Человек без коронавируса, жилья и пенсии

Историю пенсионера Николая Приходько мы узнали из социальных сетей. Инвалид, перенес тяжелый инфаркт, был в Чернобыле. Случилось так, что своего жилья у Николая Владимировича не было: жил у тех, кто давал работу. В 2019 году дом хозяина сгорел, а наш герой сильно заболел и больше не мог работать, чтобы обеспечить себя другим кровом. В марте 2020 года его определили в Комплексный социальный центр по оказанию помощи лицам без определенного места жительства г. Шахты. 

Дальнейшие события в изложении разных людей выглядят по-разному…

Пенсионер без пенсии Николай Владимирович:

- В июне мне стало плохо, поднялась температура. Сотрудники центра сразу вызвали скорую и отвезли в инфекционное отделение — я так понял, с подозрением на коронавирус. Но потом перевели в терапевтическое, где я и пролежал все время.

Когда дело подошло к выписке, врачи позвонили директору центра с просьбой забрать меня из палаты. На что им сказали о необходимости подтвердить справкой отсутствие COVID-19. Документ о выписке мне дали в этот день. А вот сделать тест и предоставить его результат так быстро не смогли. В итоге я остался еще на неделю в больнице в ожидании теста на коронавирус.

Этой болезни у меня не оказалось. В больнице дали все нужные бумажки и, объяснив, что до КСЦ всего две остановки, отпустили. Мне никто не предложил доехать на скорой. Да я и значение этому не предал — зачем, если расстояние маленькое, а в нынешних условиях врачи и так загружены.

Дальше пропускного пункта центра мне пройти не дали. Вышла директор и объявила о закрытии центра на карантин. Справки и документы не помогли. Часть моих вещей была собрана в сумку и выставлена на улицу. Другая часть до сих пор находится в центре.

Когда я спросил, куда же мне теперь идти, Елена Геннадьевна ответила: «Не знаю». С тем и ушла. Зачем же она врачам сказала, чтобы я возвращался с этой справкой?

К тому же директор обвинила меня в бродяжничестве. Якобы я неделю был у друзей, а не лежал в больнице. Но у меня в Шахтах никого нет, это чужой для меня город. Я в любой момент могу подтвердить свои слова справками. Но их смотреть директор не захотела. 

Я пошёл на вокзал. Несколько часов сидел там на лавочке, пока и оттуда не попросили уйти — на этот раз сотрудники полиции.

Тогда я принял решение ехать в ростовский, главный центр социальной помощи. Добрые люди оплатили мне проезд на электричке. Но и в Ростове ждали закрытые «до особого распоряжения» двери.

Пришлось вернуться на вокзал, только теперь уже на ростовский. Четыре дня я жил там, пока со мной не заговорила сердобольная женщина. Она написала в группы социальных сетей мою историю, указав мой номер телефона.

Уже на следующий день приехала помощь. Это была ростовчанка Людмила. Она оплатила мне гостиницу, где я смог наконец-то искупаться, постирать вещи и нормально поспать. На следующее утро она отвезла меня в приют при Свято-Покровском храме. Там я жил больше месяца.

Условия при храме не для такого больного человека, как я. У меня диабет, мне нельзя употреблять многие продукты. Но не будут же ради одного меня менять меню. А еще нужно и работать. То полы помыть, то разгрузить что-то… Я рад работать. Всю жизнь работал. Но сейчас не могу. Вот и получаю порой упрек в тунеядстве.

Конечно, я благодарен за кров. Но понимаю, что там был лишним. Мне дали временное жилье… 

Вот я и съехал. Правда, не по своей воле. Меня положили в больницу из-за ухудшения самочувствия. Но сейчас, когда мне стало лучше, готовлюсь к выписке. Куда пойду — не знаю. Наверное, попрошусь обратно в храм. В шахтинский центр я бы не хотел возвращаться. Житья после всех жалоб на директора не будет.

Мне в больнице уже несколько раз уже говорили — никаких эмоциональных переживаний, стресса и беспокойства. Но с такой жизнью как соблюдать рекомендации врачей? Я и не БОМЖ, и не обычный гражданин. Мне самому не совсем понятно, кто я. А хотелось бы спокойной, стабильной жизни.

Сейчас мечтаю только об одном: оформить пенсию по возрасту и определиться в какой-нибудь интернат для инвалидов и престарелых, чтобы поскорей закончились все кошмары.

Директор центра Елена Геннадьевна:


- Центр был закрыт на изоляцию 2 июня, когда Николай Владимирович уже был в больнице. Обычно мы забираем своих подопечных после их выздоровления своим транспортом. Но в нынешних условиях появились новые правила. С лечебными учреждениями установилась договоренность: сейчас отправлять людей из больницы в центр должны на каретах скорой помощи, при этом предоставлять результаты теста на коронавирус.

Однако Николай Владимирович решил иначе: получив на руки выписку, ушёл из отделения, прогулял неделю по городу, проведал старых друзей и спустя неделю прибыл в наш центр.

Когда он вернулся, я предложила различные варианты решения вопроса. Связалась с и.о. директора департамента здравоохранения г. Шахты Лилии Васютиной, обсуждала вопрос о повторной госпитализации Николая Владимировича. Но безуспешно. Зато мне с помощью ростовских коллег удалось поместить его в приют при Свято-Покровском храме. Там он может оставаться до тех пор, пока все учреждения социального обслуживания Ростовской области закрыты на изоляцию.

Со 2 июня сотрудники центра работают вахтами по 14 дней. Я же за это время ещё ни разу не покидала учреждение. Меня не было дома больше двух месяцев! Говорю это, чтобы все поняли, какую ответственность я несу за здоровье своих подопечных и работников.

По окончании ограничительных мероприятий Николай Владимирович может вернуться в центр. Но жить здесь ПОСТОЯННО не получится, потому что КСЦ г. Шахты, согласно уставу, предоставляет временное проживание или ночлег.

Раньше пенсионер находился на социальном обслуживании в некоммерческой организации благотворительного фонда «Странноприимный дом имени св. великомученицы Анастасии Узорешительницы и св. преподобного Никифора Прокаженного» в Новошахтинске. Там Николаю Владимировичу были оформлены группа инвалидности и документы для направления в дом-интернат общего типа, которые передавались в управление социальной защиты Новошахтинска.

При получении путевки в дом-интернат Николай Владимирович будет туда нами направлен или (в случае отказала) выписан на самоопределение.


Николай Владимирович стоит в очереди на получение путевки в дом-интернат. Когда он ее получит — неизвестно. Зато известно, когда пенсионер окажется на улице — третьего сентября его выписывают из больницы. 

Если у вас, дорогие читатели, есть возможность и желание помочь Николаю Владимировичу, свяжитесь с ним по мобильному телефону — 8 (988) 566-54-42. Он готов помогать с огородом, работать охранником или выполнять другие поручения…