Чему учат в «лесной академии»?

Фото с сайта www.freshkino.com

«Клим» - это российский вариант британской ленты «Лютер». Вместо вечно туманного Лондона – умеренно влажный Питер. Вместо импульсивного темнокожего инспектора полиции Джона Лютера – сдержанный, как  классический англичанин, следователь Клим Рощин.

Создатели российской версии изменили биографию главного героя, его предысторию.  Лютер ведь в прошлом филолог, а Рощин – биолог, который изучал поведение волков в дикой природе, почти сроднился с волчьей стаей и ушел из профессии из-за тяжелого душевного кризиса: браконьеры убили его серых братьев.

«У него звериное чутье. Он сам, как одинокий волк», - так создатели российской версии характеризуют Рощина. И поясняют: став полицейским, бывший ученый охотится за теми, кто живет в человеческом обществе по волчьим законам.

Что ж, это интригует! Но, правда,  тут же неизбежно возникает мысль: а в жизни подобное возможно?   Так, чтобы человек стал своим в волчьей стае? Что меняется в том, кто длительное время жил бок о бок с волками?

Экспертами здесь вполне могли бы выступить Шон Эллис и Ясон Бадридзе. Это люди, которые каждый  в свое время были приняты в волчью стаю.

Шон – бывший британский морпех, которому трудно без приключений. Однажды он купил у охотника трех волчат и договорился с заповедником об эксперименте: они станут жить вчетвером на территории этого заповедника, у Шона будет возможность  связаться в нужный момент  с научно-исследовательской станцией. В этой крошечной стае Эллис утвердился в почетном статусе альфа-самца.

Профессиональный зоолог Ясон Бадридзе прежде, чем  влиться в настоящую волчью стаю, долго приучал серых хищников к своему запаху, своему присутствию. Он называл большой удачей тот факт, что в стае за ним не закрепился высокий социальный статус. Ведь этот статус, как принято у волков, постоянно пришлось бы подтверждать и отстаивать, а это слишком непросто, когда у тебя  ни грозных клыков, ни когтей.

 Кстати, романтический образ одинокого волка доктор биологических наук Бадридзе считает красивой человеческой выдумкой. Одинокий волк в дикой природе обречен на скорую гибель. Это социальное животное.

Полицейский Клим Рощин старается не использовать в своей работе оружие. Эту его особенность  можно связать и с долгой дружбой с волками: по свидетельству Бадридзе, волки знают запах оружия и очень его не любят.

А вот то, что Рощин – щеголь, не очень-то вписывается в  психотип человека, готового жить в полупервобытных условиях, в волчьей стае.

Ясон Бадридзе сообщал, что окончательно стал для волчьей стаи  своим, когда ее вожак его пометил. По силам ли щеголю вытерпеть такой ритуал посвящения? А когда Бадридзе заболел, один из волков кормил его своей отрыжкой. Так стая поддерживает своих малышей и стариков. Трогательно, но, наверно, и не самый брезгливый человек вряд ли бы захотел оказаться в такой момент на месте Ясона Бадридзе. Да и просто ночевать в логове, надолго забыв о том, что такое душ, - это вряд ли про персону с щегольскими  замашками.

После жизни с волками в заповеднике для Шона Эллиса стал непереносим запах бытовой химии. Но это еще мелочи. Этот эксперимент разрушил его семью. 

Нет, жена Эллиса  была бы готова и дальше терпеть чудачества мужа, если бы он относился к ней, как прежде,  а в минуты их редких  свиданий говорил те вещи, которые так необходимо слышать женщине. Но Шон, как он это объяснял, и в прямом, и в переносном смысле насквозь пропитался волчьим духом. Волки не лицемерят. Вот и Шон, встречаясь на научно-исследовательской станции с женой, даже не пытался изобразить или выразить словами то, чего не чувствовал: тоску по дому и семье, страстное желание увидеть детей и любимую. Его семьей стали волки. В лесу ему было лучше.

Хорош ли опыт жизни бок о бок с волками для работы сыщика?

«Волки быстро понимают друг друга по взгляду, - рассказывал однажды  Ясон Бадридзе в интервью еженедельнику «Мир новостей». – Полсекунды, прямой взгляд в глаза друг другу и – четкое понимание задачи. Я так и не понял, как они это делают. Чистая экстрасенсорика! Судя по всему, это какие-то незримые сигналы, флюиды, волны, которые они передают друг другу». 

Следуя этой логике, экстрасенсорные способности у волков проявляются при общении с себе подобными. К примеру, работал бы Рощин кинологом, причем в паре не с собакой, а с волком, можно поверить, что равных  им не было бы. Или другой вариант:  несколько человек, быть может даже из разных стран, изучавшие в свое время волков в дикой природе, создают интернациональную команду по борьбе с преступностью и, благодаря разгаданной ими  волчьей экстрасенсорике, добиваются потрясающих результатов.

Когда же на экране одинокий волк, остается надеяться  только на изобретательность киносценариста.