Как поссорились писатели…

До этого у него уже вышли в разных издательствах пять книг, и он стал прикидывать, куда бы ему лучше обратиться.

А тут поступило предложение от Алексея Григорьевича Берегового, председателя правления Ростовской организации Союза писателей России и одновременно — директора издательства «Донской писатель»: выпускайте у нас. Тот согласился.

— В ответ на мое предложение заключить договор, как это обычно делается, А. Береговой с добродушной улыбкой сказал, что у них такое не принято, — вспоминает Ф. Герман. — Кому, мол, нужны официальные отношения между своими, мы же — члены одной писательской организации. В итоге договор заключен не был, расчет расходов не представлен. Меня только предупредили, что тираж выдадут после полного погашения всей суммы — 45 тысяч рублей.

Ф. Герман – пенсионер, поэтому решил обратиться за помощью к спонсорам. Когда-то он работал в обкоме профсоюза, со многими был знаком, и кое-кто на его просьбу откликнулся.

Два хозяйства из Обливского района перечислили на издание будущей книги по десять тысяч руб­лей. Плюс — наличными Федор Трофимович передал А. Береговому из рук в руки десять и пятнадцать тысяч рублей. В конце концов желанные сорок пять тысяч оказались внесены. Правда, процесс растянулся во времени. Первый платеж был сделан в мае, последний — в декабре. Поэтому с публикацией к юбилею получился явный «пролет».

Но Ф. Герман себя успокаивал: ничего, отмечу с друзьями попозже, лишь бы книжка наконец-то вышла, чтобы можно было подарить близким, сделать дарственную надпись — в честь, мол, 70-летия автора…

Редактором его книги был назначен живущий в Тарасовском районе писатель А. Можаев. Федор Трофимович его торопил, тот ссылался на А. Берегового, затем сам автор решил внести в готовый вариант кое-какие изменения: словом, не все шло гладко. Но приступить к делу, считает Ф. Герман, уже можно было бы, а он никаких сдвигов не видел. Обращался за разъяснениями к А. Береговому. Тот раз за разом переносил сроки и просил не волноваться.

Ф. Герман и сам себя долго убеждал, что писатель писателя не обидит, но…

—  В конце концов я понял, что никто и не собирается издавать мою книжку, — подводит он черту. — Меня, как говорится, попросту кинули. Восемь месяцев кормили обещаниями, деньги взяли, но на что они использовались – неизвестно. А книжки как не было, так и нет.

А. Береговой все упреки по этому поводу напрочь отметает. Когда я ему позвонила, он сразу стал грозно вопрошать: «Вы кто Герману? Жена? Сестра? Дочка? Почему это вас интересует?!» То, что сложившаяся ситуация может заинтересовать газету, для писателя А. Берегового, видимо, стало неожиданностью.

Высказываясь по поводу Ф. Германа, он в выражениях не стеснялся. Хорошо, что записала наш разговор на диктофон, а то, не исключено, мне бы и не поверили, что один литератор может быть столь агрессивен к другому.

По версии А. Берегового, Ф. Герман сам во всем виноват. Мол, не перечислил 100-процентную сумму за свою книгу. Ее издание, говорит Алексей Григорьевич, стоит 53600 рублей, а Ф. Герман заплатил только 35000 (?)…

Вот те раз! Откуда взялись 53600? Ведь Ф. Герману, напоминаю, была названа сумма 45000 рублей — или как? «Это он придумал сорок пять тысяч, — парирует Алексей Григорьевич. — А у меня расчет на бумаге с типографией…».

—  Тогда почему вы с самого начала НЕ ЗАКЛЮЧИЛИ ДОГОВОР с автором? — задаю ключевой вопрос, который давно уже напрашивался. — Тем более если у вас на руках были расчеты. Почему не оформили все документально, не оговорили суммы, сроки, обязательства?

Ответ директора «Донского писателя» — словно из мира детских откровений:

— Договоры у нас заключаются только по желанию заказчика, — слышу от Алексея Григорьевича. — А так мы работаем на честном слове, за пять лет выпустили полторы сотни книг. И ни от кого претензий не было, кроме Германа.

Можно, конечно, принять это за наивность, а можно и за уловку. Ведь если нет договора – возможна чехарда с цифрами: то 45 тысяч, то 53600, то обтекаемо (фраза из письма директора) «книга стоимостью более 50 тысяч рублей».

И вторая загадка: А. Береговой утверждает, что Ф. Герман перечислил 35 тысяч, тогда как у него по платежкам выходит – 45. У кого же из них двоих проблемы со счетом?

— Ну, может, я чего-то не знаю, — доверчиво признался А. Береговой, когда я продиктовала ему номер и дату последней германовской платежки, с учетом которой как раз и образовывалась цифра — 45 тысяч.

Через некоторое время Алексей Григорьевич перезвонил и сообщил: да, действительно, деньги пришли, а до этого он, к сожалению, не знал. «Спасибо, что сообщили», — неожиданно поблагодарил меня.

Как-то несолидно все это. Вместо оформленных договоров – словесные соглашения, вместо документов – разговорный междусобойчик. Благодатная питательная среда для нарушений. Ведь, если что-то начинает идти вразрез с намерениями любой из сторон, концов не найти. Кто прав, кто кого вводит в заблуждение, как доказать свою правоту, если нет никаких документальных подтверждений, – бабушка надвое сказала.

Ф. Герман сейчас корит себя, что не стал настаивать на заключении договора, но после драки, всем известно, кулаками не машут. Он теперь задается вопросом: как вернуть перечисленные издательству деньги?

—  Пусть приходит и забирает, — гремит в телефонной трубке А. Береговой. — Я ему верну за вычетом редактуры, а в обливский совхоз отправлю назад по счету! – Другие его реплики в адрес бедного автора так и не изданной книги приводить не буду — из этических соображений. Напоследок он пригрозил: — Мы теперь вообще поставим вопрос об исключении Германа из нашей организации!

Понятно? Вот такие у них, у писателей, высокие отношения.

А что же в сухом остатке? Испорченный юбилей, обманутые надежды, неизвестно где зависшие деньги — это со стороны пострадавшего автора. Что касается издательства… Есть поговорка: «Хорошая слава в коробочке лежит, а дурная по дороге бежит». Случившееся с Ф. Германом явно не прибавило авторитета региональной писательской организации, которую и так в последние годы сотрясают конфликты, судебные споры. Но это, как говорится, уже совсем другая история.