Специалисты утверждают, что произошло это из-за того, что вовремя не были приняты адекватные меры борьбы с этим неподдающимся лечению и профилактике заболеванию. Так являются ли принимаемые сегодня меры противодействия распространению АЧС эффективными? На этот вопрос положительно ответили в конце прошлой недели на брифинге для журналистов главный ветеринарный инспектор России Николай ВЛАСОВ и министр сельского хозяйства и продовольствия Ростовской области Владимир ЧЕРКЕЗОВ.

Цена промедления

В октябре прошлого года Николай Власов дал весьма негативную оценку действиям муниципальных властей Ростовской области, которые не смогли остановить распространение африканской чумы свиней. Сегодня он признает: несмотря на отдельные вспышки заболевания в личных подсобных хозяйствах, наметилась положительная динамика, хотя ситуация остается сложной.

Мы все знаем, что мешало своевременно проводить мероприятия по отчуждению поголовья в зонах вспышки заболевания. В некоторых районах владельцы ЛПХ не пускали на подворья ликвидаторов. Людей приходилось уговаривать, убеждать, гарантировать выплаты за отчужденных свиней из бюджета. Да и проводилось отчуждение поголовья весьма «демократично»: с одной стороны, в угрожаемых зонах разрешался убой свиней для личного пользования хозяев (все же меньше пришлось бы им платить), с другой — такие службы, как ветеринарии и ГИБДД, далеко не всегда работали бдительно. И потому мясо из территорий, на которых был введен карантин, провозилось в другие районы и области. Подтверждение тому — уголовное дело в отношении ветеринарного врача-ветсанэксперта, обвиняемого в превышении должностных полномочий, и переданное в суд прокуратурой Константиновского района. Ветеринар 7 и 26 февраля 2010 года, зная о запрете на вывоз продуктов, полученных от убоя свиней в период карантина, выдал свидетельство на провоз свиного сала в Тверскую область без проведения соответствующего осмотра и ветеринарно-санитарной экспертизы.

За свои неправомерные действия врач-ветсанэксперт получил денежное вознаграждение, сообщает пресс-служба прокуратуры Ростовской области.

Но возникает вопрос: даже если бы ветврач «это сало» и осмотрел, вывозить его за пределы района во время карантина было нельзя. И почему тогда в стороне остался предприниматель, который решил использовать чужую беду себе во благо? Ведь ни для кого не секрет, что в зонах бедствия, по-иному назвать территории, где отчуждалось свинопоголовье в ЛПХ, и назвать нельзя, кто-то пытался манипулировать сознанием людей. Распускались слухи о том, что за «отобранных» свиней никто не заплатит, а предприимчивые дельцы пытались скупить мясо за бесценок, втрое ниже цены, которую получили люди в качестве компенсации из областного бюджета. Понятно, что они везли бы его в другие регионы. И сегодня никто не может с уверенностью утверждать, что этого не происходило. Ведь даже в таких чрезвычайных ситуациях у нас самые строжайшие запреты — вещь относительная.

В редакцию «Нашего времени» доставили диск с видео­записью. Просмотрев его, мы увидели интересную картину: на частном подворье происходит забой свиней. Видны следы крови, животных осмаливают, разделывают, туши подвешивают на крюки. Вот мешок, в котором, вероятно, находится туша, несут и грузят в машину. Видим и группу людей, которые все как один отвернулись от видеокамеры. Кто эти люди? Одеты цивильно, вовсе на «бойщиков» и их помощников не похожи. Следом кадры сожжения животных. Взгляд задерживается на отдельно лежащей свиной голове без туловища. Потом на целом пятне, где видны лишь остатки обгоревших автомобильных покрышек. И никаких следов сгоревших животных. Кто эти люди, снятые со спины? Почему они присутствуют при убое? Почему отвернулись от видеокамеры? Группа «отвернувшихся» — не муниципальная ли комиссия, в присутствии которой в обязательном порядке проводилось отчуждение?

Выходит, отчуждение идет не совсем по правилам? В очаге АЧС забой должен проводиться бескровным методом: животному делают укол, после которого оно погибает. Ведь кровь остается в почве, мясо в таком количестве (мы видим несколько туш) одной семье не съесть, значит, вполне возможно, его повезут на переработку или на продажу. И ведь не в соседний хутор, где происходит то же самое, а, скорее всего, куда подальше. Где это происходит, установить правоохранительным органам, если они заинтересуются диском, будет несложно. Отправители готовы назвать и место, и дату проведения «мероприятия».

…Так что правду господин Власов говорил: «…сейчас все защищают производителя. Особенно мелкого производителя. И забывают о том, что цель бизнеса — это извлечение прибыли. И извлечение прибыли любой ценой, которую разрешает государство. Если государство разрешает безнадзорность, бесконтрольность, тот бардак, который у нас происходит, он и будет!

Если говорить о том, возможно ли сегодня бороться с потенциальной опасностью распространения АЧС, достаточно вспомнить Краснодарский край. Кубанские власти учились на чужих примерах. Поэтому два заноса болезни на свою территорию они закрыли в первичных очагах. Технично, красиво пришлепнули в месте появления. Хотя у них опасность заражения очень высокая. Гораздо выше, чем в Ростовской области или в Ставропольском крае. А все остальные предпочитают учиться на своем опыте».

Законы уже есть!

В свое время главный ветеринарный инспектор России утверждал, что именно тот факт, что для человека вирус АЧС не опасен, затрудняет борьбу с ним. Потому что, если бы была угроза для человека, это, наверное, привлекло бы внимание высших лиц государства. А у нас федеральный штаб по борьбе с АЧС возглавляет министр сельского хозяйства. Министр — это, конечно, большая величина, но министр не отдает приказания другим министрам. А здесь действовать надо комплексно. Должны быть привлечены многие ведомства, многие министерства. К примеру, заповедники, заказники полностью подчиняются Минприроды. В заказниках хоть кабаны и болеют, распространяют вокруг АЧС, но никто не может туда зайти и этих кабанов уничтожить. А разве министр сельского хозяйства может дать приказание или указание министру МВД, чтобы его службы по-честному контролировали перевозки? Нет, конечно. Когда вспышка АЧС была на Ставрополье, в Москве поймали машину с салом инфицированных животных. Наличие вируса в этом сале было доказано. Но ведь партия зараженного мясопродукта проехала из Ставрополя до Москвы, и никто ее не остановил и не поинтересовался, почему нет сопроводительных документов. Или останавливали, но по каким-то причинам — отпускали? Вот наш контроль на дорогах!

Четыре года не удается принять новый закон «О ветеринарии», лежит где-то и проект закона об идентификации и трассировке животных. Трассировка — это прослеживание их пути. Был бы принят такой закон, действовал бы он реально, невозможной стала бы своевольная перевозка животных, хотя бы из очага.

— Проблемы федерального законодательства мы пытаемся компенсировать принятием законов на местном уровне, — ответил на наш вопрос об ответственности муниципальных властей за то, как идет борьба с распространением АЧС на их территориях, министр сельского хозяйства и продовольствия Владимир Черкезов. — 16 июля Законодательным собранием РО были приняты два закона: «Об основных неотложных мерах по предотвращению распространения африканской чумы свиней» и «О внесении изменений в областной закон «Об административных нарушениях». Установлен ряд ограничительных мер при осуществлении хозяйственной и иной деятельности на территориях, на которых введен карантин, и в границах первой и второй угрожаемых зон. Определены права инспекторов при осуществлении государственного ветеринарного надзора, а также обязанности владельцев животных при осуществлении мероприятий по предотвращению распространения африканской чумы свиней. Сегодня ветеринарной службе не надо приглашать сотрудников прокуратуры, чтобы зайти на территорию ЛПХ и провести проверку соблюдения ветеринарно-санитарных правил.

Но это только начало серьезной работы. Губернатор намерен выпустить ряд постановлений, которые будут способствовать более четкой организации процесса борьбы с АЧС. Будет принято еще одно постановление губернатора о нормах содержания животных в личных подсобных хозяйствах. Ведь животным должны быть созданы определенные условия, и хозяев заставят соблюдать определенные нормы. С другой стороны, ведется речь и о том, чтобы законодательные инициативы имели финансовую поддержку. Уже в бюджет 2011 года будут заложены средства на мероприятия по ликвидации вспышек АЧС.

Остановить АЧС можно только при условии сотрудничества властей с населением и хозяйствующими субъектами. Чтобы этого сотрудничества добиться, владельцы животных должны быть уверены, что их не оставят один на один с бедой. Но и они при этом распространению беды не должны способствовать.