развиваться процесс, едва ли можно сегодня предсказать. Очевидно лишь одно: на постсоветском пространстве заработали центростремительные силы. А центром притяжения вновь, как это уже не раз бывало прежде, стала Россия. Похоже, страна наша может существовать только в виде великой державы. В противном случае ее просто не будет. Это и хотелось бы заметить тем, кто рукоплескал распаду Союза, а сейчас желал бы низвести Россию до уровня Австрии, Боснии или какого-то другого осколка распавшихся империй. Либо Россия присутствует как мощный субъект мировой политики, либо такое понятие просто сотрут с карты мира.

В этом смысле закавказские события семилетней давности имеют для России особое значение. Тогда была заложена основа общественного согласия, позволившего решительно действовать уже в более сложной и труднопредсказуемой ситуации февраля-марта 2014 года. По большом счету, тогда Россия защитила своих граждан и своих братьев, ждавших от нее защиты. Она оперативно и адекватно реагировала на вызов и смогла пресечь геноцид осетинского и абхазского народов, заложенный в планы грузинской операции «Чистое поле». И поступить по-иному Россия  просто не могла. Ведь в противном случае она осталась бы великой державой только на бумаге.  Если вообще осталась бы…

 В те дни США предприняли, надо сказать, весьма рискованный шаг. Спровоцировав Грузию на авантюру, они, таким образом, попытались проверить соответствие политической риторики России ее возможностям. Американцам важно было понять, насколько Россия готова отстаивать суверенитет и продвигать свои интересы в регионах, традиционно составлявших сферу ее влияния. Проверив это на Кавказе, Вашингтон скорректировал свою стратегию уже на Украине. 

Что ж, Россия в полной мере продемонстрировала свою самостоятельность и способность выступать на мировой арене в качестве субъекта  гепополитики. Дала убедительно понять, что не стоит провоцировать  такую страну. Пожалуй, именно  в августе  2008 года доктрина однополярного мира получила первый чувствительный удар.

Но означает ли происшедшее семь лет назад пробуждение сверхдержавы возврат на прежние имперские позиции? А именно этим не перестают пугать себя и других наши не больно дальновидные либералы и многие западные политики. Действительно ли речь идет о воссоздании СССР – только с русским триколором вместо прежнего «молоткастого-серпастого» красного знамени? 

Думать так – опасное заблуждение. А поступать в соответствии с подобными выводами – опаснее вдвойне. Как ни печально, но именно это сейчас и происходит. Америка всю свою новейшую историю боролась с призраками неких гегемонов, которые-де могут встать на ее пути. Иными словами, всеми силами стремилась утвердить химеру того самого однополярного мира. И эта Америка сегодня готова всеми силами не допустить рождения нового Союза – такого, каким она себе его представляет. Насколько эти представления соответствуют реальности – вот вопрос.

 Да, отстаивая свой суверенитет, России, так или иначе, придется вернуться на территории, которые всегда были в зоне наших интересов. Характерно, что наиболее дальновидные американские политологи понимают этот процесс далеко не так упрощенно, как штатовские министры и сенаторы. Так,  Джордж Фридман — основатель  и директор частной разведывательно-аналитической организации «Стретфор», которую в США не без оснований зовут «теневым ЦРУ», убежден, что Россия просто вынуждена будет вернуться на постсоветское пространство. Но никого при этом не завоевывая: ей нужны лишь буферные территории на своих границах. Это те земли, которые  входили в состав Российской Империи, а затем и Советского Союза и которые остаются сферой российских интересов.

Почему России пытаются отказать в том, что естественно для любого другого государства — в сфере интересов? Вспомните, как нервно реагировали США на попытки Хрущева установить ракеты средней дальности на Кубе – всего в сотне миль от Флориды. Зато нашего беспокойства по поводу украинских дел – до Донецка от Ростова ближе, чем до Волгодонска, – сегодня  активно не понимают и не принимают. Меж тем сами не прочь вернуться на Кубу с помощью очередной «цветной революции». И хотя экспорт демократии не менее бесплоден и еще более губителен, чем экспорт социализма, с очевидным опытом – в том числе и собственным – американцы считаться не желают. От раз найденной «цветной» отмычки, похоже, не откажутся ни за что.

И продолжают оставаться в плену иллюзий. Одна из них – разрушительное действие экономических санкций. Но тот же Фридман, побывав в Москве, пришел к совершенно нетипичным для политика Нового Света выводам:

«Санкции отражают болевой порог американцев и европейцев. Они созданы для того, чтобы вызывать боль, перед которой Запад не смог бы выстоять. Применительно к другим эффект может разниться. Сила русских в том, что они могут выдержать то, что сломало бы другие народы».

Ломают не санкции, ломает изначально тщетная погоня за призраком мирового господства. Причем ломает, в первую голову, тех, кому США силятся принести в дар заемные идеалы. Так произошло в Молдавии. Так было в Грузии, потерявшей треть своей территории. Так происходит сегодня на расползающейся на глазах Украине. Развал начнется в любом постсоветском государстве, где будет торжествовать прозападный курс. Это аксиома. Кстати, и пример России 90-х тут будет уместен…

Но сегодня страна возвращается на рельсы исторической логики. Где Россия понимается как центр Евразии. И процесс этот носит объективный характер.  «Большая Россия» –  назовем этот феномен так – возвращается. Возвращается как объективная историческая данность, как необходимое и достаточное условие  обеспечения глобальной безопасности. Вот это стоит понять и на Западе, и на Востоке. И нам самим, и нашим «самостийным» соседям. 

В 2008 году начался процесс пробуждения России, осознания страной самой себя. Он продолжился в 2014-м.  Продолжается и поныне. Этот процесс объективен и неумолим. В конце его – появление нового мирового полюса с Россией в качестве гаранта стабильности и мира.