Не нарисуй тогда Максим Рыбенцев из двойки лебедя, наверное, его жизнь сложилась бы по-другому. Он до сих пор помнит тот единственный интереснейший урок, который провел у них в школе, замещая учителя рисования, Вячеслав Яковлевич Панасенко. Это он предложил детям превратить цифру в птицу.

Панасенко ученика тоже отметил. Художник несколько недель уговаривал мальчика прийти к нему на занятия в казачий подростковый центр «Ермак». Максим отказывался: на школьных уроках рисования ему было скучно. Но потом уговорам поддался. А позже, проучившись уже какое-то время у Вячеслава Яковлевича, стал призером районных, областных, всероссийских художественных конкурсов. Поступил на худграф в Ростовский педагогический…

Вячеслав Яковлевич сделал все для того, чтобы и Максим, и другие ребята могли реализовать свои способности.

К рисованию Панасенко тянуло с детства. Однако посещать художественную школу или хотя бы кружок по рисованию он мог не всегда. Отец был военным, поэтому с семьей они исколесили почти весь Союз. Несколько последних школьных лет он ходил в рисовальный кружок при доме творчества детей и молодежи на Украине. Потом поступил в Харьковский педагогический институт на худграф, откуда его выгнали уже через полтора года за то, что носил штаны-дудочки.

— А я прекрасно понимал, что форма моих штанов никакого отношения к моим делам и способностям не имеет, а потому и уступать декану не стал, — рассказывает Вячеслав Яковлевич,

Человек без диплома, чем он только не занимался: ловил рыбу на Дальнем Востоке, работал на заводе стеклопластика на Украине, был оформителем в Армении. Но рисовать не бросал никогда. В конце семидесятых вернулся на родину в станицу Мечетинскую, сам построил дом. Сделал все: от фундамента до крыши. Проводку провел, водопровод. Мебель сделал сам.

— Художники умеют делать все, — говорит Вячеслав Яковлевич. — Зарплаты у них маленькие. Поэтому берутся за любую работу, чтоб семью прокормить. И если голова думает, а ты не ленишься,  все получается.

Когда ему предложили работу в открывающемся в станице филиале подросткового центра «Ермак», жена обрадовалась несказанно. «Это же твое занятие. К этому  у тебя всегда душа лежала».

Вячеслав Яковлевич сам ремонтировал предоставленное здание. Штукатурил стены, клал плитку, паркет, барельефы делал. Другие педагоги тоже внесли лепту в ремонт центра. В итоге его открыли. Однако через время здание собрались отремонтировать капитально, да так до сих пор и ремонтируют. А дети с преподавателями с тех пор занимались то в школе, то в ДК. Этим же зданиям и самим требуется ремонт.

— Мы занимались в прошлом учебном году рисованием только в первой четверти, — рассказывает семиклассница Надя Макарова. — Да и то комнаты для занятий в школе найти было непросто, они постоянно были кем-нибудь заняты. А потом Вячеслав Яковлевич вообще уволился. И все, кто у него занимался, остались без учителя…

В этом году дети, которые посещали дополнительные занятия, будут ходить в школу. Ее, наконец, отремонтировали, и в управлении образования Зерноградского района заверили, что места хватит на всех. Однако Вячеслав Яковлевич больше преподавать там не будет. Не хочет:

— По каждому шагу учителю бумажный отчет делать нужно. А когда же с детьми заниматься? Да какие бы изменения ни происходили, голову Геракла будут рисовать сегодня так же, как и двести лет назад. И никакие отчеты не помогут изобразить ее ученику лучше или хуже. Начальство этого не понимало…

Людмила Ладоненко, бывший начальник Панасенко, в общем-то, сказанные моим собеседником слова подтвердила:

— Панасенко не вел должную отчетную работу, нарушал дисциплину, например, мог уйти с урока. Я обращала на это его внимание, но не увольняла, потому что Панасенко прекрасно рисует и находит общий язык с детьми. Он уволился сам.

И возвращаться не собирается. Об этом крайне сожалеют родители детей, которые занимались у Вячеслава Яковлевича. А коллеги видят в его уходе продолжение опасной тенденции. Два года назад из центра уволился Василий Ботанкин, он вел театральный кружок. Все до сих пор вспоминают о том, что он ушел,  с сожалением, характеризуя его как прекрасного интеллигентного человека. Формализм, считают местные педагоги, заставил уволиться и учителя вокала…

— Чем будете заниматься дома? — спрашиваю Вячеслава Александровича.

— У нас огородик небольшой. Я помидоры-гиганты выращиваю. Виноградник у меня, груши, сливы. Хозяйство. Могу рисовать для души. Внучка у меня маленькая. На сына так похожа! Мы с женой ее только «наша принцесса» называем. Заняться есть чем. Никогда без дела не сидел. А учеников оставлять жалко… И Надя Макарова — такая девочка способная…