Так называют сотрудники почтового отделения хутора Мирного свою землячку Нину Трофимовну Трегубенко, отвечая на мой вопрос, кто из здешних хуторян самый давний читатель – подписчик нашей газеты

Почтовики во главе с начальником отделения Ольгой Иващенко охотно объясняют, как проехать к тете Нине. А самый молодой из них — Сергей Бацунов — тут же вызывается лично показать дорогу к ее дому, куда мы, не теряя времени, и направляемся на редакционной машине. По пути он успевает рассказать, что Трегубенко знает с детства, живет неподалеку. Теперь же, после окончания школы, в силу своих служебных обязанностей с особым удовольствием доставляет ей корреспонденцию, поскольку Нина Трофимовна — человек, по его словам, «повышенной приветливости и доброжелательности».

– С Сережей мы дружим, он внимательный, отзывчивый, по хозяйству мне всегда готов помочь, – в свою очередь при знакомстве с корреспондентом не скупится на добрые слова о молодом почтальоне самая давняя подписчица «Нашего времени». – У меня вообще с молодежью хорошая дружба. За советом идут ко мне со своими проблемами, делятся и радостями, и горестями, бывает, что и секретничают.

Узнав о цели моего визита, Нина Трофимовна заверяет, что «Наше время» читает она с тех пор, когда газета еще «Комсомольцем» звалась, но помнит и послевоенное ее название «Большевистская смена».

– Просто удивляюсь, как это люди умудряются обходиться без газеты. Скучно ведь, неинтересно. Я так не могу. Мне требуется знать, что творится в мире вообще, что происходит у нас на Дону. Волнует меня многое. Украина сегодня – самая главная боль. Ситуация выдалась очень сложная, сильно тревожусь, ведь хорошо помню страшную войну с фашистами, к началу которой мне едва пять лет исполнилось. Жизнь наша тогда покатилась под откос кубарем. На фронт с нашего двора четверо ушли: папа на третью для него войну, старшие брат с сестрой родные и еще брат, который был в нашей семье приемным. Его когда-то в голодные годы родители из приюта взяли. Он погиб, а отца с братом война так изувечила, что совсем чуть-чуть пожили они после возвращения. Только сестре повезло, она даже образование сумела потом получить высшее...

На судьбу свою тетя Нина не жалуется, а судьба ей совсем не легкая досталась. Поучиться, например, удалось лишь семь классов. Когда же старшая сестра в 1953 году забрала ее к себе в Гуково, чтобы дать возможность закончить школу, семнадцатилетняя Нина взяла да и пошла вместе с подружкой... под землю — восстанавливать одну из тамошних разрушенных оккупантами шахт. Стала зарабатывать по тем временам очень прилично в помощь больной маме и младшему брату. Когда призвали его в армию, вернулась домой за мамой ухаживать, пошла работать телятницей. В этой должности завершила много лет спустя свою трудовую деятельность, поставив, как говорится, на ноги за это время трех дочерей и сына. В минувшем сентябре исполнилось тридцать лет, как тетя Нина овдовела, но новую судьбу искать так и не стала. На сегодня у нее в наличии двенадцать внуков, один правнучек.

– Часть жизни мне досталась не изобильной пусть, но все же хорошей. Выйдя на пенсию в 1991 году, несколько лет продолжала работать телятницей, чтобы помочь младшей дочери образование закончить. Все бы ничего, да только эти самые годы мне не зачли в стаж, и не стала я ветераном труда Ростовской области, что обидно, конечно. Куда и к кому только ни обращалась, добиться ничего не удалось. Понятное дело: кому нужна теперь бывшая телятница с ее незадачами. Вот вы спрашиваете, кого сегодня у нас больше: хороших людей или плохих. Думаю, хороших пока еще хватает, но очень много развелось эгоистов, зазнаек-выскочек, любителей урвать, пожить на дармовщину...

Когда подходит время прощаться, спрашиваю Нину Трофимовну, каким себя-то она сама считает человеком.

– А я и не знаю, – слышу неуверенный ответ. – Вроде никого еще в жизни не обидела...

– Да хорошая, она, добрая, правильная, – решительно включается в наш разговор почтальон Сережа Бацунов, все время до того молча просидевший в сторонке. – Таких еще поискать, это я вам говорю!