Зачем городить «аглицкий огород»?

Нагульнов напрягся, вспоминая те английские слова, которые выучил, готовясь к мировой революции, и успокоил Щукаря: – Ты, дед, не боись. Тут про бридж. Этому слову перевода не требуется: игра карточная, умная такая, не то что твой подкидной дурак.

Такая картина живо представилась мне на открытии новой выставки в краеведческом музее. Выставка – в честь юбилея Ростовской области, о наших достижениях. Потому и корифей донской сцены, народный артист СССР Михаил Бушнов, игравший шолоховских героев, деда Щукаря, не позабыт, и фестиваль мотивационного кино и спорта Bridge of Arts, учрежденный три года назад и набирающий обороты, упомянут. Вот только уж очень чужеродным выглядит это аглицкое «Bridge» в витрине, рассказывающей о донской культуре.

Впрочем, вне этой витрины и выставки – ничуть не лучше. Можно снять юмористический сюжет о том, как гости и участники фестиваля, а также простые прохожие – ростовчане и гости города, – произносят это название. Одни стараются добиться такого звучания, как будто обучались не меньше, чем в Оксфорде. Другие, не ломая язык, приспосабливают английские слова к русской традиции. Да так, что «бридж» порой превращается в совершенно нашенский, хотя и уродливый «брыдьж».

Когда этот кинофестиваль делал свои первые шаги, его нередко – устно и письменно – именовали «Мостом искусств», что и переводится на английский язык как Bridge of Arts. Или – чаще бывало, что английский вариант соседствовал с русским. Однако в нынешнем году на третьем по счету кинофестивале русское название исчезло из его программы и афиш. Количество употреблений русского названия «Мост искусств» в ходе выступлений на различных мероприятиях фестиваля можно было пересчитать по пальцам: всюду Bridge да Bridge. С чего бы?

Этот вопрос я задавала многим гостям фестиваля. Отъявленных англоманов, которые радовались бы разрушению «Моста» в пользу «Бриджа», ни разу не встретила. Некоторые, главным образом, наши, дончане, высказывали предположение о том, что, возможно, английский вариант способствует раскрутке нашего фестиваля за рубежом. Ведь позиционируется он как международный.

Что ж, сегодня в России – не один десяток кинофестивалей: и всероссийских с участием зарубежных гостей, и международных кинофорумов. Среди них небольшое, в сравнении с общим количеством, число фестивалей с названиями на английском языке. Слава о них не гремит. Но в основном (живем-то в России!) у международных кинофестивалей, учрежденных в российских городах, названия русские: «Алые паруса», «Меридианы Тихого», «Зеркало», «Море зовет», «Детектив-фест», «Чебоксарский международный», «Сталкер», «В кругу семьи», «Восемь женщин», Якутский международный и другие, не говоря уже о Московском международном кинофестивале.

Встречаются компромиссные варианты, эдакие билингвы: «Meters/Метры», «2 morrow/Завтра».

Судя по информации обо всех этих фестивалях, русские, английские или смешанные названия на качество и насыщенность фестивальных программ, а также привлекательность этих фестивалей в глазах кинозвезд, которые соглашаются стать их гостями и участниками, не влияют. Тут действуют совсем иные механизмы, не в последнюю очередь – личные связи организаторов. И иностранным туристам, если найдутся желающие посетить какой-то российский кинофестиваль, его русское название – не помеха. Про российских туристов из других регионов – что и говорить. А раз так, зачем же разрушать русский «Мост искусств» и городить на родной донской земле этот «аглицкий» огород?