Передо мной сидит женщина. Руки натруженные лежат на коленях. Много таких женщин в небольших хуторках. Говорим о прожитых годах. О том, как нелегко добывался хлебушек насущный. И вроде бы пора отдохнуть - хозяйка давно на пенсии. Только у нее другое мнение по этому поводу.

- Не привыкла я сидеть без дела, - смущенно говорит она, словно оправдываясь перед кем-то. – Когда работала на ферме и дети были маленькими, некогда было ни вязать, ни шить. А сейчас времени много, вот и вяжу свои коврики.

Об увлечении Парасковьи Михайловны Мошевой из хутора Лисичкина я уже наслышана от местных жителей. «У нее не только хата, весь двор в домотканых половичках, - говорят односельчане. – И один другого интереснее».

И впрямь диву даешься, когда видишь красочные рукотворные кружки из разноцветных полосок ткани. Они действительно в доме Мошевых повсюду, куда ни ступит нога. 

Узоры на ковриках почти не повторяются. Где-то звездочки примостились, где-то просто разноцветные полосы.

- Зачем вам столько? – спрашиваю я у Парасковьи Михайловны, имея в виду количество изделий.

- Да я и сама не знаю, - улыбается женщина. – Вот вяжу и вяжу. Есть свободное время по вечерам, сижу перед телевизором, а руки сами что-нибудь да делают. Дочери на дачи забирают. Знакомым дарю.

- А материал для ковриков откуда берете?

- Старые вещи разрезаю, - поясняет хуторянка. – Чего добру пропадать?!

Парасковья Михайловна не только на коврики мастерица. Она и прихватки всякие на кухню, и накидки на стулья вяжет. Вот и плед на диване ее рук творение. Из ярких цветных квадратиков полотно. Другого такого не найдешь. Легкое. Теплое. Ведь связано крючком из шерстяных ниток.

- А крючок для вязания ковриков какой-то особенный нужен? – интере-суюсь я.

- Да нет, - отвечает рукодельница. – Хотя, наверное, в магазине его не купишь. Мне вот муж своими руками из дерева сделал. Он у меня тоже мастер на все руки.

Хозяин дома, молча стоявший в стороне во время нашего разговора с женой, отмахнулся: «Да давно это было. Теперь уже силы не те».

Оказывается, Сергей Михайлович на деревообрабатывающем станке и стулья вытачивал, и столы мастерил. Аккуратненькие такие, с точеными ножками. И прочные, не то что нынешние фабричные. Посидишь на таком стуле с полгода, а он уже и развалился. У Мошева его табуреткам по десятку лет и более, а они как новые.

Дочь Мошевых Люба охотно показывала одно за другим изделия родителей. Вынесла из комнаты вместительную шкатулку с незаконченным ковриком и десятком разноцветных клубочков. 

Шкатулка была какая-то тоже необыкновенная. Сразу и не поймешь, из чего изготовлена.

- Это я ее из бумаги сплела, - пояснила женщина. И стала показывать уже свои работы в технике оригами. Вазочки, корзинки, лебеди. А еще салфеточки, связанные крючком, наволочки на подушки…

Выходит, все члены семьи здесь мастера. Кто по дереву, кто по вязанию, кто оригами осваивает… Ничего в этом доме, по-видимому, не выбрасывается. 

- Так в старину наши бабушки поступали, - говорит, прощаясь, Парасковья Михайловна. – Вязали, пряли, ткали. Без дела никогда не сидели. Вот и мы отдыхать не привыкли.