Срочная военная служба ростовчанина Алексея Лесько до сих пор «аукается» проблемами со здоровьем. Месяцы в самом пекле второй чеченской кампании, под непрерывным обстрелом, в сильнейшем физическом и нервном напряжении просто не могли пройти бесследно. В его истории болезни — сплошь неврологические термины.

Долгое время после возвращения домой Алексей вскакивал ночами — искал свое оружие, с которым в армии не расставался даже во время очень короткого сна. Его мама до сих пор не может смотреть по телевизору военные кадры, сразу нажимает на кнопку.

Но Алексею все равно повезло. Он выжил там, откуда сотни его сверстников так и не вернулись. Наверно, он испытал все эти невыносимые муки совсем не для того, чтобы теперь из года в год вести с чиновниками  переписку и доказывать свое право на поддержку государства.

После госпиталя, в который попал в самом конце службы, Алексей возвратился в небольшой родительский дом, где на тот момент на 54 квадратных метрах уже проживало пять человек.

— Сразу пошел в администрацию Советского района Ростова и попросил поставить на квартучет. Сначала меня просто отфутболили, сказав, что не знают, по какому закону это можно сделать, — вспоминает Алексей. — Но товарищи из других регионов, с которыми вместе служил, прислали текст Федерального закона «О ветеранах» от 12.01.1995 года, с которым вновь пришел в администрацию. В конце концов я получил перечень документов, необходимый для постановки на квартучет, и довольно быстро их собрал. Но, когда принес, услышал, что не хватает еще несколько бумаг. И пошло-поехало!.. В общем, гоняли меня долго. Моя оплошность в том, что, сдавая документы, не просил подтверждающих отметок. По молодости доверял. Это же серьезные люди! Власть!..

После очередного письменного обращения по поводу того, как обстоят дела с его постановкой на квартучет, Алексей получает письмо, из которого следует, что с заявлением и документами о признании нуждающимся в улучшении жилищных условий в администрацию района до настоящего времени он не обращался.

— Как же так? В полном недоумении иду в квартотдел. Специалист, которая выдавала перечень документов и принимала их,  сказала, будто меня не помнит и видит первый раз. И, вообще, мол, как  ветеран боевых действий на учет до 2005 года я встать не успел, а теперь эту очередь  перестали формировать. Нужно заново собирать документы и пытаться встать на квартучет как малоимущему… Но ведь я начал хождение в квартотдел еще в 2001 году!.. — Алексей с трудом сдерживает эмоции.

Не желая мириться с такой несправедливостью и плохой памятью чиновников, Алексей не раз обращался в самые разные инстанции и общественные организации. Все оказалось бесполезно.

После того как ветеранам самой жесткой «горячей» точки последних двух десятилетий — Чечни — стали отказывать в постановке на квартучет, а соответсвенно и в предоставлении субсидий из федерального бюджета на улучшение жилищных условий, они превратились в категорию с минимумом социальных льгот, многие из которых уже вообще не актуальны.

— Перечень их льгот, действительно, более чем скромен, — констатируют в министерстве труда и социального развития области. — Первоочередная установка квартирного телефона, преимущество при вступлении в жилищные и гаражные кооперативы, использование ежегодного отпуска в удобное время, 50% скидка при оплате за жилищные услуги, преимущественное пользование услугами учреждений связи, культурно-спортивных и оздоровительных учреждений, обучение по месту работы на курсах переподготовки и повышения квалификации за счет работодателя…

Как известно, с ветеранов Великой Отечественной сняли временной ограничитель «2005 год», разрешив продолжать становиться в кварточередь и получать федеральные субсидии на улучшение жилищных условий. Ветеранам боевых действий, приравненным к ним по статусу, — нет.

Между тем именно ребята, призванные в Чечню в юном возрасте, по возвращении оттуда оказались в самой беспросветной ситуации: страна пожинает горькие плоды «лихих 90-х» — высокий уровень безработицы, задержки зарплат, а у них — проблемы со здоровьем, никакого профессионального опыта и возможности самостоятельно решить вопрос с жильем.

По данным некоторых источников, на сегодняшний день более трети ветеранов боевых действий имеют неудовлетворительные жилищные условия. Теперь еще и вовсе «перекрыт кислород» в решении этой проблемы за счет федеральных субсидий.

Алексей все равно не теряет надежды достучаться до тех, кто наверху, и напомнить о таких, как он, ветеранах «горячих» точек.