Тиходонцы и тиходонки

Григорий – Евгений Ткачук и Аксинья – Полина Чернышева.

Андрей Абрикосов, первый экранный Григорий Мелехов, был на момент съемок малоопытным артистом. Роль получил благодаря внешности и на съемочной площадке выделялся красотой и статью.

Второй экранный Григорий – Петр Глебов – об этой роли и не мечтал. Ему было уже сорок лет, он работал в театре и радовался возможности подзаработать, играя в кино эпизоды. В «Тихом Доне» ему тоже предстояло сыграть крошечную роль. Вот что вспоминал Сергей Герасимов о том, как нашел своего Григория: «Мы проводили пробную съемку для артиста Игоря Дмитриева, который намечался на роль Евгения Листницкого. – Войдя в павильон, я мельком оглядел полутемный блиндаж, где за столом сидели офицеры. Я обратил внимание на одного из них, еще совсем не сопоставляя его облик с обликом Григория Мелехова. Но очень сильные глаза заставили приглядеться к актеру повнимательнее. Я ждал, когда он заговорит. И, пожалуй, голос-то как раз и решил дело».

И все бы хорошо, да нос Глебова был без знаменитой мелеховской горбинки! Оператор Раппопорт был в ужасе. Он предупреждал, что тот нос, который первоначально приделали Глебову гримеры, растает на солнце, да и крупных планов не выдержит.

Дело спас гример: изготовил-таки такой гумос (театральный грим), который не плавился даже на беспощадном солнце донской степи.

«Ну что вы у меня отняли столько времени. Я здесь только одного казака вижу», – так сказал Шолохов, которому показали кандидатов в Григории.

Начало съемок «Тихого Дона» совпало для Глебова с рождением ребенка.

Коллектив живо интересовался, есть ли имя для новорожденного?

Глебов ответил, что если сын родится, Григорием назовет, казаком парень вырастет.

– А если дочка, то Аксиньей? – попытались угадать коллеги.

– Ни в коем разе, – отрезал Глебов. – Не уважаю распутных женщин.

Родилась девочка. Имя ей дали Елена. Но отец часто называл дочку Аленкой-тиходонкой.

Когда «Тихий Дон» задумал экранизировать Сергей Герасимов, народу не надо было объяснять, зачем нужен новый фильм: первый устарел как минимум технически.

Желание Сергея Бондарчука снять свой «Тихий Дон» у многих вызвало недоумение. Бондарчуку пришлось предать огласке то, что, как он говорил, слышал от самого Шолохова: о неудовлетворенности писателя герасимовским фильмом и желании увидеть на экране более полное прочтение.

Интрига заключалась в том, что Бондарчук был учеником Герасимова и даже пробовался на роль Григория Мелехова в его фильме.

Сергей Урсуляк, автор четвертой экранизации «Тихого Дона», сразу сказал, что свой фильм «Тихий Дон» должен быть у каждого поколения, а сам он снимает прежде всего семейную историю Мелеховых, Коршуновых, Астаховых…

С того момента как стало известно, кому доверены главные роли, режиссера не перестают спрашивать: а почему так?

Их задавали Урсуляку на встречах со зрителями в Вешенской и Ростове (подробнее – в наших публикациях «Это другая картина с другими артистами» – от 24.04.2015 г. и «Гриш, я тебе поверил» от 2.09.2015 г), об этом спрашивают едва ли не в каждом его интервью.

К примеру, в беседе с газетой «Культура» свой выбор Евгения Ткачука на роль Григория Урсуляк обосновал так: «В их характерах немало сходства. У Жени к миру много вопросов, и это сближает его с персонажем. Есть в нем некая маята, нехватка чего-то, необходимые для роли Мелехова».

Если Ткачук, хоть и с некоторой натяжкой, подпадает под шолоховское описание Григория, то Полина Чернышева – Аксинья – ни одной своей черточкой на эту шолоховскую героиню не похожа.

Приглашение ее в этот проект, по ее словам, для нее самой было как снег на голову. Полина училась в Щуке на одном курсе с Дарьей Урсуляк, младшей дочерью режиссера (Дарья играет в новой версии Наталью, конкурентку Аксиньи в борьбе за сердце Григория). Полина рассказывала, что Дашин папа часто приходил на их студенческие спектакли.

Уже первый показ в Ростове нарезки из разных серий убедил, что Гришку – Ткачука зрители принимают. Не затоскуют ли по другой Аксинье? Пока трудно угадать. Как ведь очаровала в бондарчуковской экранизации «Войны и мира» Наташа Ростова – Людмила Савельева, не слишком похожая внешне на ту Наташу, которую описал Толстой.