Разборка по-николаевски

Это как «привет из 90-х», когда в хуторе подобным образом уничтожили большой, современный детский сад. Естественно, унесли и металлический забор, и ворота. Руины детсада так до сих пор и стоят заросшие бурьяном выше роста человека. Такое впечатление: его специально не косят, чтобы ужасное зрелище не бросалось в глаза. О том, что это был социальный объект, теперь напоминают разве что огромные ели, высаженные здесь при его строительстве.

Народ думал времена разрушения минули, поэтому очень удивился, когда увидел, что они вернулись. С вопросом «Что происходит и почему разбирают крепкие строения?» люди обратились в районную прокуратуру. Оттуда пришел ответ, что все на вполне законных основаниях. Остатки имущества бывшего колхоза имени 1 Мая были выставлены на торги, и у них теперь — новый хозяин.

Он, как известно, барин. Поэтому разбирает социально-культурную инфраструктуру на стройматериалы.

—  Мы с этим, к сожалению, ничего поделать не можем, — констатирует заместитель главы Николо-Березовского сельского поселения Александр Владимирович Калюжнов. — Но у нас к новому собственнику все-таки есть серьезная претензия. Почему, разобрав столовую и контору, так и оставил руины среди хутора?.. Теперь вот будем его искать и требовать привести территорию в нормальное состояние.

Действительно, центр Николаевского сейчас как с кадров военной хроники. Смотреть на это приезжему человеку неприятно, а местному — еще и невыносимо больно.

Николай Васильевич Тащилин помнит, как все ныне разрушенное создавалось в едином порыве.

—  Колхоз был один из самых богатых в районе: выращивал зерно, скот, поставлял молоко, из которого потом на соседней Селивановской маслофабрике делали продукцию, отправляемую даже в Германию! В станице Милютинской работал большой сырзавод. У нас ведь лучшее молоко – разнотравье и за десятки километров никаких вредных предприятий. В общем, колхоз был «миллионером», поэтому строил для людей много и основательно. Мы и сами в этом принимали участие. Я, например, на тот же животноводческий комплекс, детский сад возил стройматериалы. Когда разбирали столовую, в которой отмечали праздники, кормили школьников, аж сердце защемило от боли. Слышал, ее продали за копейки! Так лучше бы мы, хуторяне, ее выкупили! — по-стариковски рассуждает Николай Васильевич. — До сих пор не понимаю, как можно было допустить, что не стало не только нашего колхоза, но и десятков других, которые кормили страну?..

В администрации сельского поселения разделяют грусть местных жителей — ее сотрудники сами живут на этой земле десятки лет. Но как управленцы понимают, что после того как колхоз был признан банкротом, и население хутора уменьшилось в разы — до 427 человек, — особой необходимости в части построек не стало, а содержать их просто так никто не станет.

От бывшего колхоза имени 1 Мая уцелел разве что один животноводческий комплекс, потому что попал в руки фермеров, и ток с мастерской, выкупленные агрофирмой «Зернодон». Они и являются основными работодателями тех, кто остался жить в хуторе «после колхоза». Но часть его населения — уже давно пенсионеры.

Большое капитальное строение фельдшерско-акушерского пункта теперь тоже на замке. Его закрыли из чисто экономических соображений — отапливать очень дорого. Взамен установили маленький, но теплый, светлый, оснащенный современным оборудованием модульный ФАП.

Жители замерли в тревожном ожидании очередного разбора. Но в администрации сельского поселения уверяют, что бывший ФАП постигнет другая участь.

— После передачи в муниципальную собственность переоборудуем его под жилой дом или другой значимый объект, — говорит Александр Владимирович. — Сейчас ведь серьезно встал вопрос о необходимости поднимать и поддерживать сельское хозяйство. Надеюсь, что и к нам придет инвестор, вернутся люди. Тем более уже есть решение о газификации хутора Николаевского.

Действительно, может, хватить разрушать то, что, возможно, придется строить заново?..