Картинка из детства: высокий человек в красивом светло­сером костюме, как­то особенно ловко сидящем на могучей фигуре, что­-то рассказывает рокочущим басом моей маме. Она смеется. Дело происходит на какой­-то зеленой поляне, кругом пляшут солнечные зайчики. На другом краю поляны — отец, еще какие­-то люди… Большой человек в сером костюме — папин Директор, именно так, с большой буквы.

Целая жизнь прошла с тех пор, а эпизод этот так и остался в памяти. Почему? Потому, видно, что слишком необычным было то, что отец днем был не на работе, а с нами. Да и легендарного Директора я впервые видела совсем близко…

Дмитрий Михайлович Чумаченко и правда был человеком легендарным. Собственно, с него начинался когда­-то вертолетный завод. До Чумаченко в Ростове был завод авиационный. И дела на нем обстояли очень сложно. Заказов на самолеты не было, завод простаивал, рабочих отправляли на «Ростсельмаш» и другие предприятия города. В 1955 году, когда директором назначили Чумаченко, ходили слухи, что завод вообще расформируют… Дмитрий Михайлович искал выход, старался спасти завод. И нашел!

Сейчас уже не узнать: случай вмешался, или кто­то специально познакомил Чумаченко с конструктором вертолетов М.Л. Милем. В те годы мало кто знал, что такое вертолет. Не знал этого и Чумаченко, но была у него в характере такая черта: любил риск, особенно если представлялась возможность сделать что­то совершенно новое. Он поверил в идеи Миля… И уже в 1956 году появился первенец — вертолет Ми­-1. А в Ростове теперь работал вертолетный завод.

Этим заводом Дмитрий Михайлович Чумаченко руководил 25 лет, до 1980 года. Под его руководством была произведена коренная реконструкция предприятия, освоено производство первых в стране вертолетов конструкции Миля: Ми­-1, Ми­-6, Ми­-10, Ми­-24, Ми­-10К, начато производство Ми­-26… Любимым детищем Чумаченко был Ми­6. Ростовский вертолетный вообще прославился выпуском тяжелых вертолетов.

Любимая «шестерка» принесла Дмитрию Михайловичу самые высокие награды страны: звание лауреата Государственной премии, звание Героя Социалистического Труда, орден Ленина… Для выпуска больших вертолетов нужны были огромные производственные площади — и при Чумаченко было построено несколько новых корпусов.

Вообще, многое появилось «при Чумаченко»: открылся Дворец культуры вертолетостроителей, вырос оздоровительный комплекс «Зорька»: туда стремились попасть на отдых не только заводчане. Директор сам привез голубые ели из Архыза — их посадили по всей территории завода. Сегодня они стали такими большими!

Каждый работник завода в любую пятницу мог записаться к нему на прием и решить все свои проблемы с помощью директора. У него было доброе сердце, и он всегда помогал людям в трудную минуту: выделял деньги на лечение, устраивал детей в детские сады и ясли, доставал кому-­то дефицитные лекарства, улаживал производственные конфликты…

В декабре 1969 года случилась трагедия.

— В воскресенье отец был на рынке и приехал домой часов в 11, а примерно через час позвонили и сказали, что на заводе начался пожар, — вспоминает дочь Чумаченко Нина Дмитриевна. — Немедленно выслали за ним машину. Как потом рассказывал шофер, когда они подъехали к заводскому аэродрому, сразу почувствовали запах паленого мяса. Дмитрий Михайлович побледнел, вцепился руками в сидение и сказал: «Вася, сделай еще круг». Ему нужно было собраться с духом, выйти из машины твердой поступью и, как обычно, говорить с людьми, чтобы не показать минутной слабости, а быть таким, как всегда. Волевым голосом отдавая распоряжения, отец сказал, чтобы, кроме медиков, на завод никого не пускали, даже прокурора, который уже был на проходной… Только требовал, чтобы немедленно вызвали Нестерова (в то время мой отец — Н.И. Нестеров — был главным инженером завода — В.Ю.).

Дмитрий Михайлович еще не знал, что Нестеров приехать не мог — накануне он попал в автокатастрофу, и много месяцев понадобится потом, чтобы поднять моего отца на ноги…

В те страшные дни, когда разбился и сгорел вертолет, погибли девять человек… И все это надо было пережить. Чумаченко пережил. Спас от тюрьмы начальника летно­испытательной станции. Выбил квартиры на Пушкинской нуждающимся в жилье семьям погибших. Добывал облепиховое масло для рабочего, получившего ожоги в результате аварии…

Он действительно был очень сильным человеком. Другой просто не смог бы 25 лет тянуть этот страшный груз ответственности, головой отвечая за выполнение государственного плана оборонного предприятия, вникать во все проблемы производства и людские судьбы…

Вспоминает Нина Дмитриевна:

— Август 1989 года. Пятидесятилетие завода. Мы с мамой не хотели, чтобы он туда шел, совсем больной. Я сказала ему: «Пусть тебя запомнят сильным, здоровым, дубом­исполином, каким ты был». А он мне ответил: «Я так давно не был среди людей», и пошел. Зал аплодировал ему стоя. Много хорошего говорили о нем. Он был потрясен и сразу после этого позвонил мне: хотел все рассказать…

Это была последняя встреча Директора с заводчанами. Через два с половиной месяца Чумаченко не стало.