Особая миссия. Как донские военные медики выполняют свой ратный и профессиональный долг в зоне СВО

А еще мало писали у нас про военную медицину, наверное, потому, что не так уж много встречалось нам по-настоящему боевых ситуаций. За последние 75 относительно мирных лет разве что в Афганистане военврачам довелось показать все свое мастерство. Но тогда про Афган особо не распространялись: многие славные страницы афганской эпопеи открылись через много лет после той войны.

Врач в бою

И вот теперь СВО. События, заставляющие перестраиваться на военный лад. Несущие с собой все, что несут реальные бои. Победы и поражения. Примеры героизма, отваги и, увы, ранения и смерти… Чтобы последних было как можно меньше, и трудятся военные медики. Такие, как наши сегодняшние собеседники – военврачи Александр и Антон. Фамилий, как водится, не указываем. Надеемся, что время, когда сможем их раскрыть, не за горами.

Александр: "Наши медики сегодня приобретают бесценный опыт работы в экстремальных условиях..."

В судьбах обоих военврачей много общего. Оба – выпускники Ростовского государственного медуниверситета. Оба служат в ОМОНе. Только Александр – в медслужбе отряда «Кобальт», а Антон – в «Ермаке». И в спецкомандировках оказывались одновременно и в одних и тех же. В одной из командировок были награждены медалями «За отвагу».

– Медали получили за участие в оказании медицинской помощи в ходе боестолкновения. Нас с Антоном и еще с рядом коллег направили для оказания экстренной помощи пострадавшим…

У нас зачастую подобные эпизоды воспринимаются очень болезненно. Особенно на первых этапах спецоперации остро на них реагировали. Но боевые действия есть боевые действия, и сегодня все больше людей сознает, кто нам противостоит. Такого противника ни в коем случае нельзя недооценивать. При всей пестроте украинских частей там немало профессионалов. Значит, и противостоять им успешно способны только профессионалы.

И это касается не одних лишь боевых специальностей. В условиях боевых действий профессионализм требуется буквально от каждого. И от медиков – безусловно. Незачем, наверное, объяснять, как от их врачебного мастерства зависят боеготовность подразделений и выполнение боевых задач. В этом смысле специальность организатора здравоохранения, полученная Александром и Антоном в медуниверситете, оказалась по приходу обоих в ОМОН как нельзя более кстати. Наладить систему регулярного контроля здоровья бойцов, вовремя купировать возможные вспышки инфекционных заболеваний – это в условиях силовой структуры, заточенной на выполнение боевых задач, приобретает особое значение. Так что миссию военного медика с полным правом можно считать особой миссией.

А что такое врач в бою? Он не только ждет раненых в палатке с красным крестом.

– Зачастую приходится выходить на операции вместе с бойцами, – замечает Антон. – И работать непосредственно на месте, оказывая помощь, и как врач, и как санинструктор. Вот тогда и понимаешь, что такое полевая медицина во всех ее подробностях. Как важна именно первая помощь. Такой опыт зарабатывается трудно. Но опыт этот – бесценный...

С боевым товарищем согласен и Александр:

– В таких командировках, как те, куда сегодня направляют росгвардейцев, приобретается боевой опыт. Для медиков это еще и опыт работы в экстремальных условиях. То, что объединяется емким термином «полевая медицина». Опыт такой медик нигде не получит, кроме как в боевой обстановке...

Понятно, что медпомощь в условиях боя – это хотя и крайне важная задача, но носит она временный характер, обусловленный длительностью самого боя. А вот поддержанием и охраной здоровья бойцов необходимо заниматься постоянно. Это сказки, что на войне люди не болеют. Нашим собеседникам с разными заболеваниями приходится иметь дело. В том числе и с инфекционными. Александр, прошедший специализацию как эпидемиолог, придя в ОМОН, знает это не понаслышке. Одно противостояние ковиду многому научило.

И за годы службы успел понять, что в боевых условиях круг компетенции военврача значительно шире сферы его обязанностей, определенных должностной инструкцией. Нужно быть и терапевтом, и хирургом – особенно в боевых условиях:

– Ну а если говорить об СВО, то здесь совершено точно одной вузовской специализацией не обойтись. В какие только ситуации не приходилось попадать! И в каждой главным было – оказать немедленную первую помощь. В условиях боя это основа основ. Правило «золотого часа» никто не отменял. И для медика в бою ему должно быть подчинено все…

А хороший военный врач, понимая это, обязательно потратит время и силы на то, чтобы обучить личный состав навыкам оказания первой помощи в бою. Александр сделал это – оттого и нет в отряде потерь.

...плюс клятва Гиппократа

Александру с его опытом есть с чем сравнивать ситуацию с медпомощью, складывающуюся в ходе СВО. Ему довелось поработать в условиях еще кавказских спецкомандировок, связанных с проведением контртеррористических операций. Первый боевой опыт приобрел еще там. Однако между «там» и «здесь» – большая разница. В СВО все намного сложнее:

– В местных больницах мало осталось специалистов. Многие бежали.. Нашим военврачам и фельдшерам также приходится помогать местному населению.

– Вот когда пригодилась сумка фельдшера, которую взял в эту свою командировку, – подключается к разговору Антон. – Помогаем тамошним жителям лекарствами, осматриваем, консультируем. В помощи никому, естественно, не отказываем…

Антон: "В помощи не отказываем никому..."

Тем более что люди, которые обращались к нашим военным за помощью, – самые обычные, не отравленные нацистской пропагандой. Их Антон определяет как «бывших советских людей»:

– Разговаривают с тобой откровенно. Чувствуется, что много думают. И приходят к выводу, что с Россией им будет жить лучше. Вот и делимся с ними и лекарствами, и продуктами. Своего рода гуманитарная помощь. Все это получаем по большей части из Ростовской области...

Однако оба наших собеседника не отрицают: дружественно или даже нейтрально настроены не все. Встречаются и прямые пособники врага. В основном из молодежи. Причем как парни, так и девушки. Действуют как наводчики, сигнальщики, передают массу военной информации.

То и дело в СМИ появляются сообщения о схронах с оружием, обнаруженных нашими военными. Про это говорили и наши собеседники. Отмечали, что оружие в основном западное. Как и техника связи. И обмундирование даже спрятано, по западному образцу сшитое.

Бывает, что выносить раненых с поля боя нашим военным медикам приходится буквально с боем

В открытой печати можно увидеть и различные материалы на тему возможного применения противником в нынешних событиях химического оружия. Наши собеседники полагают, что до этого дело не дойдет.

– Слава богу, пока это только разговоры, – замечает Антон. – То ли боится враг возмездия за его применение. То ли опасается последствий для своих собственных частей...

Хотя готовым, безусловно, надо быть к всему. Особенно медикам. И они хорошо представляют себе масштаб задачи.

А пока позади у обоих врачей осталась очередная командировка. И уже надо готовиться к следующей. Когда? Кто ж скажет? Скоро…