— Иногда ухватишь ее, — говорит Владимир Иванович, — а она выскользнет из рук, как хлестанет тебя по лицу! Не дается как будто. Лоза как живая, считают Лютовы, потому ее уважать надо. Ольга Алексеевна обязательно говорит ей «спасибо» и «пожалуйста». Владимир Иванович вообще с ней всегда только на вы.

Вот уже 15 лет он плетет из лозы корзины, вазы, абажуры, сундуки, шкатулки, плетни, а Ольга Алексеевна ему помогает.

Пятновыводитель — покупателю

Владимир Иванович всегда мечтал что-нибудь делать своими руками. Он даже плотницкому делу учился, но после обязательной службы решил остаться в армии — там порядка больше было. В 90-е годы в войсках ему разонравилось. Он уволился и вспомнил о своей старой мечте.

Подумывал заняться керамикой. Даже технологию освоил. Но обжигом заниматься в квартире не так-то просто. В итоге остановился на лозоплетении. Учился плести по книгам, а все тонкости пришлось познавать методом проб и ошибок. Поначалу не знал, что после морилки обязательно нужно лаком изделия вскрывать. Продал женщине не вскрытую лаком корзину. Та ее под дождем пронесла, в автобусе к себе прижала, следы от морилки так и остались на плаще. Пришлось Владимиру Ивановичу своей покупательнице пятновыводитель покупать.

Сегодня о лозе Владимир Иванович знает почти все. С сентября, пока сокодвижение не началось, ведет заготовку. Нужно нарезать около 50 тысяч прутиков, тогда на сезон работы хватит. Дома лозу варят. Затем снимают с нее шкуру. Сушат, а потом плетут изделия, красят их, вскрывают лаком и продают.

Переборщила

Ольга Алексеевна с лозой управляется сегодня тоже мастерски. Пока общались, Владимир Иванович сплел большую корзину, она — поменьше. Глава семейства говорит, что жена с ним всегда соревнуется.

— Я даже в час ночи вставала, — вспоминает Ольга Алексеевна, — и начинала плести. Муж проснется, а я уже корзинку сплела.

И «доплелась» Ольга Алексеевна по ночам до того, что заработала себе три инфаркта и две операции на сердце. Чтобы срочно найти деньги на лечение, пришлось продать квартиру в Каменске-Шахтинском и перебраться в деревню. Вот уже пять лет, как Лютовы живут в хуторе Красновском. Говорят, о городе ни на секунду не жалеют. Завели уток, кур. Огород посадили. Всю неделю дома плетением занимаются, за хозяйством смотрят, а на выходные выезжают в город торговать. Сегодня их все там уже знают.

За «гадость» — ответишь

А было время, когда Ольгу Алексеевну со всеми ее корзинками прямо с рынка в милицию забирали. Не верили, что они с мужем сами все плетут. Думали, что Лютовы — перекупщики, незаконно торгуют. Приходилось вести милиционеров домой — все показывать, чтоб убедились.

Непросто было и самим привыкнуть торговать. Владимир Иванович, чтобы освоиться на рынке, специально сникерсы стал продавать. Плохо у него как-то вначале получалось.

— Все стеснялся я чего-то, — вспоминает умелец, — а потом одна покупательница подошла и говорит: «А чего вы стесняетесь? Вы же не украли ничего. Вы свою работу выполняете». После этого проще торговать стало.

Сегодня Владимир Иванович совсем осмелел.

— Подходит как-то женщина, — вспоминает Владимир Иванович, — берет товар, смотрит, а потом бросает. И так вещь за вещью. А потом еще и говорит: «Гадость». Тут я не выдержал, и хлопнул ее хлопушкой, слегка, конечно. С женщинами я очень деликатен, но это было выше моих сил.

Сегодня заказы к Владимиру Ивановичу поступают со всего мира. Со своими плетениями он ежегодно ездит на Вешенскую весну, Каяльские чтения. Плетет он и для церкви, и для детского сада. Местная администрация приглашает его на всевозможные праздники. В общем, семейное дело спорится. Только нет у него продолжателей. Свои дети к лозе равнодушны. Приглашали Владимира Ивановича в школу, а он отказался. Говорит, надо будет тогда детям себя посвятить, а не факт, что кто-нибудь из учеников еще лозоплетением искренне увлечется.

— Это занятие для пенсионеров или инвалидов, — рассуждает Ольга Алексеевна, — потому учеников и не находится.

— Это занятие для тех, кому оно по душе, — высказывает свою точку зрения Владимир Иванович. — Кто терпеливо, упорно будет им заниматься. Я подсчитал, у меня час работы в 60 рублей выходит, пальцы скривились. Не очень привлекательно, правда? Но ведь не иду же я, например, сторожем работать. А почему? Потому что нигде больше такого удовлетворения, как от плетения, не получаю.