Застать «чернобыльца» Владимира Матвеевича Мамотенко дома, на окраине хутора Сусат, не получилось. Отгоняя палкой здешних злых собак, соседка, Валентина Федоровна, сообщила, что Владимир Матвеевич опять лежит в районной больнице. Там мы и встретились.

— Неужели приехали? Да еще и нашли меня здесь! Не могу поверить! — Владимир Матвеевич явно разволновался. То и дело проводит рукой по лицу. Он тяжело дышит — мучит одышка.

За шесть десятков лет судьба бросала его в разных направлениях — в Ракетные вой­ска, в шахтную лаву и в самое пекло чернобыльской аварии. Там он был дозиметристом, измерял «радики», но сколько при этом сам их получил сверх допустимого — цифры, как всегда, весьма приблизительные.

Спустя время после возвращения они аукнулись проблемами со здоровьем и вылились в инвалидность. Таким, как Владимир Матвеевич, государство обещало поддержку, в том числе бесплатное обеспечение благоустроенной жилой площадью в течение трех месяцев со дня подачи заявления.

— Вместо обещанных трех месяцев я стою в очереди на улучшение жилищных условий вот уже тринадцать лет, — говорит Владимир Матвеевич. — И не вижу этому ни конца ни края.

Сначала, как имеющего на члена семьи 4,4 квадратного метра жилой площади, вместо положенных шести, его поставили в кварточередь в Семикаракорске — по месту тогдашней прописки. Но позже обстоятельства заставили Владимира Матвеевича перебраться с супругой за двенадцать километров от райцентра, в хутор Сусат. Одновременно он был переведен в список очередников Сусатского сельского поселения.

— Но в 2009 году, то есть фактически после десяти лет нахождения в очереди, жилищная комиссия поселения выкинула меня вон из списка, — сидя в холле терапевтического отделения, Владимир Матвеевич пытается восстановить картину своих злоключений. — Как так и почему? Ведь хата, в которой живем с супругой, не стала лучше. Как была без фундамента, с земляным полом, гнилыми подоконниками, печным отоплением и удобствами во дворе — так и осталась.

В поисках правды Владимир Матвеевич прошел через нервотрепки нескольких судов. На их заседаниях глава сельского поселения Юрий Александрович Меркулов объяснял свою позицию изменениями в законодательстве. Теперь норма жилья для постановки на квартучет — 10 квадратных метров, а у супругов Мамотенко в их неблагоустроенной хате — перебор на целых 3,35 квадратного метра.

Между тем Семикаракорский районный суд вынес довольно взвешенное решение в пользу Владимира Матвеевича и обязал восстановить его в очереди на улучшение жилищных условий с объяснительной формулировкой: «Ввиду нарушения органами государственной и муниципальной власти срока улучшения жилищных условий истца (Ред. — вместо трех месяцев уже минуло тринадцать лет) суд приходит к выводу о сохранении за ним права состоять на очереди вплоть до выполнения своих обязательств органами власти».

— Мы все документы собрали и уже отвезли в район, — уверяет вынужденный подчиниться решению суда глава поселения. — Тем более что Мамотенко за свой счет провел экспертное обследование дома, официально признавшее его ветхим и непригодным для проживания. Правда, в список ­2012 он опоздал, а вот на следующий год уж точно будет включен. Ну а дальше все зависит от финансирования…

Между тем живущий на ингаляторах и лекарствах «чернобылец» признается, что очень разочарован и уже почти не надеется получить от Отечества, которое когда­то защитил от большой беды, обещанные квадратные метры благоустроенного жилья.