Привычные сельскохозяйственные рынки под открытым небом в районах Ростовской области сохранятся до 2020 года

Большая часть этих рынков могла запросто исчезнуть из нашей жизни еще к началу 2012 года, как и предписывал закон «О розничных рынках»: кто не перейдет к указанному сроку в капитальные строения – будет закрыт. Потом была отсрочка до 1 января 2015 года. Что спасло рынки от ликвидации? Есть ли у них вообще шанс на жизнь?


Передышка или компромисс?

В декабре 2014 года, можно сказать, в последний рабочий день уходящего года, президент Владимир Путин подписал федеральный закон, в котором для городов с населением свыше 1 миллиона человек срок перевода в капитальные строения сельскохозяйственных рынков установлен до 1 января 2016 года. Сроки перевода рынков в капитальные строения для остальных территорий устанавливает региональный законодатель.

Депутаты Законодательного собрания Ростовской области уже в феврале приняли изменения в областной закон «О регулировании отношений, связанных с организацией розничных рынков на территории Ростовской области». Их решение – вернуться к вопросу в 2020 году – в Ассоциации рынков Ростовской области назвали победой над лоббистским федеральным законом 2006 года, которая стала возможной только благодаря совместным усилиям многих людей по всей России. Все эти годы депутаты донского парламента, Ассоциация рынков Ростовской области постоянно обращались во все инстанции, имеющие отношение к законопроекту — в думские комитеты, к Правительству России через Южно-Российскую Парламентскую Ассоциацию, убедительно доказывая, что нужно сохранить формат открытых рынков. И вот разум возобладал. А о том, что будет с сельхозрынками через пять лет, сложно сказать: ведь рынок – это зеркало нашей экономики, отражение тех процессов, что происходят в жизни. Но сегодня, несмотря на проникновение сетей в глубинку, именно рынки по-прежнему остаются одним из самых востребованных форматов торговли в стране. Вот только осталось их на всю Россию полторы тысячи, столько же, сколько в сорокамиллионной Корее, к примеру. Маловато будет.


Стенка на стенку

Четыре года назад в материале «Без базара» (№ 136 от 27 апреля 2011 года) газета «Наше время» писала о проблеме сохранения рынков в условиях активного развития сетей. Наши аргументы «за»: на рынках мелкий сельхозпроизводитель имеет возможность реализовывать большую часть своей продукции, цена на нее здесь ниже на 20%, чем на рынках, находящихся в капитальных зданиях, и на 30 – 35% ниже, чем в магазинах. Когда разработчики обосновывали переход сельхозрынков в капитальные строения, обещали, что ни один рынок при этом не пострадает, мол, все утрясется. Но не утряслось. Как проводить реконструкцию действующего рынка? Собственности дорогой нет, значит, нет и кредитов. Да и денег у предпринимателей на капитальные строения тоже нет. А стоимость строительства одного квадратного метра для торговли в капитальном строении доходит от 70 до 100 тысяч рублей.

Вот и считайте, сколько стоит реконструкция рынка на 2,5 тысячи торговых мест? К примеру, на реконструкцию рынка города Азова с населением в 80 тысяч человек необходимо 600 миллионов рублей. Размер полугодового бюджета всего города. На строительство одного капитального павильона на Центральном рынке Ростова в 2010 году затратили 45 миллионов рублей. А когда в Ассоциации рынков Ростовской области подсчитали, сколько нужно средств для переведения в капитальные строения только половины сельхозрынков области – коллективных членов Ассоциации, то получилась умопомрачительная сумма – около 2,5 миллиарда рублей. Наверное, это одна из причин, по которой в Ростове закрылось несколько рынков, скудеют рынки в райцентрах: их постепенно вытесняют сетевые магазины. А по России с 2007-го по 2014 год число рынков уменьшилось в 3,9 раза. В сельской местности численность сократилась в 2,9 раза. Так, может быть, они не востребованы? Как раз наоборот. Сегодня в условиях западных санкций именно сельскохозяйственные рынки выполняют важную стратегическую функцию: невысокая плата за торговое место на открытом рынке позволяет иметь доступные по цене и качеству отечественные сельскохозяйственные продукты. Рынок дает работу и кормит не только тех, кто стоит за прилавком, но и тех, кто эту продукцию на прилавки поставляет. Но самое главное: рынок кормит тех, кому не по карману или не по вкусу еда из супермаркетов.

Более того – в последнее время все популярнее становятся ярмарки выходного дня, где селяне торгуют своей продукцией. В чем фишка? В том, что за торговое место взимается чисто условная плата в обмен на демократичную цену. И уже идет речь о том, чтобы сделать такие ярмарки постоянно действующими.

Для них даже специальная концепция разрабатывается: образцы торговых форм – «Лавка» (овощи-фрукты); открытые торговые формы в виде шатров и палаток, позволяющие обеспечить мобильность установки и сборки, доступ потребителя к продукции, минимизацию расходов, автолавки и автотонары, а также комбинированные торговые формы для организации ярмарок в центральной части города и на территории парков. Что-то очень хорошо нам знакомое и еще даже не забытое угадывается за этими «формами»: не с ними ли мы совсем недавно боролись? Не их ли назвали «неформатом»? И не их ли запретил использовать на рынках ФЗ №271 «О розничных рынках»? То есть мы возвращаемся к идее дешевых торговых мест, позволяющих сдерживать рост цен на натуральные продукты. А еще в Госдуме готовится законопроект по поводу выездной торговли. Очевидно, его разработчики знакомы с таким явлением: приезжает машина и торгует с нее по выходным в спальном микрорайоне города крестьянин всем, что сам произвел. Для чего ярмарки? Для чего – свободная выездная торговля? Чтобы цены обуздать. Их административным нажимом не удержишь, только широким и достаточным производством востребованной продукции. А нет рынков – нет реализации, нет реализации – нет заинтересованности в производстве. Отсюда и рост цен. Стоит вспомнить классика: «…как государство богатеет, И чем живет, и почему не нужно золота ему, когда простой продукт имеет». А мы об этом в угоду сетям забыли и теперь боремся с ними, чтобы цены не задирали.