Дата публикации:
16 июл 2019 г.
В Ростове состоялась международная Летняя школа «Мигранты в большом городе: в поисках эффективных практик интеграции». Накопленным опытом обменялись активисты общественных организаций России, Германии и Франции
2819
Фото/Видео: Елена Слепцова
Участники Летней школы убеждены: объединить людей разных конфессий и национальностей помогают общие дела и интересы. Спорт и творчество – в первую очередь.
Донская столица была неслучайно выбрана в качестве площадки для проведения мероприятия. В регионе накоплен определенный опыт по интеграции беженцев, поток которых буквально захлестнул восточные районы Ростовской области летом 2014 года, когда начались боевые действия на Юго-Востоке Украины.
Почему беженцы вызывают опасения у старожилов
В те летние месяцы на Дон ежедневно прибывали от 5 до 12 тысяч беженцев. Вскоре их число выросло до 51 тысячи – и всех этих людей надо было принять, разместить, накормить…
– Для Ростовской области это было тяжкой ношей, но позволило получить уникальный опыт по интеграции вновь прибывших, – рассказала доктор социологических наук, профессор истории и международных отношений ЮФУ Галина ДЕНИСОВА.
Задача по приему беженцев значительно упрощалась за счет того, что отсутствовал языковый барьер. Помогала и высокая толерантность местных жителей к единоверцам, бывшим еще недавно нашими соотечественниками. Благодаря этому большая часть новоприбывших – 42 тысячи человек – были размещены в домах у родственников, друзей и даже незнакомых людей, предоставивших им свой кров.
Но различия в ментальности приезжих и принимающей стороны, что сформировались с момента распада СССР, имели место и часто вызывали дополнительные трудности.
Проблемы интеграции беженцев с юго-востока Украины частично перекликаются с практикой адаптации мигрантов из других стран СНГ. Эксперты отмечают: самый большой страх и опасения у старожилов вызывает религия вновь прибывших. Другие претензии к мигрантам носят социальный и экономический характер – местные жители нередко высказывают недовольство увеличением нагрузки на социальные сферы – больницы, школы; а также тем, что мигранты влияют на демпинг цен в некоторых сферах экономики, например, в строительстве. Замечено – чем дальше сфера деятельности мигрантов располагается от частной жизни старожилов, тем терпимее последние к приезжим.
Интересно, что студенты и молодежь в Ростовской области более толерантны к мигрантам, чем люди старшего поколения.
Практика интеграции в Германии
В Германии – в отличие от России – единый подход к приему мигрантов и беженцев дополняется региональными законами и практиками в каждой из земель, которые могут отличаться от федеральных. Как и повсюду, немаловажен настрой населения, степень его ксенофобии. Принято считать, что своим локальным национализмом отличаются, например, Бавария или регионы бывшей ГДР. В большом городе, таком, как Берлин, мигранту и беженцу гораздо легче обустроиться и найти свою нишу, чем в маленьких городках.Не последнюю роль в отношении к мигрантам играют и различные финансовые ресурсы федеральных земель. В одних землях мигрантов и беженцев селят в палаточных лагерях, в других – в общежитиях, которым могут позавидовать и многие граждане страны.
В Германии мигрант несет личную ответственность за свою интеграцию, должен научиться разбираться в законах и правилах. Пройти нелегкую процедуру легализации мигрантам и беженцам помогают социальные работники и активисты из гражданских организаций. Они консультируют мигрантов в школах, в местах их первоначального размещения. Свои организации создают и сами мигранты для поддержки вновь прибывших. Конечная цель для многих – получение гражданства.
Не смешиваются, как вода и масло
Социолог Сергей РУМЯНЦЕВ из организации CISR Berlin считает:
– Интеграция – длительный процесс. Когда рядом оказываются люди, принадлежащие к разным конфессиям, с разными стереотипами поведения, нужно время, чтобы привыкнуть друг к другу. Многое зависит и от самоощущений мигранта. Например, в Германии много турок, живущих там по 30-40 лет. Многие из них не имеют гражданства и не стремятся к его приобретению, нередко почти на владеют немецким языком. Но у них может быть прекрасно налажен бизнес, живут они в кругу своих соотечественников, потому в материальном и эмоциональном плане чувствуют себя прекрасно. Часто – намного лучше, чем немцы-граждане, живущие на социальное пособие.
– Как вы оцениваете работу, проделанную гражданским обществом по интеграции мигрантов в Германии за последние пять лет?
– Думаю, это успешный опыт, если учесть, что никто не был готов к такому мощному потоку беженцев, буквально захлестнувшему Европу, и, в особенности, Германию. Процесс интеграции требует не только времени, но и терпения. Сегодня, например, старожилы и мигранты, хотя и проживают в одной стране, Германии, но часто живут в разных мирах. Возможно, это и есть норма для большого современного города. Я скептически отношусь к идее быстрой интеграции мигрантов и беженцев в принимающее сообщество. В то же время можно вспомнить множество весьма успешных примеров. Просто нужно понимать, что интеграция мигрантов не подразумевает их отказа от собственных культурных норм или религиозных представлений.
«Как будто в детство попала…»
Летняя школа познакомила её участников с успешным опытом по языковой интеграции детей мигрантов в новое для них сообщество.Ростовчанка учительница английского языка Тахмина Эсенбек-Кызы лишь в прошлом году окончила Южный федеральный университет. По распределению попала в городок Белоусово в Тульской области, что расположен в полутора часах езды от Москвы. В этом небольшом городе проживает множество мигрантов из Армении, Азербайджана, стран Центральной Азии, работающих в столице. Дети их учатся в местной школе. Многие из них не говорили на русском языке, когда юная учительница пришла в школу.
– Я сразу вспомнила себя в детстве. Когда мы с родителями приехали в Ростов из Киргизии, по-русски я не знала ни слова. Родители отдали меня в 105-ю школу в районе Темерника. Там рядом рынок, потому было много детей мигрантов разных национальностей. Ко мне в школе подходили и спрашивали: «А почему у тебя такая внешность? Почему такое странное имя?» А я и ответить толком не могла… Правда, потом, когда все сдружились и научились говорить по-русски, не имело значения, какой ты национальности!
– Потому, когда я увидела своих новых учеников, сразу вспомнила и свою растерянность, и робость. Так захотелось помочь этим детям! – рассказала Тахмина ЭСЕНБЕК-КЫЗЫ.
Но как их обучать английскому или математике, например, без знания русского языка? Обратились учителя в районо. Там ответили: специалистов нет, методик нет, думайте сами. Сами и придумали: сначала создали школу выходного дня. Дети приходили по субботам – проконсультироваться с учителями по математике, русскому. После играли в настольные игры, особенно популярна была «мафия», где нужно было много говорить, что развивало речь. Задумали фестиваль культур, а к нему подключили фестиваль национальной кухни. Тут на помощь пришли родители учеников. Сообща готовились к фестивалю четыре месяца. Люди знакомились, разговаривали, как умели, тут же рядом всегда были дети. В некоторых семьях дети стали учить родителей. И как-то пошло дело на лад – и у взрослых, и у детей – все-таки заговорили по-русски!
…За несколько дней семинара участники Летней школы обсудили тему интеграции мигрантов всесторонне. Говорили о работе волонтеров, о проблемах и перспективах социальной работы с беженцами. Делились опытом использования для адаптации мигрантов такого ресурса, как спорт. Рассказывали о том, как способствуют интеграции приезжих занятия в театре, создание видеорликов и творческих поделок.
Одним их самых запоминающихся моментов семинара стал выезд в Новочеркасск. Здесь Людмила Шепеленко из «Союза женщин Дона» организовала встречу участников Летней школы с беженцами из Украины. Рассказы о пережитом и слезы переселенцев произвели большое впечатление на участников семинара. И еще раз стало ясно – мигрантам и беженцам необходима помощь и поддержка гражданского общества.
Подпишитесь на нас в:
Поделиться:
Сообщить об ошибке
