C того самого момента, как человек стал открывать для себя мир и получил возможность узнавать новые земли, новых людей, новые традиции и культуру, с так называемой «чистотой крови» было покончено.

А коль скоро людская мобильность стала расти, можно сказать, еще на заре человечества, то все деление на расы и национальности представляется достаточно условным. Тем более сегодня, когда появляется все больше семей, в которых супруги отличаются не только по вероисповеданию и традициям, но и по цвету кожи. В таком многонациональном котле, как сегодняшний Ростов, это привлекает внимание и удивляет все меньше и меньше.

То же самое можно с известной долей вероятности распространить и на другие территории России — страны, по определению, многонациональной. Характерно, что русские, являясь самым крупным этносом, значительно превосходящим по численности остальные народы России, значительно чаще, чем все другие населяющие страну народы и народности, заключают межнациональные браки.

Кого же они выбирают? Например, в Москве, где в 2000­е годы были зарегистрированы браки жителей российской столицы  с представителями 88 стран мира, своеобразное преимущество получили граждане и гражданки США, Афганистана, Сирии, Германии, Турции, Великобритании, Израиля. Однако, по статистике,  все же с заметным перевесом выбираются азиатские партнеры. Следом идут европейцы, а за ними — американцы. Африканский и австралийский континенты менее «востребованы», хотя при этом браки с представителями африканских государств заключались в среднем в 6 раз чаще, чем с австралийцами. Что понятно: африканских студентов — а именно они составляют основную часть зарубежных женихов и невест — в России вообще и в Москве и других крупных городах в частности всегда было немало.

Что касается Ростова, то  он, конечно, не исключение из этого ряда. Являясь крупным университетским центром, он не обделен вниманием других стран, желающих обучать здесь своих студентов. Оттого и пары разнонационального состава здесь не редкость. Однако отношение к межнациональным бракам здесь далеко не однозначное. Как говорится, сколько людей — столько и мнений. Вот некоторые из них:

Ахмед (студент из Палестины): «Мне все равно! Почему я должен вообще как­то беспокоиться по этому поводу? В конце концов, межнациональный брак — это выбор двух людей, которые любят друг друга и которым глубоко безразлично ваше или мое мнение. Раздражает это стремление людей навешивать ярлыки: «цыганка — гадалка», «эстонец — тормоз» и т.д. Каждый человек уникален и неповторим. Национальность при этом вторична. Я думаю, что люди, заключившие межнациональный брак, — это люди, за которыми будущее. Это люди, которые не зацикливаются на границах, обычаях, религиях и на мнении окружающих. Любящие всегда найдут общий язык, создадут свои обычаи…»

Максим (студент из Ростова): «Я не против межнациональных браков. Но я бы ни за что не смог жениться на представительнице другой расы, а тем более — на приверженке другой веры. И дело совсем не в расовых различиях, а в совершенно разных обычаях, традициях и т.п. Возьмите даже такой простой вопрос: по каким традициям должна будет пройти свадьба? А какой веры будет ребенок? А каким именем его назвать? Вот ты что­нибудь сделаешь, а по обычаям другой стороны это плохо. Вот и проляжет тень между тобой и твоими новыми заграничными родственниками…  Нет, такие браки не для меня».

Анна (студентка из Ростова): «Говорят, самые одаренные дети рождаются у родителей разных национальностей. Но не это главное в моем в целом позитивном отношении к межнациональным бракам. Как можно быть против этого, если мужчина и женщина разных наций любят друг друга? Кто им здесь указ? Вот у меня: папа — русский, мама — украинка, бабушка – донская  казачка, дедушка — белорус, прабабушка — полячка. Так кто же тогда я? И миллионы таких, как я? И стоит ли рассуждать о какой­то чистоте нации в наше время?»

Марсель (студент из Конго): «Дружба и даже любовь — это одно, но создание семьи — совсем  другое. Считаю, что межнациональные браки размывают индивидуальность человека. У детей могут возникнуть сложности с идентификацией своей культурной, религиозной и национальной принадлежности. Лучше друг друга все­таки понимают люди одной национальности».

Как видим, у каждого свой резон в этом весьма деликатном вопросе. Что же до меня, то, на мой взгляд, в межнациональных браках все же больше плюсов, чем минусов. Говорю так потому, что сам женат на гражданке Бразилии. И скажу вам: в таких браках возникает новый, крепкий и жизнеспособный сплав двух культур. И это правда, что дети рождаются одаренные. А разве не в детях смысл всей нашей жизни? Поэтому главное в межнациональной семье — впитать от каждой нации как можно больше хорошего, чтобы потом передать это своим детям. А как они себя потом идентифицируют — дело десятое. Пусть поступают в этом вопросе в соответствии со своими предпочтениями и желаниями. А если и им доведется вступить в межнациональный брак, пусть поймут: брак – именно межнациональный. Не межгосударственный, не межконфессиональный. Ни государственной идеологии, ни религиозным догмам делать нечего там, где речь идет о союзе двух любящих сердец. Главное, чтобы они были — такие сердца.

Исса АЛЬ­БАДАВИ, студент ЮФУ