Участие в медиафоруме независимых и региональных СМИ в Санкт-Петербурге не предвещало каких-то особых перемен в жизни для меня лично. Но случился взрыв в петербургском метро. Теракт, произошедший 3 апреля в Санкт-Петербурге, – не первый. Не на десятки жертв идет в России счет – на сотни. Но когда ты сам заглядываешь в эту бездну, в обстоятельства произошедшего буквально в двух шагах, начинаешь четко понимать: нам всем придется измениться.

На следующий день после взрыва к входу в метро «Спасская» люди шли с цветами.

Без паники

О взрыве в метро участники медиафорума узнали минут через двадцать после окончания встречи с президентом. В автобусах всех предупредили: в город лучше не выходить, в метро – не спускаться. Оба совета были лишними: метро и без того закрыли, а какими силами заставишь журналистов во время таких событий сидеть в номерах гостиницы? Пятимиллионный город, где народ в большинстве передвигается по подземке, срочно пересел на наземный транспорт. И потому образовались пробки в 8-9 баллов. Много было сообщений о том, что автобус или маршрутку пришлось ждать 2 – 2,5 часа, и даже после десяти вечера многие автобусы были еще переполнены, но – никакой паники, нервозности, агрессии мы не увидели. Что характерно – не услышали об этом и на следующий день. Зато вовсю работали сети: водители сообщали, по какому маршруту едут, сколько свободных мест в машине, предлагали бесплатно подвезти в своем направлении. Автобусы – те и подавно везли людей бесплатно: такое решение приняла городская администрация. 


В одну воронку?

На следующий день у метро «Сенная площадь» (мы приехали туда наземным транспортом, спускаться в метро, если честно, мне было страшно) увидели картину, которая, вполне возможно, скоро может стать для нас привычной: к станции неслись пожарные расчеты, входы в нее блокировали бойцы ОМОНа и полиция, подъезжали кареты «скорой». Оказалось, что неизвестный позвонил в службу «112» и сообщил о минировании станции. Она работала исключительно на выход, внутри все обследовали проводники с собаками. Зевак вокруг собралось совсем немного. Буквально в ста метрах от станции шла обычная размеренная жизнь. Мне показалось, что питерцы и сами очень спокойные люди, и своим спокойствием всех окружающих заражают.

В подтверждение – буквально два небольших диалога. Рядом со мной беседуют две ленинградки: «Звонят москвичи, ахи, охи, мол, как вы там? А я им: окна-двери забили крест-накрест, свет потушили, сидим – не дышим, не высовываемся». И гордо оглядывается вокруг. Мы, конечно, ее хладнокровие в данной ситуации оценили, мол, не дождутся, не запугают. 

Но при этом и самой совсем не хочется стать жертвой, и чтобы трагедия настигла любого человека: мысль о тех людях, которые даже не успели понять, что с ними произошло, не дает покоя. 

Надо что-то делать! А что? Ведь ни логику, ни систему действий террористов обычному жителю не понять. 

Вот узнала, что среди погибших – молодой парень, тренер по рукопашному бою, которого обожали мальчишки – его ученики, а сам террорист-смертник несколько лет занимался этим видом спорта. Простое совпадение – никакой логики. Мозг цепляется в «полной темноте» за такие факты, пытаясь найти объяснение: кто эти люди, жившие среди нас и решившиеся на такое безумие? Почему? Почему их все больше? Ответа для себя не нахожу.

Выбираясь из центра, обратилась к женщине на Невском: «Как доехать до Московского проспекта?»

– Сейчас дойдете до метро…

– Нет-нет. Я лучше на автобусе, лишний раз на город хочется посмотреть…

– Мне ваш «сюжет» понятен. Ничего страшного, – ни в голосе, ни во взгляде женщины не было ни осуждения, ни снисхождения. – Нам уже сказали, что будут и в наземном транспорте взрывы. Так что – ваш выбор. Садитесь на третий автобус…

Неужели для того чтобы успокоиться, придется стать фаталистами? 


Сюрприз по соседству

В понедельник из-за подозрительного предмета эвакуировали людей из отделения банка в районе Сельмаша. К счастью, все обошлось.Вернувшись в Ростов, еще не отойдя от самолета, рано утром столкнулась со знакомой уже картиной неподалеку от собственного дома: на пересечении улицы Социалистической и переулка Нахичеванского у пятой школы – оцепление, сирены спецтранспорта. По сетям меньше чем через час гуляла информация о том, что мужчина поднял фонарик, начиненный взрывчаткой, остался без кисти руки. Официально сообщили: бытовые разборки. Очень удивилась: характер ранений да и само взрывное устройство один в один подходили под описание ситуации на видео, которое пришло на WhatsApp за сутки до взрыва. Автор делился информацией о том, как в Приморском крае охотники нашли фонарик: тот, кто его поднял, остался без кисти, повредило глаза, посекло осколками живот. Кому и чему верить? Хотя разве легче от того, что это – «бытовуха»? По мне, так еще хуже терроризма. Те – одурманенные враги. А тут, оказывается, любой затаивший на тебя обиду сосед может взрывчатку подкинуть. 


Ложная тревога 

Еще через день – в минувшую субботу – отправились с внуком на областные соревнования по плаванию в Таганрог. У Нового вокзала в третий раз за неделю увидела уже знакомую картину – ОМОН, пожарные, полиция, «скорая», оцепление. И все из-за подозрительного предмета, найденного около одного из ларьков. Скажете – перестраховка? 

А накануне в очередной раз перестраховывалась в торговом центре «Горизонт» из-за какой-то подозрительной коробки. Зато родительница одного из спортсменов рассказала мне, что недавно прямо рядом с забором детского сада целый день простоял оставленный кем-то пакет. Воспитатели, хихикая, обсуждали: кто пойдет в очередной раз мусор убирать? 

– Вот в Израиле давно бы вызвали полицию! – восклицала женщина. А мы ей все дружно возражали в оправдание воспитателей: «В Израиле пакет с мусором у детского сада, «забытая» коробка в супермаркете – нонсенс, а у нас – норма жизни. Вот и летят спецслужбы по любому анонимному звонку. Вдруг там не мусор?..


Метроном ускоряется

Люди старшего поколения наверняка помнят, что такое ленинградский метроном: это система оповещения об опасности во время блокады. Когда ее нет – звук метронома размеренный, с приближением – начинает ускоряться. После взрыва в метро Санкт-Петербурга и в Ростове – буквально за углом, после тревоги в Таганроге я утвердилась во мнении: сегодня вопрос нашей безопасности – в том числе еще и личное дело каждого. И брошенный кем-то под чужим порогом мусор – не простое безобразие. Пока спецслужбы будут возиться с безобидным пакетом, может по-настоящему громыхнуть в другом месте. Метроном стучит все быстрее. А мы все еще так и не научились оказывать первую помощь пострадавшим. И я уверена – ориентируюсь по себе – постесняемся спросить у подозрительного пассажира: а что у вас такое тяжелое в рюкзаке – покажите, а то мы нервничаем. Понятно, что это – незаконно: пошлет – и правильно сделает. А может, уже пора другие законы вводить? 

И как объяснить детям про безопасность? Наверное, все это стоит обсудить, в том числе и на страницах газеты. Не хочется жить и ждать, когда прогремит гром.

P.S. Вчера от ран в больнице скончался еще один пострадавший в питерском метро. Их – уже 14...

Видео автора