Один философ заметил как­то, что неосуществленная мечта может составить несчастье человеческой жизни. Возможно, папа Олеси Агрызковой с трудами этого философа и не был знаком.

Но, услышав, как его дочь обронила в разговоре: «Мечты, конечно, реализуются не всегда. Моя мечта — быть актрисой», папа задумался. А тут как раз — объявление в городской газете о наборе в театральную студию при Новошахтинском драматическом театре…

Папа сам пошел туда и рассказал директору театра о своей талантливой дочке и ее мечте.

— Очень хорошо. Пусть придет, покажется, почитает стихи, — ответила директор.

В этом эпизоде не было бы ничего необычного, если бы речь шла о девушке, обдумывающей житье на пороге большой жизни. Но Олеся к тому времени окончила истфак РГУ и преподавала историю в одной из новошахтинских школ. Причем проявила себя как подающий надежды молодой специалист.

…В театральную студию ее приняли. И — более того: уже спустя три месяца предложили сыграть главную роль в новом спектакле Новошахтинского драмтеатра.

С тех пор прошло семь лет. Сегодня Олеся Павловна Агрызкова — ведущая актриса новошахтинской труппы и одновременно — преподаватель истории и завуч новошахтинской школы № 25.

Многим было бы полезно

— Олеся Павловна, ваш папа доволен, что подтолкнул вас к осуществлению голубой мечты?

— И папе, и маме, которая стала самым взыскательным критиком моих театральных работ, я благодарна безмерно. Но у них к роли театра в моей жизни отношение неоднозначное. С одной стороны, гордятся, конечно. С другой…

Папа не ожидал, что театр для меня — это так серьезно. Думал, ну поиграется дочка в актрису, и — надоест, и вернется все на круги своя. К тому же я ведь из учительской семьи. У меня не только папа с мамой учителя (оба оканчивали Константиновское педучилище). Тетя, дядя, бабушка — все педагоги.

Родители слишком хорошо знают, что такое учительский труд. Они жалеют меня, видя, сколько еще времени и сил забирает театр.

Совмещать сцену с работой в школе, действительно, тяжело. Но театр – это тот воздух, существовать без которого я уже не могу.

— А как ваши коллеги­учителя отнеслись к тому, что, кроме школы, в вашей жизни есть еще и профессиональная театральная сцена?

— Положительно. Они смотрят на это, как на мое хобби. А хобби, как правило, позитивно влияет на педагога. Другое дело, что времени на хобби у многих учителей не хватает, особенно если на них лежит еще и груз семейных забот.

Некоторые говорят, что завидуют мне белой завистью: ведь сцена обладает таким удивительным свойством, что когда она появляется в твоей жизни, то все бытовые и прочие, вгоняющие в уныние проблемы, уходят на задний план. И ты получаешь от нее то, чего не дает или недодает повседневная жизнь.

Без Цезарей и Карлов, но…

— В школе, на уроках, актерские способности пригождаются?

— Хороший педагог — это всегда еще и хороший актер. Педагогу нужно прочувствовать класс, который пришел на урок, как артисту зал, собравшийся на спектакль. И надо так раскрыть душу своего предмета, чтобы и заинтересовать учеников, и заинтриговать, и получить потом хороший результат.

— Трудно, наверное, рассказывая об исторических деятелях, удержаться от попытки того, что называется изображением в лицах?

— Бывает, цитируешь исторического деятеля и даже не замечаешь, как начинаешь играть глазами, жестами, мимикой…

— Входишь в образ?

— Что­то вроде того. Но, знаете, когда такой рассказ в меру окрашен эмоциями, то и усваивается детьми лучше.

— Я слышала об учителе истории, который в целях лучшего усвоения материла режиссирует на уроках миниатюры с участием учеников: ты будешь Юлием Цезарем, а ты – Карлом Великим… Вы подобное практикуете?

— Нет. Я — педагог во многом довольно консервативный. Но мне кажется, что дети понимают и принимают и мою увлеченность театром, и мою строгость.

— Есть исторический персонаж, который хотелось бы сыграть на сцене?

— Об этом почему­то не задумывалась.

Поначалу у меня складывалось амплуа актрисы комедийной, но, к счастью, режиссер Игорь Древалев разглядел во мне не только героиню комедийную или характерную. В его спектакле по Гоголю «День без даты» у меня пять ролей: Коробочки, Петуха и т.д. И там мне впервые довелось попробовать себя в качестве драматической актрисы (работа Олеси Агрызковой в этом спектакле получила награду донского театрального фестиваля «Мельпомена» — М.К.).

А потом — сказочная удача: режиссер Игорь Черкашин утвердил меня на роль Маши в чеховской «Чайке». И вот снова Черкашин увидел меня в драматическом образе Голды из «Поминальной молитвы».

— Я была свидетельницей того, как ваша Голда пленяла зрителей с первого своего появления на сцене, как они ей сопереживали и не скрывали слез, когда доброй, заботливой, такой уютной Голды не стало…

Голда — безусловно положительная. А если бы вам предложили роль героини, играя которую надо было бы безобразничать или, скажем, сквернословить? Вы согласились бы ее сыграть или в вас взял бы верх педагог и вы бы еще подумали, как будете потом выглядеть в глазах своих учеников?

— У меня был момент такого выбора. Репетировали современную пьесу, моя героиня должна была произносить какие­то нехорошие слова, в употреблении которых я не видела ни малейшего смысла: ее характер можно было раскрыть и без них. Однако убрать или изменить их режиссер наотрез отказался. Тогда я отказалась от участия в спектакле.

Та милая, примятая гвоздичка

— Олеся Павловна, а правда, что вы не только играете в театре и преподаете в школе, но еще и возглавляете школьную театральную студию?

— Она называется «Олимп», в ней занимаются ребята с 3­го по 11­й классы. В Новошахтинске ежегодно проходит фестиваль детских театральных коллективов, «Олимп» обязательно в нем участвует.

Мне хотелось бы, чтобы Новошахтинск стал городом театралов. Я рада, что среди моих учеников есть ребята, которые пришли на спектакли нашего театра и заинтересовались театром вообще. Мы выезжаем школой на спектакли ростовских театров. Или вот были с учениками на экскурсии в Москве, и они сами предложили:

— Давайте сходим в театр!

— А с каким профессиональным праздником вас поздравляют ваши ученики?

— С Днем учителя, безусловно. Но иногда бывают такие приятные моменты, что я получаю от них поздравления и с Днем театра.

Вообще, наверно, самая трогательная реакция на мои театральные работы связана с детьми.

Моей первой ролью была Собачка Сильвия в одноименном спектакле. Это был очень добрый спектакль для взрослых, но многие приходили на него с детьми.

И вот через три недели после дебюта еду в автобусе, рядом сидит мама с маленьким мальчиком. Мальчик смотрит на меня, делает большие глаза и вдруг как закричит на весь автобус:

— Мама, это — собачка! Помнишь, в театре? Собачка!

А еще мне памятна гвоздика, которую подарила после спектакля очень юная зрительница. Она так целеустремленно, с сознанием важного дела шла по залу своими маленькими ножками и поднималась по ступенькам на сцену… Споткнулась, упала на коленочку, гвоздичку немножко примяла, но все равно донесла.

Мне не раз дарили красивые букеты, и я благодарна за них зрителям, но к той гвоздичке отношение особое. Тот цветочек дорогого стоит.