С января нынешнего года началась реализация реформы Российской академии наук. Первые плоды не заставили себя ждать — в первый же месяц 2014 года деньги на выплату заработной платы ученым Южного научного центра РАН не перечислены.

Крупнейшее научное учреждение страны вынуждено самостоятельно изыскивать необходимые для этого средства.

Напомним, реформа РАН, начавшаяся в прошлом году, сопровождалась многочисленными скандалами. Против реформы в предложенном варианте протестовали большинство ученых — от членов-корреспондентов и академиков до младших научных сотрудников. Недовольство их вызвало то обстоятельство, что в руки неких управленцев от науки было передано не только имущество РАН — земли, строения, оборудование, но и финансы, которыми стали распоряжаться специальные агентства. Развитие отечественных научных исследований было поставлено в прямую зависимость от лиц, весьма мало смыслящих в управлении наукой.

А вот и первый результат. Недавно созданное Федеральное агентство научных организаций (ФАНО) еще не получило финансирование на январь, в том числе — и деньги, предназначенные для выплаты зарплаты сотрудникам научных ведомств. О том, как в таких условиях будут выживать ученые, рассказал заместитель председателя ЮНЦ РАН доктор географических наук Сергей Бердников.

— Чтобы добиться финансирования, мы ведем активную работу с ФАНО. А пока деньги не пришли, мы нашли выход из положения: для выплаты аванса были использованы средства, заработанные нашим научным центром в 2013 году при выполнении хоздоговорных научных и научно-прикладных работ. Это поможет нам сохранить темп работы, которая предполагает непрерывность опытов и исследований. А запланировано на этот год немало — ряд экспедиций, научных конференций. Важнейшим событием года станет Всероссийский съезд генетиков, который впервые пройдет в Ростове. Ряд наших сотрудников готовится к защите кандидатских и докторских диссертаций. Исследования продолжаются, остановить их невозможно, в этом залог успеха.

Пока ученые ставят эксперименты и проводят исследования, они, сами того не подозревая, стали объектами ненаучного эксперимента — сможет ли выжить наука, оставленная без финансирования? Неужели правыми окажутся те, кто предрекал, что результатом реформы станет вторая волна — после 90-годов — исхода ученых на запад, поскольку заниматься наукой в условиях бескормицы весьма проблематично?