Татьяна, Софья, Маргарита

У этой романтической истории несколько вариантов. По одной версии, между художником и актрисой вспыхнула пламенная страсть, а по другой – они не только не были знакомы, но даже никогда и не видели друг друга. Просто впечатлительный Пиросмани влюбился в изображение Маргариты на афише гастролей, с которыми она приехала в Тбилиси (по-тогдашнему, в Тифлис).

Маргарита выступала в модном для того времени жанре: пела в стиле шансон и одновременно танцевала кек-уок — танец с раскованными ритмичными движениями, который порой мог напоминать канкан. Кек-уок числится среди прародителей стремительного джайва.

Согласно той версии, что художник и актриса никогда не виделись, Пиросмани написал портрет Маргариты в небесно-голубом наряде балерины, дофантазировав изображение на афише и впечатлившись рассказами о ее концертах.

Во время этих гастролей Маргарита ответила взаимностью одному из богатых своих поклонников, но о его подарках стихов и песен не сложили.

Стихи Владимира Маяковского, написанные на волне его влюбленности в Татьяну Яковлеву, давно признаны классикой поэзии. Это - «Письмо товарищу Кострову о сущности любви» и «Письмо Татьяне Яковлевой» с его брутальной концовкой: «Я все равно тебя когда-нибудь возьму-// Одну или вдвоем с Парижем».

Хотя Татьяна Яковлева и не отличалась скромностью и застенчивостью, ей все же не понравилось, что Маяковский декламирует эти строки на своих публичных выступлениях. Она попеняла поэту за такую необузданность.

Происходило это в Париже. Маяковский благодаря Эльзе Триоле, родной сестре Лили Брик, главной женщины его жизни, познакомился с молодой эмигранткой Яковлевой и влюбился в нее с первого взгляда, что стало для обеих сестер довольно неприятной неожиданностью.

У Яковлевой был рост нынешних топ-моделей. Они с высоким Маяковским выглядели красивой парой. 

Рассказывают, что Лиля Брик воспользовалась своими связями в верхах, чтобы дорогу в Париж Маяковскому навсегда закрыли. Но будто бы даже не догадываясь о таком повороте своей судьбы, Маяковский положил в Париже на банковский счет некоей цветочной фирмы кругленькую сумму от  своих гонораров за парижские выступления и распорядился регулярно доставлять Татьяне Яковлевой дорогие букеты живых цветов. Периодичность поставок в разных версиях варьирует от «ежедневно» до «еженедельно».

История с букетами от Маяковского стала известна многие годы спустя благодаря киевскому инженеру и поэту Аркадию Рывлину. Он об этом даже написал в стихах: как побывал в гостях у Татьяны Яковлевой в Париже, и во время их беседы явился посыльный с букетом хризантем, в который была вложена карточка: «От Маяковского».

Однако не была ли эта сцена мистификацией? «Червей сомнения», способных подточить эту красивую историю, предостаточно: менялся курс франка, Татьяна Яковлева меняла адреса, а с 1941 года вообще большую часть жизни проводила за океаном, где обосновалась вместе со своим вторым мужем Александром Либерманом... Но даже если это и было мистификацией честолюбивой Яковлевой, идея заслуживает того, чтобы сказать возлюбленной поэта: «Браво!»

- А случалось Софье Андреевне Толстой получать в подарок от мужа дорогие украшения? - поинтересовалась я  в ростовском Шолохов-центре на выставке, посвященной жизни и творчеству Льва Толстого.

В ответ услышала от экскурсовода о кольце «Анна Каренина». Его благодарный супруг подарил своей верной и терпеливой помощнице за  переписывание набело рукописи одноименного романа.

Есть вольные интерпретации этого сюжета, но сама Софья Андреевна, вспоминая об этом случае, говорила, что «выпросила» у Льва Николаевича «подарочек», и он купил ей в Москве  хорошенькое золотое колечко с небольшим рубином в центре и двумя бриллиантами по краям.

Интересно, что  эта история привлекла внимание ювелиров, и выпросить себе хорошенькое колечко «Анна Каренина» смогли у своих любимых мужчин и другие дамы. Судя даже по предложениям в Сети, одни мастера пытаются сделать что-то похожее на толстовский подарочек, а другие, вдохновляясь образом главной героини романа, придумывают свои, оригинальные украшения, называя их именем толстовской Анны.