Глава комитета Госдумы по экологии и охране окружающей среды Владимир БУРМАТОВ считает, что условия содержания животных на птичьих рынках и в зоомагазинах – это нарушения санитарных норм и прочие безобразия, которые нередко можно квалифицировать как жестокое обращение с братьями нашими меньшими. Он выступил с законодательной инициативой, направленной на пресечение этих безобразий.

Фото: ncrim.ru
Как рассказывает сам депутат в многочисленных интервью, прямого запрета на продажу животных в данных локациях нет. Однако нормативы будут прописаны такие, что большинству зоомагазинов и птичьих рынков от этого бизнеса придется отказаться. Пусть торгуют кормами и аксессуарами. Где же тогда покупать животных? В питомниках. В Европе это уже давняя практика.

Конечно, прежде всего на эту инициативу откликнулись люди, позиционирующие себя как зоозащитники. В большинстве своем одобряют. Радуются, если запретят продажу кошек и собак в «аквариумах» и клетках. Птичьи рынки многие из них называют анахронизмом и даже национальным позором России. Уверяют, что нигде в Европе ничего подобного нет. Ну, это смотря что иметь в виду под птичьими рынками. Выставки-ярмарки птиц там как раз таки распространены даже больше, чем в нашей стране.

У меня немалый опыт посещений зоомагазинов и птичьих рынков. Есть свои печальные наблюдения. При этом ряд моментов в обсуждении законопроекта Бурматова меня смущает и настораживает.

Прежде всего, смущает явный крен в сторону кошек и собак. Понятно, что сегодня в России это самые популярные домашние питомцы (особенно кошки). Но общая картина при таком подходе искажается.

Кстати, в зоомагазинах донского региона (и, вероятно, не только здесь) этих животных вообще не продают. Разве что визитки заводчиков и фотографии их живого товара можно иногда обнаружить где-нибудь возле кассы.

Птичьих рынков у нас раз-два и обчелся. Кошек и собак там чаще продают как бы в формате ярмарки выходного дня. По будням – только рыбки, птички, мелкие грызуны, и то работают лишь несколько прилавков.

Сейчас всюду цитируют слова депутата о том, что на каждом птичьем рынке есть кладбище животных, которые не дожили до того дня, когда их купят. Думаю, что это горькая правда. Но относится она прежде всего к тем, о ком при обсуждении законопроекта даже не упоминают. К птицам. И прежде всего – диким.

О выставленных на продажу кошечках-собачках, дорогих попугаях или певцах-кенарах продавцы, как правило, заботятся. А вот всякими там пичугами – чижиками, щеглами, зеленушками, а то и довольно легкими в разведении волнистыми попугайчиками – клетки набиты порой немилосердно.

Дважды эти несчастные пленники умирали на моих глазах, одного (щеглика) полуживого купила, надеясь выходить, но не успела даже довезти…

Исключит ли инициатива г-на Бурматова подобные ситуации? Или нормативы окажутся такими, что лесные певцы, волнистые попугайчики если не вовсе исчезнут с птичьего рынка, то значительно подорожают?

А ведь есть еще альтернатива продажам животных в зоомагазинах и на птичьих рынках. Через интернет, по частным объявлениям. Судя по снимкам, которыми они сопровождаются, условия содержания животных у интернет-продавцов нередко бывают весьма огорчительными. Как решить эту проблему? Не получится ли так, что утверждение нового законопроекта ее только усугубит, увеличив число продавцов, которые решат уйти с птичьего рынка в Сеть, фактически в подполье?