Подмигнет тебе японка

В ту пору воскресенья в нашей семье часто бывали временем родственного общения. И вот однажды приходим в гости к нашим близким родственникам, а хозяева, встречая нас у порога, словно светятся от радости, и такие загадочные… Ясно, что собираются чем-то ошеломить.

Входим в зал — ух ты! Это что ж за диво дивное? На телевизоре в изящной оправе — красотка-японка. Улыбается и подмигивает. Натурально подмигивает, стоит только взглянуть на нее под чуточку иным углом зрения. А название этому чуду — стереооткрытка.

На днях я проходила по улице мимо палатки, торгующей школьными принадлежностями. Среди предлагаемых товаров был пенал, корпус которого украшала стереокартинка с объемным изображением какого-то чудика. Однако и взрослые, и дети скользили по ней взглядом точно так же, как и по другим предметам. Такими нехитрыми оптическими фокусами в эпоху цифровых технологий удивить трудно. Да и сами вещицы со стерео-эффектами — настенные часы, ночники и т.д. давно уже стали обычным ширпотребом. Но тогда такую стереоштуку еще попробуй достань! Ту открытку с японкой подарила нашей родственнице подруга. Привезла из-за границы, которая для многих советских людей была в те годы несбыточной мечтой.

Открытка с подмигивающей японкой стала своего рода достопримечательностью этого дома, а сама восточная красавица —ну просто виртуальным членом семьи. Помню, как однажды одна гостья, взглянув на красотку с открытки, запела:

— У моря, у синего моря,

Со мною ты, рядом со мною,

И солнце светит, и для нас с тобой

Целый день поет прибой.

Никто из присутствующих не удивился ни этой песне, ни тому, что именно вызвало такой вдохновенный порыв. Одни одобрительно улыбались, другие подпевали:

— Прозрачное небо над нами,

И чайки кричат над волнами.

Кричат, что рядом будем мы всегда,

Словно небо и вода.

Вероятно, подтекст этого эпизода был таков: «Если бы та японская девушка умела не только улыбаться и подмигивать, но и петь, то пропела бы эту японскую песню, которая нам очень-очень нравится». Так, чудо-открытка способствовала тому, что простые граждане Страны Советов мысленно наводили мосты дружбы с далекой родиной изображенной на ней обаятельной красавицы. А песня «У моря, у синего моря», которая, как потом выяснится, в оригинале имела фривольное название «Каникулы любви», была в те годы в Советском Союзе чрезвычайно популярна. Но впервые она прозвучала в исполнении японских сестер-близняшек. Это был вокальный дуэт «Арахисовые орешки». Поэт-песенник Леонид Дербенев сочинил к этой прелестной незатейливой японской мелодии русский текст, песню запели наши певицы, после чего она и ушла в народ.

…Впечатление на окружающих производило не только зрелище открытки с подмигивающей японкой, но и уже один только рассказ о том, что есть такое чудо на свете. Не раз случалось мне удивлять этим рассказом своих сверстников, но однажды соседский пацанчик сказал:

— Подумаешь, подмигивает?! Я слышал про авторучку, на которой — тетка красивая, как в кино. Начинаешь эту ручку крутить, и тетка раздевается!

Куда прилично одетой и всего лишь подмигивающей красотке тягаться со стриптизершей?! Стриптизерша, конечно, победила и была признана этой дворовой командой несомненно большим чудом, чем подмигивающая японка.

Прошло немного времени, и ореол чуда вокруг импортных изображений со стереоэффектами стал рассеиваться. Они перестали быть заморской диковиной: в ростовских магазинах и газетных киосках начали появляться отечественные вещицы такого рода: стереозначки и стереокалендарики. Но без соблазнительных красоток. На этих значках и календариках чередовались, сменяя друг друга, два каких-либо вида городов-героев, мультяшные персонажи, что-то фольклорное…

Поначалу спрос на них превышал предложение, и этим не преминули воспользоваться некоторые предприимчивые школьники. К примеру, свой первый стереозначок я купила по спекулятивной цене у сына киоскерши. Его навар составил 10 копеек (чуть меньше половины от настоящей стоимости значка). На эту мелочь в то время можно было купить в уличном автомате газводы три стакана газировки с сиропом и один — без сиропа.

Потом, уже в 1980-х, в Ростове можно было без проблем купить и отечественные стереооткрытки, которые теперь нередко называли голографическими. (На Западе, как утверждают некоторые коллекционеры, они изначально именовались 3D postcard, то есть объемными открытками). По-моему, часть из них делалась по заказу Бюро пропаганды советского кино­искусства. Но изображений наших кинозвезд почему-то не было и на них. Все больше сцены из мультиков и фильмов-сказок. Верно, считалось, что взрослым такие штуки уже в принципе неинтересны, а детям ни к чему портреты взрослых красавиц и красавцев. Тем не менее во многих домах эти необычные открытки, пусть даже и с детскими сюжетами, занимали довольно почетные места: их можно было увидеть среди семейных фотографий где-нибудь на комоде, в серванте — по соседству с «парадным» сервизом… Другое дело, что ни у хозяев, ни у гостей они уже не вызывали таких сильных эмоций, как в свое время та открытка с подмигивающей японкой.

Кстати, куда она подевалась — не знаю, давно не попадались мне на глаза и ее двойники с таких открыток. И вдруг неожиданная встреча в Новочеркасске, в одном из административных помещений городского музея. Портмоне, украшенное этим стереоизображением, принесла туда из дома одна из его сотрудниц. Возможно, когда-нибудь оно станет экспонатом выставки, которая расскажет о том, что казалось людям чудом в разные времена. Мне думается, что технически продвинутые посетители этой выставки будущего тоже не смогут устоять перед обаянием девушки с открытки и улыбнутся в ответ на ее улыбку. А, может быть, ей даже подмигнут.