А вместе с ним — Елочка и Егор, мышка Чарус, таинственный сфинкс, царь птиц Симург и многие другие герои сказок и научно-фантастических повестей Петрония Гая Аматуни. Они вступили в наш день такими, как их увидели юные художники России, Украины и Белоруссии, решившие участвовать в новом конкурсе Музея современного изобразительного искусства на Дмитровской (Ростов).

— Этот конкурс иллюстраций к произведениям Петрония Гая Аматуни посвящен юбилею писателя: этим летом исполнилось 95 лет со дня его рождения, — рассказывает директор музея Марина Приходько. — Идею конкурса подала внучка Аматуни — Татьяна Гай Аматуни, которая работает у нас арт-менеджером. Идея вызвала живой отклик. Многие преподаватели художественных школ звонили и говорили: «Аматуни — это один из любимых писателей моего детства. Как хорошо, что теперь и мои ученики прочтут его добрые, жизнерадостные книги».

Ученики прочли, и, судя по их работам, — очень красочным и очень искренним — книги им понравились.

«Донской Экзюпери»

— так называют порой Аматуни. Потому что тоже был летчиком и тоже сочинял сказки.

«В те далекие годы мы мечтали о высоте», — писал Аматуни в книге «Небо людей», отрывок из которой часто цитируют в его биографиях. Она о том, как молодой Аматуни, инструктор планерного спорта, в 1935 году поднялся с группой своих курсантов на вершину горы вблизи нынешнего Владикавказа. Туда же они доставили разобранный планер. Аматуни надеялся стартовать на нем в честь праздника авиации, то есть спустя несколько дней.

Поскольку эта гора в старину считалась священной, а погода отнюдь не благоприятствовала плану Аматуни, как будто там, наверху, кто-то прогневался на него за эту дерзость, проводники-горцы, верно, испугались и вернулись домой. А перед тем еще и проткнули крыло планера в нескольких местах.

Чтобы оправдать свое досрочное возвращение, они распустили слух, будто Аматуни полетел и разбился. «Мы слышали сквозь облака шум низко летающих самолетов, но не подозревали, что весь аэроклуб разыскивал мои останки», — вспоминал Аматуни.

И — как в сказке — добро одержало победу над злом: небо прояснилось, и Аматуни, подлатав крылья, воспарил на своем планере над городом «на высоте 3500 метров, любуясь Кавказским хребтом и Дарьяловским ущельем».

…Уж  не  кого-то ли из этих проводников Аматуни «превратит» годы спустя в злого волшебника Мур-Вея из сказочной повести «Чао — победитель волшебников»? А отважного школьника Егора  случайно ли «командировал» на Кавказ для поисков похищенных у профессора Чембарова чертежей робота? Там Егор получил большую волшебную поддержку, которая помогла в дальнейших приключениях. Выходит, и в сказке есть отзвуки той далекой истории. Сказочник ведь на все вокруг смотрит по-иному, по-волшебному.

Кактусы — как дома

Лирических поэтов и сказочников часто считают большими детьми, живущими в своем особом мире, далеком от житейских проблем.

Если под словами «большой ребенок» подразумевать склонность к фантазии, — тогда это и про Аматуни. Если про неотмирность и беспомощность — совсем не про него.

Аматуни с юности был человеком ответственным.

— В войну дедушка воевал на «истребителе», после был командиром экипажа гражданской авиации, — говорит его внучка, Татьяна Гай Аматуни. — Когда он стал писателем, обрел известность, к нему бесконечной чередой потянулись и молодые таланты, и просто его читатели, надеявшиеся, что он, как волшебник, разрешит их проблемы. Дедушка многим помогал, постоянно хлопотал за кого-то….

Он был очень семейственным человеком, любил, когда пятничными вечерами (чудесное время: завтра — выходной!) папа, мама и я приходили к нему и бабушке Валентине Константиновне в гости. Засиживались мы, бывало, до глубокой ночи. А жили далеко от дедушки, на краю города. Дедушка вызывал такси, и всю дорогу мы слышали, как диспетчер переговаривается по рации с нашим водителем: «Океан, Океан, как дела? Отзовитесь». Это наш дедушка, беспокоясь о нас, звонил в таксопарк (устройства, подобные нашим мобильникам, тогда ведь были только на страницах фантастики) и просил, чтобы ему сообщали о нашем передвижении. Диспетчеры тоже читали книжки Аматуни, они всегда откликались на эти просьбы. И, видимо, с удовольствием.

— Вообще, — продолжает Татьяна, — у дедушки был дар магнетизма. Многие, даже после мимолетной встречи, были убеждены, что теперь они его друзья.

В то время не так-то просто было достать билет в кинотеатр на премьеру хорошего зарубежного фильма. Или — на представление в цирк. А мне стоило сказать дедушке о своем желании, и для Петрония Гая не было преград.

…В сказочной повести «Чао- победитель волшебников» есть такой эпизод. Школьник Егор добирается до владений Мур-Вея и находит там робота Чао, которого злодей по чертежам собрать не смог, но материализовал силой своего колдовства, дал ему другое имя. Когда Егор сообщает Чао, что миссия того — не прислужничество Мур-Вею, а полет в Космос, и здесь ему не место, механический человек просит рассказать ему о доме его «отца» — изобретателя Чембарова. Егор рисует картину несколькими штрихами: там много книг, а на окне — целая коллекция кактусов, точнее, маленьких цветущих мамиллярий.

Наверно, так бы Аматуни описал и свой дом: огромная библиотека (в ней много книг по древней истории) и довольно редкая в прежние годы коллекция мамиллярий, за которыми он сам ухаживал.

Дом Аматуни часто бывал полон гостей. Петроний Гай любил эту атмосферу, но, если предстояла работа над книгой, здесь нелегко было сосредоточиться. Тогда Аматуни, чтобы никто не мешал ему, и он никого не стеснял, уединялся в ванной и писал свои истории.

Откуда имя?

Я думаю, многих читателей Аматуни магнетизировало уже одно только его имя на обложке: мало того что Аматуни, так еще Петроний Гай... Было в этом что-то таинственное, едва ли не инопланетное.

Кстати, есть версия, что фамилия Аматуни происходит от древнесанскритского корня и означает «пришелец».

— Аматуни — древний княжеский армянский род, — объясняет Татьяна. — Некоторые представители этого рода восходили на армянский трон, другим дано было право участвовать в церемониях коронования армянских правителей в качестве венцевозлагателей.

В семье хранился листок с генеалогическим древом Аматуни. Однажды, еще школьницей, Татьяна решила показать его в классе, вложила в дневник, но...

— Ты чем хвастаешься в пролетарской стране? — остановила ее мама.

Впрочем, по обмолвкам преподавателей Татьяна понимала, что эта тайна для некоторых из них вовсе и не тайна.

А с именами в семье Аматуни — отдельный сюжет. Домочадцам Петроний Гай придумывал прозвища. Внучку называл Звездочкой, невестку — Нефертити (не за происхождение — за красоту), жену — Елочкой. Это прозвище вошло и в книгу о Чао: так там зовут помощницу Егора.

Одна из его книг называется «Гаяна» по названию им же придуманной планеты. Это «Гаяна» — немножко измененное старинное армянское имя Гаянэ. И вот ведь какой интересный поворот! Вторая — младшая внучка писателя — появилась на свет, когда старшая сдавала в школе экзамен по... литературе! А назвали ее Гаяной, в честь дедушкиной книги и планеты. Жаль, Петронию Гаю не довелось об этом узнать.

Он умер внезапно, от разрыва аорты в возрасте 66 лет. Для родных это было потрясением: еще накануне был бодр, полон энергии, а о больнице вспоминал, лишь когда собирался проведать кого-то из друзей или если требовалось посодействовать в консультации у какого-нибудь медицинского светила. Татьяна долго не могла поверить, что дедушки больше нет, ей все снилось, как он едет куда-то. Выйдя замуж, фамилию она не поменяла. Потом узнала, что так не раз из почтения к предкам поступали девушки княжеских армянских фамилий, если в семье не было сыновей.

...На днях я раскрыла книгу «Чао — победитель волшебников» и зацепилась взглядом за строчку, которую вряд ли бы смогла оценить в детстве: «Артему Осиповичу всего пятьдесят. Я пишу «всего», потому что для взрослых 50 лет — обычное дело. Это слово кажется длинным только в юности, но с годами оно как бы укорачивается и, когда оказывается у человека уже за спиной, вдруг становится коротким, как возглас удивления.» Так мудрый сказочник поддерживает сегодня своих бывших маленьких читателей, перед которыми замаячила теперь эта пугающая цифра.

А для нынешних его читателей и иллюстраторов музей благодаря трем предпринимателям, увлекавшимся в детстве сказками Аматуни, устроил большой праздник. Все участники конкурса получили подарки, для них испекли огромный торт. В общем, устроили все по-аматунински: ярко, изобретательно и щедро.