Майор внутренней службы в отставке Федор Ошевнев в 90-е годы был одним из наших наиболее активных авторов, специализируясь на криминальной тематике. Да и свои первые рассказы – «Телеграмма» и «Крайний» – он напечатал именно в «Комсомольце» (так тогда называлась наша газета) еще весной 1979-го.

Тогда его учителем был известный донской прозаик М.А. Андриасов. Вот он-то и посоветовал вчерашнему выпускнику технического вуза попробовать поступить в Литературный институт имени А.М. Горького. Он поступил и еще в годы учебы успел «отметиться» во всесоюзном журнале «Литературная учеба» (№4, 1989). Повестью на тему афганской войны «Да минует вас чаша сия», которую позднее публиковали и мы, после чего сразу был причислен к направлению «жестокого» реализма. С тех пор прошло четверть века. Ошевнев стал членом Союза журналистов России и Союза российских писателей, выпустил девять книг и более девяноста раз печатался в российских и зарубежных литературных журналах (в том числе в Германии, Чехии, США, Канаде, Австралии, Донецкой народной республике, Белоруссии и Казахстане). Сегодня о творчестве прозаика рассказывает его друг, в прошлом – многолетний собкор ИТАР-ТАСС по Ростовской области Вячеслав Бондаренко.

Главная особенность рассказов Ошевнева, по-моему, в том, что он и не скрывает своего сострадания к человеку несбывшейся судьбы, очень хорошему и очень одинокому, самому, в общем-то, виноватому в своей трагедии.

Писатель, сам прошагавший не один километр «горячих точек» современной России, сумел избежать безысходности, присущей многим героям прозы последних лет. Посвященная не «великим и славным подвигам», а повседневности, порой весьма неустроенной, его проза на первый взгляд проста, незамысловата. Но притягивает неслучайностью каждого слова, каждой фразы.

Знакомясь с рассказами Ошевнева, все время не мог отделаться от «узнаваемости» мира его героев. Я, автор этих строк, за три года срочной службы «поднявшийся» до старшины и никогда не вращавшийся в офицерских кругах-собраниях, все-таки где-то, но «встречался» с его мастером рукопашки капитаном Кедровым («Самосуд»), виртуозом кинжального боя майором Кузнецовым («Раз на раз»), готовым на конфликт с большим начальником ради честного имени спутницы жизни лейтенантом Киндиновым («За слабую половину»).

Многие из персонажей армейских героев Ошевнева напоминают офицеров Александра Куприна, ох, сколько критических тумаков вытерпевшего из-за своего «Поединка». Никуда не денешься, ныне это классика…

В последние годы Ошевнев значительно расширил рамки своего творческого пространства. Скажем, далеко не просто осмыслить мир священника («Верующий батюшка» – за неполный он год выдержал уже шесть изданий в периодике.) Либо проникнуть в женскую психологию, реализовав многолетнюю мечту: сотворить рассказ с главной героиней, да к тому же еще затрагивающий частности музыкального искусства («Полонез Огинского».) Наконец, суметь живописать проникновение Великой Отечественной войны в жизнь человека сегодня, через реконструкцию судьбы погибшего родственника…

…Когда-то, в далеком ныне 1979-м, провожая своего ученика на офицерскую службу, Михаил Андриасов – сам во время войны прошедший тернистый путь фронтового корреспондента, – подарил ему сборник своих повестей. С посвящением: «Дорогому Феде Ошевневу, в чью литературную звезду я твердо верю». Положим, наставник тогда перехватил по доброте душевной. И тем не менее пятьдесят восемь журнальных публикаций рассказов и отрывков из повестей, прошедших у Ошевнева только за 2014-й и неполный 2015 год, вывели его на ведущее место среди литераторов Ростовской области.

«Живет в человеке Надежда». Этой фразой венчается афганская повесть Ошевнева. Он шел к своей творческой цели долго и трудно. Поступление в Литинститут – лишь с четвертого раза, первая книга – в возрасте сорока пяти лет, принятие в Союз российских писателей – с третьей попытки. Но наконец-то его время пришло, а убедительное Слово продолжает поиск новых читателей.