Вы не согласны с таким заголовком, считаете его преувеличением? Ну, тогда отнеситесь к нему как к метафоре. Но все-таки лучше переоценить острую проблему, чем недооценить ее. Не будем забывать о факторе времени, который, к сожалению, работает не в нашу пользу

Разве вы не согласны, что события на майдане являются итогом процесса, к которому Украина шла долгие годы? Когда развалился СССР, то от нас не просто отошли бывшие республики. Большинство новых стран стали, мягко говоря, негативно относиться к нашей державе. А ведь это было изначально запрограммировано дирижерами такого развала…

Антироссийские настроения умело культивировали руководители Украины, свое ядовитое слово сказали и националистически настроенные СМИ. И борьба с русским языком в Украине – не последний фактор идеологической агрессии. Похожие процессы тлеют и в России, правда, на иной основе и в других масштабах…

Мы сегодня обсуждаем проблему засорения русского языка. Но мы должны помнить: она не существует отдельно. Идёт борьба идей, и поле этого сражения – наша страна и мы с вами… 

Я хотел бы обратить внимание лишь на некоторые грани этого явления. То, что одни русские слова замещаются синонимами из других языков, в первую очередь английского, это очевидно. Между прочим, язык «мировой демократии» некоторые американские эксперты сами называют уже не языком Шекспира, а языком Макдоналдса.

Более скрытым, а потому вдвойне опасным процессом, активно идущим в русском языке, является подмена значений. В этом случае уже идёт наступление на содержательную сущность понятий. Примеров здесь немало. Так, термин «массовая коммуникация» активно стал замещать понятие «массовая информация». Но коммуникация – это средство общения, канал передачи сигнала. Куда же девается в таком случае информация – содержание этого канала? А содержание, оказывается, не важно, важны матрица, символы, знаки...


Сижу на облаке 

И смотрю вниз…

Как же неустойчиво все на земле!

                   Владислав Смирнов

Семь лет назад, 27 сентября 2014 года, трагически погиб профессор Владислав Смирнов. По его учебникам изучали радиожурналистику студенты нескольких поколений. 

Его стихи ценят и любят настоящие знатоки поэзии. Его публицистические работы и сейчас, спустя много лет, поражают: откуда он знал, что с нами будет происходить сегодня, сейчас?!

За полгода до своей гибели он опубликовал в «Литературной газете» статью, отрывки из которой мы предлагаем вашему вниманию. Тогда, в 2014-м, статья Смирнова стала началом дискуссии о необходимости защиты русского языка… 


Никто сегодня в СМИ и шагу к микрофону или к компьютеру не сделает без словечка «креативный». Оно уже практически вытеснило ёмкое слово «творческий». Но ведь слово «креативный» шире по значению: это значит созидательный, деятельный. Процесс размывания смыслов инерционно перешёл уже и на наш собственный язык.

Меняют содержание и другие знакомые слова. При замене, как правило, пропадает окраска привычного слова. Кампус – это ведь университетский городок в США. В честь чего наши университеты стали называться «кампусами»? Чувствуете разницу в звучании слов «студгородок» и «кампус»? Шоу – эстрадное представление, призванное вызвать побольше шума, произвести эффект, – теперь же это и политическое представление. Через подмену идёт атака на главное в наших словах – их смысл. Приоритетной становится форма, а не содержание, выхолащивается значение. Неслучайно слово «формат» стало почти всесильным во многих СМИ. А ведь это термин радиовещания и обозначает он всего-навсего специфические рамки содержания типа программы.

И это совсем не мелочь, как может показаться на первый взгляд. Звуковая окраска слова, впитываемая человеком с детства, несёт и содержательные элементы. Смена вывески частично меняет и сущность, так как влияет на понимание. Таковы психологические законы восприятия.

Когда мы ведём речь о языке, мы имеем в виду живое речевое общение, языковое существование. Японцы, например, давным-давно изучают социальное бытование человека в языке, об этом же писал академик Н. Конрад.

Смысл атакуется на разных уровнях, в том числе и на психологическом, в частности, заметно упрощается речь. И здесь ярчайший пример – ненормативная лексика. Кто же помнит сейчас слова выдающегося стилиста, удивительного мастера слова К. Паустовского о том, что русский язык настолько богат, что позволяет выразить тончайшие оттенки любой мысли? Пока наши школьники не могут связать трёх слов без слова из трёх букв.

Меняются времена, становятся другими, ещё более изощрёнными, методы и приёмы атак на самосознание россиян средствами языка. Парадигма холодной войны против России изменилась. На Трукля (персонаж рассказа С. Лема) охотятся изнутри! И воюют уже не против (большевиков, социализма, коммунизма...), а за (за ещё большую демократию, свободу, общечеловеческие ценности, права человека, честные выборы и т.д.).

Я вовсе не хочу сказать, что всё, что происходит с нашим языком, дело рук заокеанских заговорщиков. Мы всё творим сами, в том-то и дело.

Снизить уровень культуры, отучить от серьёзного осмысления текущих событий, подменить нравственные ценности и ориентиры молодёжи, внедрить новые стереотипы, оторванные от национальных корней, – для этих целей язык является самым подходящим инструментом.

«Язык» – базовое понятие, это – самосознание народа, его главное национальное достояние. Нация уходит с исторической сцены, когда умирает её язык.

В статье «Отечество и отчество» («ЛГ», 2013, № 42) В. Штыров призывает повысить требовательность государственных органов к соблюдению закона «О государственном языке Российской Федерации». И это в общем-то правильно. Но на чиновников надейся, а сам не плошай. Ах как сильно ещё в нашем обществе, воспитанном в пропагандистских волнах великих утопий прежней жизни, влияние иллюзий! Особенно по части надежд на «добрых, просвещённых» чиновников, на деле – «вампиров русского общества» (А. Герцен). Наша повседневная жизнь, которая чаще «удивительна, чем прекрасна», показывает нам всеми цветами криминального телеэкрана, что у большинства чиновников совсем другие заботы и совсем не о нашем Отечестве они.

Поэтому я хочу обратиться к активным читателям газеты, особенно журналистам, учителям, преподавателям вузов и всем, кто непосредственно работает с молодёжью: давайте сделаем конкретной борьбу за чистоту русского языка. Какое благодатное поле для такой важной работы, которая, разумеется, должна быть органичной, комплексной, представляют уроки и лекции по литературе и русскому языку, истории, другим общественным наукам! Надо творчески противостоять формализации школьного и высшего гуманитарного образования, когда вместо содержания чиновников интересуют формы обучения: ЕГЭ, модули, учебные карты-схемы... Давайте повернёмся от общих слов, от стенаний о «погибели языка русского» к «малым делам». Малым – по форме, но большим – по значению.

Да я и не сомневаюсь, что уже есть такие подвижники, работающие по велению сердца, кому дороги «великий и могучий русский язык» и высокая классическая культура России. Давайте вместе спасать «великое русское слово». И наш язык с его бесконечными выразительными ресурсами, его мощью и красотой поможет нам в этом.