В Псковской области открыт мемориал к 800-летию Александра Невского


Святой спаситель или святой предатель?

В конце прошлой недели президент России Владимир Путин открыл в Псковской области на берегу Чудского озера мемориал «Князь Александр Невский с дружиной». Мемориальный комплекс включает в себя шесть фигур спешившихся витязей, а также три конных фигуры, доспехи поверженного врага и флаговую группу. Посвящён монумент 800-летию со дня рождения Александра Ярославовича и Дню памяти святого благоверного князя (в схиме – Алексия), который празднуется православной церковью 12 сентября, а также победе новгородского воинства над рыцарями Ливонского ордена в 1242 году.

Памятник высотой 20 метров установлен вблизи поселка Самолва – у предположительного места Ледового побоища 1242 года. Как сообщает РИА «Новости», все детали образов воинов – доспехи, шлемы, мечи и проч. – создавались совместно с историками. На возведение монумента ушло 120 дней и несколько десятков тонн бронзы. Автор монумента, скульптор Виталий Шанов, рассказал каналу «Россия. Культура», что каждый из девяти воинов собран из множества частей. Так, спешившийся дружинник поделён на 15 «пазлов». Их изготовили на художественном комбинате в Химках, затем доставили к месту установки и здесь подогнали один к другому.

Тыльная сторона памятника представляет собой мозаичное панно высотой свыше семи метров, длиной более трёх метров. Комплекс дополняет парк в форме щита и меча, где меч — это аллея, ведущая к памятнику. В Самолве также будет открыт музейный павильон. В нём разместят диораму «Ледовое побоище» и артефакты, обнаруженные на дне Чудского озера.

На торжественном мероприятии присутствовали председатель Патриаршего совета по культуре митрополит Тихон, помощник президента председатель Российского военно-исторического общества Владимир Мединский и губернатор Псковской области Михаил Ведерников. Освятил монумент Патриарх Московский и всея Руси Кирилл.

Всё это замечательно и должно послужить, как говорится, духовной скрепой для народа российского. Однако не всё так просто. Дело в том, что уже давно фигура Александра Невского является одной из самых спорных в русской истории – впрочем, так же, как Иван Грозный, Пётр Первый и другие исторические личности.. Одни считают князя Александра Ярославовича святым и спасителем земли русской, другие же называют его предателем, пособником ордынских захватчиков. Что же, зададимся излюбленным нынче вопросом: «В чём правда, брат?»


Какую Русь защищал благоверный, или Кое-что о средневековых танках

Все аргументы сторон разобрать здесь невозможно. Остановимся поэтому на Ледовом побоище, которому посвящён мемориал, и на личности благоверного Александра Ярославовича.

Битва на Чудском озере действительно обросла огромным количеством мифов, которые до сих пор тиражируются школьными и вузовскими учебниками, не говоря уже о блистательном в своей нелепости фильме Сергея Эйзенштейна «Александр Невский».

Пожалуй, единственный бесспорный факт – это то, что в 1237 году папа римский Григорий IX воспользовался ослаблением Руси в результате монголо-татарского ига и провозгласил крестовый поход на язычников-финнов, а заодно и на русичей как «неправильных христиан» и конкурентов в Прибалтике. Далее начинаются странности. Например, с названием побоища – Ледовое. Битва, судя по источникам, происходила 5 апреля. А в XIII веке температура на севере нынешней России была выше, чем сейчас. Ни о каком сражении на льду и речи быть не могло. Тем более о том, чтобы новгородская дружина гнала врагов семь вёрст по льду (как гласит одна из поздних летописей). Какие семь вёрст, когда между берегами озера было не более двух километров?

В ранних летописях картин «самоутопления» ливонцев вообще нет. Да и быть не может хотя бы потому, что новгородский дружинник вместе с конём и доспехами весил не меньше западноевропейского рыцаря. В Старшей ливонской рифмованной хронике, которая повествует о победе «короля Александра» и поражении рыцарей, вообще нет ни слова о том, что битва произошла на озере. Зато сказано, что убитые «падали на траву».

Особый вопрос – о количестве сражавшихся. Наиболее ранний источник, Новгородская первая летопись, сообщает о 400 убитых и 50 пленных рыцарях. Ливонская рифмованная хроника — о том, что «двадцать братьев осталось убитыми и шестеро попали в плен». Зато ливонцы сообщают, что на каждого рыцаря приходилось до 60 новгородцев. К ХХ веку некоторые ретивые историки число немцев тоже довели до 12-15 тысяч.

Впрочем, как утверждают исследователи, новгородская летопись и ливонская хроника, в принципе, не противоречат одна другой – по крайней мере, что касается тевтонцев. Так, историк Клим Жуков считает, что в битве участвовали с обеих сторон по несколько сотен человек. От немцев это 35–40 братьев-рыцарей в сопровождении 160 конных кнехтов (воин на службе у господина; на каждого рыцаря приходилось в среднем по четыре таких слуги) и наёмники-эсты («чудь без числа») – отряд примерно в 100–200 человек. По меркам феодального средневековья такое воинство считалось серьёзной угрозой. Примерно такими же силами, 40-50 рыцарей, Генрих Английский завоевал Уэльс. Каждый рыцарь был известен по имени, представлял собой нечто вроде средневекового танка, bene loricatus (лат. хорошо одоспешенный). Собравшись вместе, они сметали всё на своём пути.

Что касается дружины Александра Ярославовича, она, конечно, не могла никоим образом превосходить рыцарей ордена меченосцев в 60 раз, но максимальная численность новгородского городового полка, княжеской дружины Александра, суздальского отряда его брата Андрея и присоединившихся псковичей могла доходить до 800 человек. Так что значение битвы новгородцев с братьями-рыцарями недооценивать не стоит. Это было крупное победоносное сражение – даже если оно происходило и не на озере, и не на льду.

Но вот имело ли оно значение для сохранения русской нации? Здесь на благоверного князя обрушивается поток чудовищных обвинений, главное из которых – «предательство интересов русского народа», сотрудничество с Ордой, коллаборационизм. Мол, ради сохранения Новгородской земли Александр Ярославович склонился перед Бату-ханом, платил дань и даже помогал собирать дань с других. Сколько русских городов татары побили-потоптали, а Новгород, гляди-ка, выстоял…

Да ведь в условиях чудовищной феодальной раздробленности на Руси это было самой верной политикой. В русских землях первой половины XIII века никакого единого русского государства не было, существовали два десятка мелких и крупных княжеств, которые постоянно грызлись между собой. Даже само слово «Русь» многие не воспринимали. Так, новгородцы и псковичи считали себя не русью, а словенами. В новгородских берестяных грамотах «еду в Русь» значило – еду во Владимир или Тверь. Города были малочисленны, одни из самых крупных – Рязань (10 тысяч человек), мегаполисы Киев (50 тысяч человек) и Новгород (30 тысяч человек).

И вот приходят монголы. Современные историки оценивают их войско в 40 тысяч всадников (четыре тумена). Закалённые воины с отработанной стратегией и тактикой, с современным оружием, безжалостные и суровые. Что могли противопоставить им раздробленные русские княжества? Ни-че-го! Киевская дружина могла выставить от силы 1000 человек, новгородцы – 800 дружинников, остальные – и того меньше. К тому же князья постоянно ругались друг с другом за первенство. Первое же столкновение русско-половецких войск с монголами на реке Калка показало полную небоеспособность князей. По подсчётам историка Клима Жукова, 20 тысячам монголов противостояло всего лишь пятитысячное сборное русско-половецкое войско, к тому же князья перессорились, и киевская дружина вообще не приняла участия в сражении.

То, что Александр Невский трезво оценивал обстановку, был умелым дипломатом и сохранил новгородские земли от монгольского разграбления и агрессии рыцарей-меченосцев, свидетельствует о нём как о неординарной личности. В случае военного столкновения с ордынцами исход мог быть лишь один, без вариантов. Сохранить народ – вот что необходимо было сделать. И князь это сделал.

К слову: дань монголам и татарам Русь продолжала платить не только после победоносной Куликовской битвы 1380 года, но и после стояния на реке Угре 1480 года, когда ордынцы вернулись в свои степи. И даже после сражения при Молодях 1572 года, когда русские войска разгромили армию крымского хана Довлета Гирея. Как же можно ставить в вину Александру Невскому то, что он не повёл новгородцев под татарские сабли?

Почитание благоверного князя началось сразу по его погребении. Нетленные мощи Александра Невского были открыты, по видению, перед Куликовской битвой, тогда же установлено местное празднование. Канонизирован Александр Невский Русской православной церковью в лике благоверных при митрополите Макарии на Московском Соборе 1547 года. 12 сентября 1724 года мощи великого князя по указу Петра Великого были перенесены в Александро-Невскую лавру Санкт-Петербурга.


О прогулках по минному полю

Когда я решил ознакомиться с речью президента России на открытии мемориала Александру Невскому, я боялся, что, учитывая разноголосицу мнений в обществе, она будет сродни прогулке по минному полю: шаг вправо, шаг влево – и прощай, молодость…

Однако мои тревоги оказались напрасными. Всё выдержано грамотно, с сохранением логического равновесия. В самом начале президент сказал:

«Здесь, на Чудском озере, князь Александр Невский со своей дружиной разгромил иноземных захватчиков, отстояли Новгород и Псков, а по сути – всю Древнюю Русь».

Именно так – отстояли Новгород и Псков, а по сути – всю Древнюю Русь. Потому что кем бы себя ни считали новгородцы, но рифмованная ливонская хроника называет их русскими.

Следующий тезис свидетельствует о понимании всей сложности исторической обстановки XIII века и месте великого князя:

«Он жил в сложнейший период отечественной истории, когда угроза исчезновения, именно исчезновения, утраты нашей государственности могла стать трагической реальностью».

Хотел бы добавить: и государственность эта толком ещё не сложилась, тем существеннее вклад благоверного князя Александра, которому на момент битвы было чуть более 20 лет. И этому мальчишке приходилось не только сражаться, но и решать сложнейшие проблемы. Этому посвящён самый важный отрывок из президентской речи:

«Масштаб личности Александра Невского поистине грандиозный, а его жизненный путь – сложный и многотрудный. Это был путь выбора, который он всегда делал в интересах сохранения самобытности и духовных основ русского народа, во имя родной Руси, во имя будущего нашего государства. Ради него Александр Невский совершил подвиги не только как воин на полях сражений, но и как искусный дипломат и мудрый государственный деятель, мудрый государственный политик.

Он взял на себя тяжёлую ответственность, проявил уникальную дальновидность и волю и сделал всё, чтобы Русь окрепла, смогла сберечь, сохранить и продолжить традицию древнерусской государственности.

Суть его подвигов отражена в словах Михаила Ломоносова, выбитых на гробнице Александра Невского: «…укротившему варварство на Востоке, низложившему зависть на Западе».

Добавить к этому мне, по сути, уже нечего.