Только вот ни одна хозяйка не натирает овощи с кожурой. А здесь это необходимо — ведь чаще всего именно в кожуре и «хвостиках» скапливается максимальное количество вредных веществ.

В лаборатории ФГУ «Ростовский референтный центр Россельхознадзора» исследуют не только продукцию, выращенную на Дону. Здесь скрупулезно изучаются и заезжие дары природы — импорт, продукция из других регионов. Особенно, если они попали в область без документов.

— К сожалению, процент нарушений нормы содержания вредных веществ в растениеводческой продукции держится на одном и том же уровне годами, — говорит заведующая испытательной токсикологической агрохимической лабораторией Центра Лия Ткешилашвили. — Это примерно 10% от всей продукции, поступающей в лабораторию. Больше всего превышений по нитратам показывают пробы свеклы, моркови, картофеля, кабачков, дыни. 

Лаборатория делает за день около 50 проб. Не только на нитраты, но и на остаточные количества пестицидов, на токсичные элементы.

— Отдел приемки образцов шифрует пробу, чтобы обезличить ее, — объясняет Лия Романовна. — Испытатели не видят ни район, ни собственника продукции. К пробе прикладывается направление, где написано, что именно надо сделать.

Овощи, кусочки которых мы видели натертыми на терку на лабораторном столе, потом замораживаются, объясняют специалисты. Это делается для того, чтобы в случае выявленных нарушений можно было провести второе и третье испытание — для максимальной уверенности в полученном результате.

Не ожидали

Управление Россельхознадзора по РО пригласило журналистов в плановый рейд по отбору проб растениеводческой продукции. Маленький наш отряд усилен сотрудниками МВД из отдела по борьбе с нарушениями в сфере потребительского рынка.

Первая остановка — несанкционированный рынок на границе Аксайского и Багаевского районов.

От рынка здесь только название. На съезде с трассы с двух автомобилей продают картошку. Ближе к обочине, вполоборота к дороге – пожилая женщина торгует помидорами, баклажанами, перчиками, морковью…

— Весело жить! — приветствует она неожиданных визитеров. Представляется Софьей Васильевной Дулгий. На вопрос о происхождении овощей отвечает: собственные, с участка.

— Раньше торговала на рынке, — говорит женщина. — Там хорошо — лучше цены. Но деда у меня парализовало, инсульт. От дома теперь далеко не уедешь.

Весело жить. Участок, 25 соток, помогают обрабатывать дети. Живет Софья Дулгий в поселке Луговой. Число «25» надолго оккупирует наш разговор: морковь стоит 25 рублей за килограмм, помидоры, отвечает Софья Васильевна, тоже.

— Вот скажите, к кому обратиться? Куда пойти? — спрашивает она. — Всю жизнь работали, копили на старость. И вот теперь — в нищете. На пенсию как проживешь? Внучке на свадьбу надо собирать, внуку в институт…

— А дети что?

— Помогают… — женщина вытирает лицо и обращается к подошедшему милиционеру. — Не ожидали мы так жить. Вот кому пожаловаться? Куда пойти? Куда пойти?!

— Москва, Кремль. Строение 1, — говорит парень.

Инспекторы тем временем отбирают пробы, оформляют документы. Их больше интересуют продавцы картошки, чем пенсионерка.

Служба Россельхознадзора, объясняют мне в пути, проверяет сельскохозяйственную продукцию не на прилавках, а на полях. Область реализации — прерогатива Роспотребнадзора. Однако бывают ситуации, когда, например, картошку, накопанную с полей, тут же у поля и продают. Поэтому Россельхознадзор проверяет и такие вот несанкционированные рынки. Ведь чтобы торговать продукцией на рынке настоящем, нужна официальная бумага — декларация соответствия, подтверждающая качество и безопасность продукции. Декларирование подразумевает лабораторный анализ. И за качество товара, что продается на рынке, отвечает дирекция рынка. А на дороге все просто: собрал — и продал. Или даже так: украл —и продал.

Арбуз как женщина

На 14-м километре волгодонской трассы расположилась непроверенная бахча. Недалеко от дороги — столик с дынями и арбузами. До черноты загоревший реализатор, назвавшийся Олегом, рассказывает, что продал с утра 4 арбуза и 17 кг дынь.

Вызвав по сотовому хозяина участка, он стоит перед нами и держит в руках огромный нож. Это вкупе с ненавязчивым запахом водки и легкими покачиваниями  придает ситуации какую-то двусмысленность.

— А вот этого не надо, — говорит один из милиционеров. Нож изымается и кладется рядом с арбузами. Продавец охотно вступает в общение с журналистами. Рассказывает, например, что он сам из Семикаракор. Варит дыни для коз. Действительно, из высокой травы рядом выглядывают две козы, плоские как транспаранты. Потому что молочные…

— Козьим молочком могу угостить, — улыбается Олег, однако молоко в кадре не появляется. Зато появляется хозяин — Юра Махарашвили.

Он высок и широк в обоих смыслах слова. Пока инспекторы берут пробы, без нажима уверяет нас, что никогда бы не смог вмешаться презренными химикалиями в тонкий процесс вызревания бахчевых. Только солнце и вода. Юра благородно оскорблен. «Арбуз — он же как женщина!», — говорит он, руками обозначая в воздухе окружности. Затем на сцене опять появляется давешний нож.

Пока мы лакомимся арбузом, инспекторы заносят последние данные в свои документы. Берутся пробы почвы, плодов — арбузов и дынь, помещаются в специальные пакеты для перевозки образцов — сейф-пакеты. Только вот арбуз в сейф-пакет никак не закатишь. За нашими действиями наблюдает из камышей привязанная собака, худая до такой степени, что в ней с трудом узнается ротвейлер.

— Из всех отклонений от нормы в пробах растениеводческой продукции самым частым является превышение содержания нитратов, — говорит начальник отдела земельного контроля Управления Россельхознадзора по РО Олег Шашлов. — Особенно много их в ранних овощах. Производителям, в чьей продукции обнаружены нитраты, мы выдаем уведомление о приостановке реализации до повторного получения результатов. Если производитель проигнорирует уведомление, он будет иметь дело с прокуратурой. Через некоторое время мы делаем повторную пробу той же продукции — за время хранения нитраты распадаются, их количество может прийти в норму. Тогда продукцию можно допустить к реализации.

Что же касается овощей, в которых обнаруживается превышающее норму количество токсинов или пестицидов, эта продукция уничтожается или утилизуется. Как и тогда, когда по анализу проб овощей видно, что производителем не соблюдалась технология выращивания. Если азот, входящий в состав нитратов, — это стимулятор роста, то пестициды — это общее название для группы ядохимикатов, помогающих бороться с вредителями. Их применение не запрещено, но оно должно проходить в соответствии с определенными регламентами. Нарушил регламент — жди последствий.

Например, возле хутора Первомайский в Багаевском районе инспекторы показали нам участок в 20 соток, некогда засаженный огурцами. Он был полностью выкорчеван, а урожай уничтожен, потому что при выращивании овощей применялся диметоат — химическое средство, относящееся к разряду запрещенных при выращивании продовольственных овощей.

Поездки с целью отбора проб совершаются инспекторами Россельхознадзора регулярно. В течение прошлой недели было отобрано 155 проб растениеводческой продукции. Сотрудники надзорных органов навещают в первую очередь те хозяйства, откуда не поступает отчетности о производственном процессе и соблюдении технологии выращивания.

Всего с начала года лабораторией исследовано 526 образцов продукц ии растительного происхождения. По результатам проведенных испытаний в 43 образцах выявлены превышения остаточных количеств токсикантов (часть из них — импорт: Греция, Италия, Польша, Молдова, Иран). В 8 партиях подсолнечника из Семикаракорского, Морозовского, Шолоховского, Кашарского и Пролетарского районов обнаружено превышение содержания кадмия. В 24 образцах растительной продукции (из Багаевского, Волгодонского, Аксайского, Семикаракорского, Азовского, Зерноградского районов) обнаружено повышенное количество нитратов. В 1-м образце из х. Первомайский Багаевского района найдено остаточное содержание действующего вещества пестицида диметоат.