Кто и как строит дома для сирот

Владик Артемов, славный хлопец, балагур и всеобщий любимец, к важному событию в своей жизни — торжественным проводам в армию — кое–что уже успел: СПТУ закончил, профессию рабочую получил. И в квартиру свою собственную должен был уже въехать, чтобы было куда после дембеля возвращаться. Новобранец Артемов — круглый сирота, и хоть времена у нас сейчас не самые легкие, государство исправно выделяет деньги на покупку жилья для детей–сирот и оставшихся без попечения родителей. До недавнего времени администрация Зимовниковского района приобретала на средства областного бюджета квартиры для ребят на вторичном рынке — в Зимовниках можно купить за 672 тысячи рублей (такова сейчас в районе средняя стоимость положенных каждому из них двадцати пяти метров жилья) вполне приличную однокомнатную квартиру.

IMAG0859.jpg

Некоторым, как, например, Кристине Бабкиной, так просто повезло: муниципалитет купил для неё в прошлом году хорошую квартиру с ремонтом жилой площадью 19 кв. м и общей — 29. Четыре «лишних» метра продавец жилья, как положено в таких случаях, ей подарила.

IMG_20131216_173126.jpg

— Мне деньги были срочно нужны, — рассказывает прежняя хозяйка квартиры Марина Лазарева, — мы решили добавить материнский капитал за второго ребенка и купить дом. Я девочке и дверь новую железную оставила, и кондиционер, да много ещё чего. Пусть живёт и радуется!

А вот Владику Артемову такое счастье не улыбнулось. Администрация района решила построить для сирот отдельный двухэтажный дом, но застройщик не выполнил свои обязательства и не сдал объект ни в январе, как было прописано в договоре, ни к июню, когда парня провожали в армию. А в июле, когда дом наконец достроили, но благоустройство вокруг ещё не сделали, случилось ЧП районного масштаба. В зимовниковский отдел юстиции доставили из Ростова постановление судебных приставов об аресте недвижимого имущества, принадлежащего застройщику «сиротского дома» — компании «РНРпроект». Подала иск в суд и выиграла дело фирма, вложившая в строительство дома по договору об инвестициях 3 млн. 400 тыс. рублей — половину всех необходимых средств — и не получившая их, согласно тому же договору, обратно.

P1030030.jpg

В этой истории вопросов больше, чем ответов. Зачем вообще застройщик занимал деньги, если деревянный двухэтажный дом по так называемым канадским технологиям должен собираться из сборных конструкций всего за месяц, а начало финансирования строительства по договору с заказчиком предусмотрено уже через два дня после начала завоза на стройплощадку этих самых конструкций? А главное, не очень понятно, чем руководствовался заказчик при выборе застройщика — положенные в таких случаях электронные торги, в которых могли бы принять участие другие строительные фирмы, не проводились. Их заменили объявлением в районной газете «Степная новь», которое, естественно, смогли увидеть только её читатели.

Возможно, все дело в том, что при проведении торгов и определении их победителя учитывается не только предложенная участниками конкурса сумма контракта (чем меньше, тем лучше), но и репутация компании. Вернее, должна учитываться. Достаточно зайти на сайт службы судебных приставов или на ещё более популярный портал «РосПравосудие», где публикуются список дел в исполнительном производстве и решения всех судов (и арбитражных, и общей юрисдикции), чтобы увидеть, что как раз с этим у группы компаний «РНР» большие проблемы. По названиям судов, где «РНР» были проиграны дела, можно изучать географию России: Иркутская область, Кировская область, Пермский край, Архангельская область ну и, конечно, Ростовская. Иски подавали и выигрывали деловые партнеры, проинвестировавшие очередные проекты «РНР», и вместо предполагаемых многомиллионных дивидендов лишившиеся даже того, что они вложили; обманутые дольщики, оставшиеся и без квартир в деревянных чудо–домах, и без денег; рабочие и специалисты самих компаний «РНР», не получившие причитавшуюся им зарплату.

Только один, но выразительный пример из этой длинной череды дел. Комитет по управлению имуществом Красносулинского района подал в Ростовский арбитражный суд иск на компанию «РНР–БАЗИС» о взыскании задолженности по арендной плате за находившийся в пользовании фирмы земельный участок площадью 224 165 кв. м на улице Сулинской. Компания за три года с учетом штрафов и пени задолжала несколько миллионов рублей. Однако иск был передан в арбитражный суд Пермского края, где зарегистрирована эта фирма. Впрочем, от этого ничего не изменилось: красносулинская администрация всё равно дело выиграла. Однако денег районный бюджет так и не получил: решение суда до сих пор и не исполнено.

Почему?

— Владелец фирмы господин Никулин находится в федеральном розыске, — так ответила на вопрос нашего корреспондента председатель комитета по управлению имуществом Красносулинского района Галина Неграмотнова. — Такую информацию мы получаем от судебных приставов.

Это что ж получается: в Красносулинском районе Вадим Никулин, владелец группы компаний «РНР», находится в розыске, а в Зимовниковском он в это же самое время строит дом для сирот?

Как утверждает один из специалистов «РНР», создававший новую технологию деревянного домостроения для этой компании (сейчас он там уже не работает), сама по себе идея быстрой сборки недорогих теплых деревянных малоэтажных домов из изготовленных в заводских условиях модулей — просто замечательная. Но дом для сирот на улице Октябрьской в Зимовниках строили зимой 2014–го с такими нарушениями, что ни о каких технологиях уже говорить не приходится. С завода в Красном Сулине, который уже несколько лет находится под арестом по иску одного из кредиторов — «Россельхозбанка», привезли и смонтировали только восемь из тридцати двух модулей (столько требуется для 16 квартир). А всё остальное местные бригады сколотили уже сами из подручных материалов. Деревянные формы для нового дома были изготовлены семь лет назад для строительства поселка в Пермском крае и все эти годы пролежали в помещении, где не соблюдался температурный режим для хранения деревянных конструкций. На фотографиях, сделанных во время строительства, видно, что древесина, которая пошла в дело, вся в чёрных пятнах плесени.

И расчет на прочность — выдержит ли эта постройка снеговые и ветровые нагрузки — никто не проводил.

Такая информация требует тщательной проверки, благо контролирующих органов у нас достаточно, и статья есть подходящая в Уголовном кодексе: «Производство, хранение, перевозка либо сбыт товаров и продукции, выполнение работ или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности». Правда, гораздо чаще всего она применяется уже после того, как ЧП случилось.

«Ещё неизвестно, что будет с этим «карточным домиком» через пять лет!» — так эмоционально высказалась в нашем разговоре о новостройке на Октябрьской улице одна из жительниц Зимовников. Она сама продала бывшему детдомовцу свою весьма приличную однокомнатную квартиру в кирпичном доме за те же выделенные бюджетом 672 тысячи рублей. Так в Зимовниках многие говорят, и подобные настроения можно списать на деревенскую отсталость: ну что понимают простые селяне в современном домостроении? Главное, чтоб народ в очередной раз не оказался прав. Моя собеседница неслучайно упомянула именно этот срок — пять лет, раньше повзрослевшие сироты не могут продать свои квартиры. По закону только через пять лет они станут их собственностью (это чтобы не было соблазна продать сразу, а деньги прогулять).

Вот только покупателя на квартиру в доме на Октябрьской, если ребята захотят переехать из маленького райцентра в большой город, всё равно найти будет трудно — мало того, что соседи тут весёлые, так ещё и качество строительства вызывает большие вопросы. Неликвидное оно, это сиротское жильё…