Где дом у бездомного?

Коллаж Ольги ПРОЙДАКОВОЙ

Но сколько их точно – не знает, кажется, никто. Слишком уж мобильная эта социальная группа населения. Сегодня здесь, завтра – там.

Среди бездомных – кого только нет: дети-сироты, которых вовремя не поставили в очередь на жилье или те, кто полученные от государства квадратные метры уже успел пустить на ветер, бывшие заключенные, отсидевшие по разным статьям – от сбыта наркотиков до убийства, опустившиеся женщины и просто «путешественники» по натуре.

Как правило, через государственные социальные центры для так называемых дезадаптированных граждан проходят те, кто еще держит в голове хоть какие-то мысли о возврате к нормальной жизни и не болеет запущенными формами туберкулеза. Остальные мостятся на остановочных комплексах, вокзалах, в подземках.

Чтобы попасть в социальный центр, где есть еда, чистая постель и возможность восстановить документы, нужно пройти флюорограмму. Из ста человек, получивших направления на исследование органов дыхания, с медсправками возвращаются процентов двадцать пять. Остальные, по всей видимости, получив подтвержденный диагноз – туберкулез – отправились опять на улицу: разносить заразу.

По ростовскому тротуару волочится на куске картонки бездомный без ног. Сердобольная женщина советует: «Ты бы обратился в ночлежку на Семашко!». Тот в ответ: «Да у меня же туберкулез – туда не примут!»…

Что делать с огромной и очень разношерстной армией бездомных – до конца непонятно. Вытрезвители закрыты, лечебно-трудовых профилакториев тоже нет, как и закона о тунеядстве. Оборону держат разве что ночлежки и комплексные социальные центры. Их по области всего шесть. Одни в статусе ночлежек, где бездомные могут находиться с 8 вечера до 8 утра, другие – комплексные: можно жить в среднем полгода, пока не восстановят документы.

На каждого из бюджета, то есть за счет налоговых отчислений тех, кто работает, выделяется порядка 86 тысяч рублей.

До недавнего времени социальная политика в отношении бездомных граждан напоминала замкнутый круг. Они приходили в социальные центры, отъедались, отогревались, получали утерянные документы – потом опять возвращались, даже не доходя до служб занятости с выданными направлениями на трудоустройство.

Кажется, настало время, когда общество хочет видеть результат своих вложений в этих людей. Тем более, как уверяют в социальных центрах, для этого делается многое.

– Ведется кропотливая работа по восстановлению документов. Делать запросы часто приходится только с их слов, поэтому с первого раза не всегда получаем подтверждающие ответы. У нас, например, есть женщина, которая уверяла, что жила в Украине, но оттуда о ней пришла информация как об умершей. А потом выяснилось, что в Украине она набрала кредитов, потом уехала, все прогуляла. Долги по кредитам повесили на ее детей, которые в конце концов и объявили мать умершей, – рассказывает директор комплексного социального центра Ростова по оказанию помощи лицам без определенного места жительства Елена МЕЛИХОВА. – У нас неплохо налажена работа с центрами занятости – предлагаем нашим постояльцам варианты трудоустройства. Ряд территорий готов предоставить даже жилье, но проблема в том, что многие просто не хотят работать или прямо заявляют: «Нам нужен только Ростов!». Тем не менее тех, кто все-таки возвращается к нормальной жизни, становится больше. Например, у нас в комплексном центре на улице Амбулаторной порядка десяти человек работают на частном предприятии, получают зарплату на карточку, с которой делаются налоговые отчисления. В переулке Семашко мы открыли хостел, где есть возможность всего за 350 рублей в сутки жить в нормальных условиях тем, кто понемногу становится на ноги, но пока не может решить жилищный вопрос. Там же есть класс, где обучаем компьютерной грамотности. Это я к тому, что для тех, кто хочет вернуться к нормальной жизни, условия создаются.

Теперь по новым положениям законодательства нельзя бесконечно и беспрестанно находиться в центрах. Возвратиться можно лишь через год, и то придется ответить на вопрос: «Что с работой?». То же самое с документами – если они вновь утеряны, больше за бюджетные деньги их восстанавливать вряд ли будут – нужно, как всем гражданам в этом случае, заплатить штраф. Единственное – для помощи привлекут благотворительные организации.

– Мы стараемся донести до наших клиентов мысль, что они – такие же члены общества, как и все остальные, – должны работать, заботиться о своем здоровье и думать о будущем, – говорит Елена Михайловна. – Поэтому каждый день начинается с зарядки и чтения литературы – от народных сказок до классики. Правда, Булгаков дается им пока с трудом, а вот Чехов – очень даже хорошо. Раз в месяц обязательно проводим собрания, где напоминаем о том, что нужно жить по-другому. В Интернете появляются опросы об отношении к бездомным. Там звучит много нелицеприятных слов. Типа «конечно, проще забухать и свалить свою нищету на государство, чем поднять ж…, умыться, пойти работать». При просмотре этих высказываний наши постояльцы даже плакали: «Мы же не такие!».

В преддверии чемпионата мира по футболу все чаще стал подниматься вопрос о неорганизованных бездомных – куда их деть, чтобы не попались на глаза гостям. Скорее всего, их просто временно «выдавят» за пределы Ростова. Но потом они ведь опять вернутся.

– Беда в том, что у нас по-прежнему провал в профилактике, – считает психолог Елена Григорьевна Горшкова. – Ведь, как правило, бездомными не становятся в одночасье. Это результат либо злоупотребления алкоголем, либо других нелучших человеческих наклонностей.

Чтобы все-таки наконец объединить усилия, в Ростовском комплексном центре решено проводить дни открытых дверей для тех, кто в данной теме: чиновников, общественников, благотворителей. 

Ближайшая встреча по адресу переулок Семашко, 1 состоится 25 ноября.