Объявление на входной двери — словно крик души. «Срочно требуются УЧАСТКОВЫЕ ТЕРАПЕВТЫ в поликлиническое отделение МБУЗ «Городская больница №8…»

Поликлиника — в самом центре города, на Пушкинской. А что уж говорить о более отдаленных районах…

Дефицит…

— Еще полтора года назад у нас в штате был 51 доктор, а сейчас — 43, — говорит В. Двуреченский, главврач поликлиники №16 (она находится на Северном). — Уходят люди, независимо от возраста…

Спрашиваю, сколько получают доктора? 19520 рублей — средняя врачебная зарплата по поликлинике, отвечает главврач. Это — со всеми надбавками, выработкой, стажем, совмещениями и т.д.

Вроде бы более или менее неплохо, вроде бы не катастрофично, хотя совмещения означают, что человек вырабатывается «досуха». Во врачебной среде в ходу фраза: «на одну ставку кушать нечего, а на две — некогда», но если хочешь заработать, надо крутиться…

Кстати, начальная ставка врача стационара в Ростове и районных больницах — 5100 и чуть выше. А все, что выше, — результат совместительств, дежурств и т.д.

В поликлиниках, как видим, ситуация даже получше — благодаря «президентским» (так их называют) доплатам участковым врачам и медсестрам — 10 и 5 тысяч рублей.

Но тем не менее в поликлиниках — постоянный недокомплект (хотя поначалу казалось, что его не будет). Почему так?

— Из–за очень больших, просто невыполнимых нагрузок, — ответил знакомый врач, недавно уволившийся с участка (фамилию попросил не называть. — Л.К.).

Объяснил: от него (и других участковых терапевтов, естественно) требовалось, чтобы в месяц было не меньше 600 (!) посещений: прием плюс вызовы. И все должно быть отражено в медкартах.

— Изнуряющий конвейер, больным должного внимания уделить невозможно, и только пишешь, пишешь, пишешь…

Однако в городском управлении здравоохранения — другой взгляд на проблему.

— В день у врача на приеме бывает 20 человек, в месяце 20 рабочих дней. Умножим эти цифры, получается 400 (не 600 же), — говорят мне. — Ну, а вызовы — ведь не по десять же их каждый день бывает.

Да ну! Еще как бывает. И по десять, и больше (что даже перекрывает требуемые «600 посещений»).

А в периоды эпидемий вообще аврал. На врачей тогда просто жалко смотреть, они — как загнанные лошади, пусть простят мне это сравнение. Торопливые осмотры, на ходу выданные назначения — много ли от этого проку?

Неудивительно, что поликлиники держатся в основном за счет людей пенсионного возраста, которым, как говорится, выбирать не приходится, они уверены, что больше их никуда не возьмут, вот и тянут эту лямку. Бывает, что «до смерти у станка». А молодые доктора так работать не хотят, вот и уходят…

«Халва, халва…»

— Но мы же не можем запретить человеку уйти, например, в частную клинику на более высокую зарплату, — говорит начальник Ростовского городского управления здравоохранения Р. Девликамов. — И выпускников мы не вправе заставлять работать там, где их что–то не устраивает. Времена запретов, к счастью или нет, но прошли. Хотя лично я считаю, что отучившийся в государственном вузе молодой специалист обязан отработать определенный срок в государственном медучреждении…

С нового 2013 года здравоохранение переходит на одноканальное финансирование. То есть деньги станут поступать только из одного источника — территориального фонда обязательного медстрахования, без участия региональных бюджетов.

Как это будет выглядеть на практике, во что выльется, никто толком не знает. Рядовых медиков волнует, изменятся ли тарифы, от чего напрямую зависят их зарплаты. Однако четких ответов по этому поводу пока тоже нет.

Хотя яснее ясного: материальную заинтересованность никто не отменял. Невозможно десятилетиями жить по законам военного коммунизма, во всем себя ограничивая, проповедуя праведный аскетизм и романтическую верность профессии. Дайте людям нормальные зарплаты, и они не будут сбегать из медицины. Ведь главная ценность здравоохранения — не «навороченная» аппаратура, а люди, что здесь трудятся. Какой смысл приобретать дорогущее оборудование, если с ним некому будет работать.

…Сколько ни повторяй «халва, халва», во рту сладко не станет. Сколько бы ни твердили нам о модернизации здравоохранения, но пока не произойдет разворот от техники к реальному, живому человеку в белом халате, толку не будет.

И усердно рекламируемые «медицинский туризм», «лечение в Израиле», прочие завлекалки, «работающие» на наше с вами отлучение от родной медицины, тоже не спасут. Хочешь не хочешь, а нам нужно вернуть себе «доктора Дымова» — помните, того, что из рассказа Чехова? Только на него надежда. И такие, уверена, не перевелись даже в наши дни. Но им нужна поддержка. На уровне страны их проблемы регулярно обсуждаются, но никак не решаются. Так, может, местная законодательная власть могла бы здесь что–то предпринять?