Казалось бы, что может быть священнее памяти павших защитников Родины? Для меня это всегда было непреложной истиной. Когда пригласили в Донскую публичную библиотеку на заседание «круглого стола», посвященного проблемам сохранения памятников и памяти погибших в Великой Отечественной войне, то и предположить не могла, насколько актуальным окажется это мероприятие.

Его организаторы — Донская государственная публичная библиотека и Ростовское областное отделение Союза краеведов России — собрали на «круглый стол» неравнодушных людей. Среди них — военный историк, научный сотрудник Южного научного центра Российской Академии наук Владимир Афанасенко, руководитель клуба «Донской краевед» Лариса Штавдакер, архитектор-реставратор Любовь Волошинова, председатель областного отделения Всероссийского общества по охране памятников Александр Кожин, доктор геолого-минералогических наук Евгений Мовшович, руководитель Ростовского областного клуба «Память-поиск» Владимир Щербанов, преподаватель кафедры зарубежной истории и международных отношений Южного федерального университета, представитель центра и фонда «Холокост» Сергей Шпагин, профессор МГУ Юрий Домбровский, представители общественных организаций, краеведы из городов и районов области…

Обсуждение длилось несколько часов. Был сразу же забыт рекомендуемый регламент, и каждое выступление было просто перенасыщено эмоциями. Да, в нашей области много делается по увековечиванию памяти павших в годы Великой Отечественной войны. Особенно активизируется эта работа накануне Дня Победы и знаменательных дат, когда приводятся в порядок обелиски и братские могилы, ветеранов приглашают в школы и на торжественные митинги, в их адрес звучат слова благодарности и вручаются цветы. На первый взгляд может показаться, что нет у нас и особых поводов для беспокойства. Вот только это, к сожалению, далеко не так.

— Печально, что в донской земле лежат забытые останки солдат, — скажет Владимир Щербанов. — У нас до сих пор нет официальных данных по количеству погибших на территории Ростовской области. Как нет точных цифр и по числу воинских захоронений.

Он приводит примеры по различным районам. Где-то в братской могиле похоронено 450 бойцов. Известна фамилия лишь одного солдата. Где-то — чуть больше. А старшее поколение — очевидцы событий военного времени — уходят из жизни, и лет через десять нам не у кого будет расспрашивать о кровопролитных боях.

— Все держится сегодня на энтузиазме поисковиков и краеведов, — заключает Щербанов. — А нужно всю работу систематизировать на государственном уровне и вести ее целенаправленно. Пока же даже на наше обращение выделить две оплачиваемых единицы по полставки и то пришел отказ…

Приятно было слышать сообщение председателя Усть-Донецкого отделения ДОСААФ Юрия Азамата о проводимой этой организацией патриотической работе и о тесной связи с поисковыми отрядами.

— Я здесь представляю региональное отделение ­ДОСААФ, — сказал Юрий Николаевич. — И высказываю официальную точку зрения. Мы всегда материально готовы помочь поисковикам в их благородном деле. За последние три года выделили сотни тысяч рублей. Установили три памятника и пять мемориальных досок. Так что обращайтесь в местные отделения ДОСААФ и там вам помогут. Энтузиазм — это хорошо, но когда он подкрепляется деньгами, то это намного лучше.

Бурю эмоций вызвало выступление Вячеслава Филенко. В Ростове несколько лет назад появился хороший проект «Проспект звезд». По задумке авторов, он «призван через интерактивный опрос формировать у горожан и гостей интерес к истории Ростова, городским ценностям и традициям, к достижениям ростовчан». Так, по крайней мере, заявлено на сайте проекта в Интернете.

Среди кандидатов на установку звезды на проспекте Ворошиловский оказалось несколько заслуженных людей. И среди них Герой Советского Союза Геворк Вартанян — легендарный разведчик, ветеран Великой Отечественной войны. Интернет-голосование шло несколько месяцев. Инициативная группа, поддерживающая героя, была просто уверена, что именно звезда с его фамилией появится на проспекте. Это показывало и живое уличное голосование, где большинство ростовчан отдавали свои голоса легендарному разведчику. Но победил цирковой артист Владилен Левшин.

— Проект хорош сам по себе, — говорил Филенко. — Но в нем все поставлено с ног на голову. Нельзя Героя Советского Союза ставить в один ряд с другими заслуженными людьми. Тем более что голосование проходило накануне праздника Победы. В итоге получилось то, что получилось. Мы требуем извинений от создателей сайта.

Кто-то на форуме уже после результатов голосования напишет, словно в оправдание произошедшего: «Героям нужно устанавливать памятники и мемориальные доски, а не звезды на асфальте, чтобы по ним топтались ногами». Верно подмечено. Только наш герой снова, возможно, окажется в своеобразной очереди, ведь по правилам он имеет право войти в число кандидатов на осеннее голосование. А не лучше ли вообще не путать грешное с праведным и создать другую Аллею звезд, где увековечат имена героев — защитников Отечества, чтобы не приходилось никаким голосованием доказывать право на память потомков.

Горячая дискуссия на «круглом столе» разгорелась и вокруг проблемы, связанной со Змиевским мемориалом в Ростове, где в годы Второй мировой войны были замучены тысячи советских людей, большинство из которых были евреями. В последнее время среди различных общественных кругов возникли споры по поводу того, стоит ли указывать на мемориальной доске факт Холокоста или все-таки ограничиться словами «жертвам фашизма», ведь в Змиевской балке погибли граждане различных национальностей.

Кто-то вспомнил о расстрелянных военнопленных, коммунистах и комсомольцах. Кто-то называл общую цифру жертв — 30 тысяч, из них — 27 тысяч евреев. И был однозначен в своем мнении, что обезличивать трагедию нельзя ни в коем случае, ведь в будущем геноциду может подвергнуться любой народ.

— Это памятник победы над злом, — скажет его автор Рубен Мурадьян. — Просто печально, что вообще могла возникнуть подобного рода дискуссия. Нужно не конфликтовать, а продолжать работать над сохранением мемориала.

А Любовь Волошинова напомнит всем о том, что нынешняя заповедная зона — это лишь часть территории, где шли летом сорок второго года массовые расстрелы советских граждан. И уже идет застройка прилегающей к мемориалу земли, где до сих пор находятся останки замученных людей. Об этом тоже нужно напомнить городским властям, дающим разрешение на строительство.

«Безымянность воспитывает забвение», — прозвучит из уст одного из участников дискуссии. И, как ее итог, кто-то выскажет предложение установить в зале скорби Змиевского мемориала доски с фамилиями всех жертв. Тогда и так будет ясно, кто какой национальности. И сами собой разрешатся возникшие споры. Главное ведь сегодня в том, чтобы не потерять ни одного погибшего. Чтобы, наконец, исчезло с гранитных плит слово «неизвестный», а в документах — «пропал без вести». И современникам не приходилось выбирать путем голосования, кто же достоин считаться звездой: фронтовик, завоевавший для нас мирное небо, или человек, живущий под ним.