Азе Оттовне Тауринь – 94. Родилась 27 января. Знаменательный в истории день. Именно 27 января погиб крейсер «Варяг», была снята блокада Ленинграда, а еще родился великий композитор Моцарт. Это обстоятельство особенно льстит Азе Оттовне. Она считает, что и ей кое-что перепало от природы. У нее хороший музыкальный слух, любит петь, обожает классическую музыку. 

Дочь врага народа

Музыку любила мама. Мама Азы росла круглой сиротой на попечении бабушки и дедушки. Семья в то время жила в Новосибирске, Новониколаевске. Дед 40 лет проработал сторожем в городской управе. За долгую добросовестную службу ему вручили путевку для внучки в гимназию. Шла Первая мировая война, когда мама окончила учебу, получив работу запасной учительницы в начальных классах Коломенского уезда Московской губернии. 

На работу юную учительницу собирали всем миром. Для обустройства на новом месте кто-то из приятелей-соседей принес сахарницу, вазочку, кто-то – подушку, полотенце. Бабушка без слез не могла смотреть на эти сборы, но дед строго сказал, что внучку провожают в большую жизнь. Мама не подвела деда, проявила себя как учитель достойно. 

Потом получила высшее педагогическое образование, закончив соответствующий факультет Московского госуниверситета в 1925 году. Вышла замуж за военного. Через год родилась Аза.  

Вскоре отца Азы перевели в Москву в Военную коллегию Верховного суда. Но через три года он попросился «на работу с людьми». Ему предложили должность ответственного секретаря окружной партийной комиссии в СКВО, в Ростове-на-Дону. Для семьи те счастливые годы продлились недолго. 

По ложному доносу отца Азы арестовали. Он был уроженцем Латвии, и его подозревали в шпионаже. В СКВО служили еще несколько латышей. Все они были обвинены в заговоре против Красной Армии. Судьба отца была неизвестна многие годы. Но мама Азы не теряла надежду, верила, что советская власть разберется в том, что ее муж не мог быть врагом с его убежденностью и верой в партию. Правда, и ее, как жену «врага народа», тоже исключили из партии, в которой она состояла с 1919 года. Семью выбросили из благоустроенной квартиры в центре города, перевезли на окраину. 

Война

Началась Великая Отечественная война. Ростов сильно бомбили. В доме, где жили Тауринь, осколком пробило крышу. Временно мать с дочерью поселили в квартиру эвакуированной семьи летчика.

Мама Азы ходила по хуторам, обменивала одежду на продукты. Как-то, в один из таких дней, Азу вызвали на немецкую биржу труда. Там набирали очередную партию трудовых ресурсов для Германии. Азу спасло то, что она была очень худенькой и слабой... 

Мать и дочь Тауринь решили уйти из города. Собрали в рюкзак все, что считали самым ценным: мамины туфли, три шелковых платья, духи и три куска мыла. По пути их остановил немецкий конвой, обыскал ношу, духи и мыло изъяли. Добрались до станции Терновская Краснодарского края. Но староста, у которого должны были отметиться о своем прибытии, сообщил, что немецкое командование приказало эвакуированным возвращаться, откуда пришли. Иначе – расстрел. 

Пришлось идти обратно. Нашлись попутчицы. У одной из них за пазухой была спрятана курица, которая согревала своим теплом и к тому же несла яйца. Когда в очередной раз немцы всех стали обыскивать, умная наседка не выдала себя кудахтаньем, будто понимала опасность момента. Потом этот случай они долго вспоминали, представляя, чем для них могло все закончиться…

 Ростов встретил руинами. К великой радости уцелел дом, где жила эвакуированная семья летчика. Кое-как сводили концы с концами, продавали свою одежду, чтобы не умереть с голоду. Когда освободили город от фашистов, воспряли духом. Мама Азы стала работать, а Аза – учиться в школе. Закончила ее с отличием, появилась надежда, что «дочь врага народа» найдет свое место в жизни.

Буду медиком

К тому времени в Ростов из эвакуации вернулся медицинский институт и объявил набор студентов. Желающих поступить было много. Аза подала заявление. Вступительных экзаменов не было, принимали по отметкам в школьном аттестате. У Азы были только отличные оценки, и в вуз ее зачислили сразу. 

Страна поднималась из руин, нуждалась в кадрах. После освобождения от фашистов Латвийская республика стала приглашать на работу специалистов. Азе очень хотелось побывать на родине отца. И эта мечта сбылась. Ее вместе с матерью разыскали сестры отца и пригласили в гости. У мамы был отпуск, у Азы – каникулы, собрались и поехали. 

В Риге девушка зашла в Министерство здравоохранения узнать, нужны ли республике врачи санитарного профиля. Потребность в них была большая. Латвийское министерство обратилось в союзное с просьбой направить к ним на работу будущую выпускницу Ростовского мединститута. До окончания учебы был еще год, но вопрос об устройстве будущего специалиста был решен. 

Пришло и то время, когда с их семьи сняли позорное клеймо «врагов народа».  Дело отца было пересмотрено, он был реабилитирован, его и маму восстановили в партии. Только тогда узнали, что отец умер в октябре 1941-го... 

Председатель Батского райсовета, к которому она пришла после распределения, принял ее без  восторга, мол, сможет ли поднять новое дело вчерашняя студентка?

– С первого знакомства я поняла, что спокойной жизни не будет, – вспоминает Аза Оттовна. – Мне сразу заявили, что на жилье рассчитывать не стоит: будете трехсотая в очереди на квартиру. Признаться, такого приема я не ожидала, но поживем – увидим... Я решила, что буду вести себя настойчиво и вместе с тем корректно при всех обстоятельствах, чтобы никто не видел моих слез. Научилась быть требовательной, прежде всего к себе.

Пришло время, и Азу признали как руководителя. Она сумела создать коллектив санитарных врачей. Под санитарный контроль были взяты все школы, детские сады, общепит, животноводческие фермы, птицефабрики, промышленные и коммунальные объекты, где возможные нарушения санитарных норм могли привести к вспышкам инфекций.

Как-то Аза Тауринь, главный врач СЭС, оштрафовала директора школы за антисанитарное состояние пищеблока. Это возмутило председателя райисполкома – мужа директора. На заседании райисполкома он при всех отчитал Азу. Ей было горько и обидно, но уважения окружающих после этого случая у нее прибавилось. Уважали за принципиальность и требовательность. Стали больше доверять санитарной службе, работавшей в непростых условиях. 

– Я прожила череду эпох, перемен, происходящих в стране, – говорит Аза Оттовна. – Жизнь была нелегкой, но счастливой. Было к чему стремиться и чему радоваться.

Она и сегодня не перестает радоваться жизни. Не сидит без дела. Много лет работает в совете ветеранов Ростовского дома-интерната № 2 для инвалидов и ветеранов. Много читает: мемуары, литературу об исторических личностях, мыслителях, писателях, музыкантах.

Беседовать с ней одно удовольствие – это фейерверк неожиданных наблюдений, мыслей, ассоциаций. Как говорит Аза Оттовна, видимо, наступило время осмысления пережитого.