С героем этого рассказа больше четверти века назад довелось впервые встретиться мне на степных охотничьих тропах. С той поры дружим, хотя встреч и общения судьба позволяет до обидного мало и редко.

Увидеть донскую чашу приезжают издалека

Сельский человек Виктор Алпатьев оказался по месту рождения земляком моего деда — потомственного донского казака Тихона Иванова из Журавской Огиби, что в низовьях Северского Донца. В отличие от меня, правда, Виктор Алексеевич в подробностях знает собственную родословную с начала позапрошлого века. Ему в определенной мере, конечно, повезло, поскольку мальчишкой еще успел застать в живых даже своего прадеда Поликарпа Прокопьевича Алпатьева, в юности воевавшего за свободу Болгарии на легендарной Шипке. В Великую Отечественную под руководством деда Поликарпа (именно так звали его станичники), колхозный скот угоняли от фашистов за калмыцкие степи. С освобождением Дона стадо вернули на родные пастбища у Северского Донца. Бдительная комиссия установила, что колхозное поголовье крупного рогатого скота за время вынужденных скитаний заметно увеличилось. И главного пастуха, ветерана Шипки ...тут же арестовали. На всякий, видно, случай. Нашлись потом все же здравые головы — смекнули, что коровенки колхозные вернулись не только в целости, но еще и с добрым приплодом. Деду Поликарпу за этакое по-хорошему можно было бы и медаль какую дать, но он и за обретенную волю был благодарен...

По образованию Виктор Алпатьев — зоотехник-ветеринар. Во время срочной службы ходил в длительных эскадренных походах по морям-океанам земного шара. Потом некоторое время золото добывал на одном из горно-обогатительных комбинатов Приполярья. После выхода в начале 80-х постановления Совмина о создании подсобных хозяйств на всех производствах страны был мобилизован партией как специалист—животновод на создание такого хозяйства при комбинате. Средств и возможностей было предостаточно, и за Полярным кругом соорудили коровники со свинарниками самого продвинутого технического оснащения. В отделении свиноматок, к примеру, даже полы были с подогревом. Обеспечили золотодобытчиков и шахтеров молоком и свежайшим мясом. Из столицы больших начальников привозили поглядеть на уникальное подсобное хозяйство, не приносящее, подобно массе других, убытков своему головному предприятию.

Вернувшись на родной Дон, Алпатьев три десятка лет трудился по основной своей профессии, руководил крупным колхозным отделением...

Недавно в очередном выпуске справочного пособия по любительскому виноградарству в России, Украине и Беларуси «Виноград без границ» в рубрике «Народное сортоиспытание» обнаруживаю статью Виктора Алексеевича Алпатьева, виноградаря-опытника, проживающего теперь в хуторе Папчино Родионово-Несветайского района. Приведу короткую цитату: «...порадовал Тузловский великан. Размер гроздей, действительно, великанский, а вкус не поддается описанию — надо дегустировать! Не подвели и сорта-ветераны. Аркадия выдала грозди весом 2-2,5 килограмма, ее ягоды превосходного вкуса достигали размера грецкого ореха... чтобы сохранить отдельные грозди Ризамата и Победы, приходилось нести их вдвоем».

На заслуженном отдыхе бывший зоотехник-ветеринар занялся, наконец, виноградарством, о чем мечтал с юных лет. Теперь ведет сортоиспытательные и селекционные эксперименты, сотрудничает с учеными Всероссийского научно-исследовательского института виноградарства и виноделия им. Якова Ивановича Потапенко, к которому, между прочим, приходил на личные консультации еще во времена своего студенчества...

При первой возможности заезжаю в Папчино посмотреть в очередной раз плантацию Виктора Алексеевича. Она заметно увеличилась, к любимому Алпатьевым способу высадки винограда «донскими чашами» добавилось много традиционных виноградных шпалер.

— Очень дорог нынче материал для обустройства «чаш», — объясняет Алпатьев. — Особенно — для пенсионера. А ведь они позволяют не только очень экономно использовать территории, но и обладают рядом преимуществ по сравнению со шпалерной схемой, поскольку такая конструкция имеет дренаж, через который полив осуществляется прямо в корни растений вместе с удобрениями и подкормкой. «Донских чаш» у меня восемь, плюс теперь еще десяток десятиметровых шпалер. Сорта разные, преимущественно Новочеркасского НИИ виноградарства и гибриды известного донского виноградаря-сортоиспытателя Николая Крайнова, в частности, Тузловский великан, Юбилей Новочеркасска. Теперь, бывает, что и ко мне за опытом виноградари едут даже из ближайшего зарубежья.

Виноградная плантация и огород бывшего животновода в состоянии образцово-показательном. Здесь на капельном поливе зреют овощи, зеленеет школка виноградных саженцев. Для «личного потребления» в погребе Виктора Алексеевича всегда имеется несколько видов натурального виноградного вина. Так, к недавним проводам в армию старшего внука Игоря было специально припасено по пятьдесят литров вина белого и вина красного.

Поскольку сейчас много разговоров идет о возможной в недалеком будущем легализации «самодельных» вин в нашей стране, зачастую именуемых еще «гаражными», не могу не поинтересоваться у Алпатьева его мнением об этакой перспективе.

— Легализация очень важна была бы для развития отечественного виноградарства, но, боюсь, разного рода крючкотворцы затянут это дело на неопределенный срок, — машет Виктор Алексеевич. — Я поначалу обрадовался было, да оказалось, нужно пройти десятки разрешительно-запретительных инстанций, затратить на оформление очень существенные средства. А главное — потерять очень много времени. Мои предки в устье Северского Донца испокон веков виноград разводили, и вино из него давили без всяких разрешений и легализаций. Личного интереса к вину, откровенно говоря, не испытываю, а вот виноград для меня значительно дороже любого золота приполярных приисков…